Инсулиновый индекс молочных продуктов: Инсулиновый индекс продуктов питания – полная таблица

Содержание

Инсулиновый индекс продуктов питания – полная таблица

Определение инсулинового индекса

Представленное обозначение — это отражение скорости производства инсулина, который очень важен для нормального усвоения пищи.

Важно помнить, что инсулиновый индекс продуктов питания ни в коем случае не должен рассматриваться отдельно от гликемического.

Он же, в свою очередь, представляет собой степень того, насколько оперативно осуществляется насыщение сахаром крови человека. Говоря о гликемическом индексе и его особенностях, нужно учитывать следующее:

  • он отражает производство инсулина областью поджелудочной железы. Это и есть уровень сахара в крови;
  • неудивительно, что данный алгоритм носит скачкообразный характер, ведь у здорового человека кровь просто не может постоянно быть сладкой;
  • для снижения данного уровня активируется механизм инсулинового синтеза;
  • в то же время у инсулина имеется обратная сторона, которая заключается в том, что компонент препятствует сжиганию жиров.
    Это же оказывает непосредственное влияние на увеличение массы тела.

СУПЕР ПОЗНАВАТЕЛЬНОЕ ВИДЕО! Смотреть всем!

В основной массе случаев по мере увеличения гликемического индекса увеличивается и инсулиновый. В связи с этим люди, которым необходимо сбросить лишний вес, должны употреблять исключительно такие продукты питания, которые обладают низким индексом с точки зрения гликемии. Именно они не окажутся причиной изменений уровня глюкозы в крови и инсулина соответственно.

Некоторые специалисты предлагают объединить указанные понятия, назвав их таким словосочетанием, как инсулинемический индекс.

Что нужно знать о продуктах питания?

  Можно ли есть майонез при диабете 2 типа?

В следующей категории находятся наименования с умеренно высокими показателями (средними). К ним причисляют рыбу (самых разных сортов) и говядину. Продукты с низким уровнем — это куриные яйца, мюсли, а также некоторые виды круп, например, гречневая и овсяная. Учитывая это, очень важно, чтобы таблица продуктов, в том числе и с высоким инсулиновым индексом, всегда была под рукой у диабетиков. Настоятельно рекомендуется обратить внимание на то, что:

  • если учитывать и фиксировать главные продукты питания, это поспособствует улучшению питания всех тех людей, которые применяют инсулиновую помпу;
  • именно это позволит в максимальной степени точно делать какие-либо прогнозы в связи с потребностью в инсулине;
  • очень важно фиксировать не только точное число углеводов, но еще их энергетическую ценность.

Таким образом, таблица инсулинового индекса продуктов позволит диабетику обеспечить максимально правильный рацион. Однако одного лишь знания этого будет недостаточно, ведь чтобы сахар не становился все выше, должны учитываться и некоторые другие мероприятия.

Что нужно помнить?

Правильная и грамотная комбинация продуктов питания, учет таких данных, как инсулиновый индекс творога или кефира, индекс гречки и многое другое — вот ключ к исключению осложнений у диабетиков. Именно поэтому для составления рациона важно обратиться к специалисту, который в зависимости от возраста пациента, наличия у него осложнений, «стажа» диабета укажет на то, какой должна быть диета.

Обычно это ложится на плечи диетолога или диабетолога.

Он составит оптимальное меню, исходя из инсулинового и гликемического индекса, ХЕ (хлебных единиц). Так, на завтрак обычно употребляется каша, в качестве второго завтрака чаще всего идеально подходит незначительное количество обезжиренного творога или кефира. Для того чтобы убедиться в этом, важно постоянно в течение суток контролировать показатели сахара и соблюдать другие рекомендации.

  Можно ли есть макароны при сахарном диабете?

Меры предосторожности

Поскольку полная таблица просто не может быть учтена диабетиком, нужно будет обратить все силы на исключение формирования гипогликемии.

Этот риск увеличивается в рамках некорректно составленного рациона, например, если в нем преобладают быстрые протеины — такие, как молоко, сыворотка.

Очень важно избегать инсулинового всплеска, потому что это приведет к существенному снижению показателей сахара в крови.

В то же время сахарозаменители и различные виды подсластителей также не должны использоваться в большом количестве. Это чревато, наоборот, увеличением уровня сахара в крови. Кроме того, питание, составленное таким образом, будет провоцировать развитие лишнего веса.

Таким образом, инсулиновый индекс — это, без сомнения, одно из базовых понятий для пациентов с сахарным диабетом. Именно поэтому нельзя оставлять его без внимания, ведь ИИ указывает на то, как тот или иной продукт будет влиять на организм диабетика, уровень сахара в крови. Очень важно тщательно изучить полную таблицу индексов и постоянно иметь ее под рукой.

Инсулиновый индекс продуктов питания: полная таблица

Инсулиновым индексом (ИИ) называется выработка гормона инсулина поджелудочной железой в организме человека, вследствие употребления определенных продуктов питания. В основном, все продукты содержат большое количество углеводов, поэтому и выбрасывается инсулин.

Такое понятие как инсулиновый индекс было открыты в конце двадцатого века, а если быть точнее, то опубликовалась информации об исследованиях. За основу бралась определенная порция продуктов, в объеме 240 грамм, и проводилась оценка по отношению к хлебу из пшеничной муки.

За единицу или 100% был принят инсулиновый индекс по отношению к пшеничному изделию. И те продукты, которые имели такое же количество углеводов в своем составе, в показателях существенно отличались.

Можно сказать, что в какой-то степени гликемический и инсулиновый индекс совпадают. Но был сделан вывод о тех продуктах питания, в которых белковые элементы превышают другие компоненты обмена веществ.

Таким образом, проводимые исследования позволили сделать удивительный вывод, что даже при малом гликемическом индексе, продукт питания может провоцировать усиленное продуцирование гормона поджелудочной железой, вследствие чего наблюдается повышение массы тела, что приводит к ожирению.

Теперь зная, что такое инсулиновый индекс, необходимо рассмотреть инсулиновый индекс продуктов питания, чтобы узнать, что означает низкий либо высокий показатель.

Индексы и их разница

Гликемическим индексом называется отражение синтеза инсулина поджелудочной железой, соответственно, и уровня глюкозы в организме человека. Такой процесс обладает скачкообразным характером.

В нормальном здоровом организме, когда нет патологических процессов и хронических заболеваний, кровь априори не может быть «сладкой». И, чтобы снизить эту «сладость», в полноценно функционирующем организме, запускается механизм инсулиновой выработки.

Стоит отметить, что гормон имеет и другую сторону, в частности, такой отрицательный момент, как препятствование сжиганию жировых отложений.

В свою очередь, инсулиновый индекс показывает выраженность скачков сахара и инсулина в организме по отношению к ГИ. И он дает понять, до какой степени быстро в крови человека окажутся углеводы, транспортирующие сахар.

Почему же было решено ввести дополнительное понятие, как инсулиновый индекс? Ответ кроется в следующей информации:

  • Иногда при сахарном диабете глюкозу можно регулировать без скачков, а критические выбросы инсулина и вовсе не наблюдаются.
  • В ряде случаев, клиническая картина совершенно другая, и даже при малом количестве углеводов в продукте питания, в организме больного наблюдается большая выработка гормона.

В связи с этим, и было решено внести еще одно дополнительное понятие. Важно: существует ряд определенных продуктов питания, которые, несмотря на свой низкий гликемический индекс, все равно провоцируют усиленный синтез инсулина поджелудочной железой.

Если сказать по-другому, то пациент кушает «правильную и разрешенную», а также низкокалорийную пищу, но сахар все равно не снижается.

Индексы продуктов

В современном мире пациент с сахарным диабетом в полной мере осведомлен, какие продукты питания он может употреблять, чтобы не спровоцировать резкий скачок сахара в крови.

Стоит отметить, что многие продукты, имеющие низкий гликемический индекс, все равно способствуют повышению сахара в крови. Тем не менее, многие врачи советуют все-таки придерживаться показателей гликемического индекса диабетикам.

Таблица продуктов в сравнении индексов, где гликемический индекс – это ГИ, а инсулиновый индекс – ИИ:

  1. Йогурт имеет ИИ – 116, а ГИ – 93.
  2. Мороженое имеет ИИ – 88, а ГИ – 72.
  3. Бобовые продукты имеют ИИ – 165, а ГИ – 119.
  4. Рыба имеет ИИ – 58, а ГИ – 27.
  5. Творог имеет ИИ – 120, а ГИ – 50.

Как показывает таблица инсулинового индекса продуктов, то везде высокий инсулиновый индекс, поэтому можно сказать, что такие продукты не будут уменьшать концентрацию глюкозы в крови, а наоборот, провоцируют ее повышение.

Низкий инсулиновый индекс продуктов в виде таблицы:

  • Мюсли 42.
  • Крекерное печенье 88.
  • Сыр твердых сортов 47.
  • Макароны 42.
  • Куриные яйца 33.
  • Рис 67.

Чтобы был более понятен такой табличный расклад для пациентов, можно на примере творога в сравнении объяснить, что же все это означает. Нельзя не заметить, что ГИ совсем малый, а вот ИИ достаточно большой.

Тем не менее, творог не провоцирует скачок глюкозы в организме пациента, но поджелудочная железа активно реагирует на поступление такого продукта питания, вследствие чего осуществляется моментальный выброс гормона.

Большой уровень инсулина запускает другой механизм, вследствие которого лишний жир в организме не сжигается, потому что липаза остается заблокированной.

Чтобы снижать сахар, диета при повышенном сахаре от врачей рекомендует кушать белки и углеводы, но это не всегда приводит к инсулиновому отклику.

Комплексный подход в питании

И вроде ясно, что гликемический показатель определяет уровень насыщению организма глюкозой, а инсулиновый показывает скорость синтеза гормона, чтобы качественно усваивать поступившие продукты питания.

Несмотря на то, что вся информация есть в таблице, любому диабетику крайне важно понимать, как правильно употреблять продукты питания, имеющие различный инсулиновый индекс. Можно сказать так, что оба индекса играют важную роль в отношении так называемого инсулинового отклика.

И если комбинировать разные продукты питания, то результат может быть совершенно непредсказуемым. В связи с этим можно сделать вывод, что составляя рацион питания, нужно не только учитывать два эти показателя, но и личные особенности организма, образ жизни больного.

Важно составлять свой рацион питания таким образом, чтобы не только сахар после еды не повышался, но и не провоцировалась повышенная выработка инсулина.

В любом случае, диабетику необходимо помнить, что низкий гликемический индекс не всегда означает правильный, а главное разрешенный продукт. Как показывает статья, существуют и другие критерии, которые имеют немаловажное значение при составлении своего меню.

https://youtu.be/nVQv1e_0Ovc

А что вы думаете по этому поводу? На какой индекс при выборе продуктов питания вы ориентируетесь, и почему?

Инсулиновый индекс продуктов питания: полная таблица

Если вы стремитесь к идеальной фигуре, то из рациона стоит исключить углеводистые продукты и продукты, которые являются источниками крахмала. У них самый высокий инсулиновый индекс. Из потенциально опасных продуктов выделяют такие как дыня, картофель, оладьи, блины и любая выпечка из белой муки, желейные конфеты, хлопья быстрого приготовления, свёкла, виноград и бананы.

Помните о том, что для похудения нужно включать в организм продукты, богатые растительной клетчаткой. Она активно тормозит усвоение сахара кровью. Поэтому инсулин вырабатывается поджелудочной железой медленно и в небольших количествах. То есть организм активно насыщается, но при этом продолжает растапливать жиры и не откладывает их про запас.

Всегда выясняйте инсулиновый и гликемический индекс продуктов питания для правильного похудения, и тогда результат ваших тренировок и диетического питания не заставит себя ждать.

Интересно: Какое влияние оказывает сахар на организм человека

Напишите в х: А вы знали про ИИ и его действие на организм?

Как похудеть без вреда для здоровья

Врач диетолог А.Ковальков рассказал про инсулиновый индекс продуктов питания, влияющий на организм человека…

Все диеты заключаются в одном параметре:

  • — не дать уровню сахара в крови упасть очень низко, иначе начинается гипогликемия
  •  — не дать уровню сахара поднять инсулин слишком   высоко,   что бы он не достиг своего порогового значения…

Если нам удаётся удерживать инсулин низко, а сахар при этом чтобы не опускался ниже уровня, это идеальный вариант для похудения. При этом должен присутствовать жиросжигающий гормон, если он отсутствует, то результата похудения не добиться.

Что нужно сделать?

Избегать употребление продуктов с ВЫСОКИМ гликемическим и инсулинемическим индексом.

Первый — это скорость насыщения крови сахаром в ответ на принимаемую в пищу. Второй — сколько на этот сахар выделяется инсулина.

Контролировать в крови надо гормоны:

  • — соматотропный гормон
  • — адреналин
  • — норадреналин
  • — тестостерон
  • — витамин D

— это скорость насыщения крови сахаром. Каждый продукт имеет несколько гликемических индексов, а индексы зависят от множества вещей — как приготовили и с какими продуктами он соединяется…

Инсулинемический индекс  показывает — сколько инсулина выделяется поджелудочной железой на поступивший с пищей сахар…

Мы полнеем НЕ от того, что мы едим, а на сколько сильно у нас выделяется гормон — инсулин.

ТВОРОГ — в творог входит кальций и усваивается кальций только из натурального качественного творога. НО даже обезжиренный творог поднимает уровень инсулина больше, чем кусок шоколада, больше чем пирожное. Нельзя творог кушать вечером.

В организме человека есть соматотропный гормон или гормон роста — когда ребёнок растёт, этот гормон отвечает за рост. А когда ребёнок уже вырос, то этот гормон отвечает за то, что в ночное время он сжигает жиры и за ночь сжигает 150 грамм жировой ткани, работая всего 50 минут.

Если вечером выделился инсулин от приёма допустим творога, инсулин блокирует соматотропный гормон и ночью сжигание жира не будет происходить.

Сало — имеет низкий инсулинемический индекс. Если съесть кусочек сала на ночь, то инсулин почти не выделится и не заблокирует соматотропный гормон, который ночью во время сна сжигает жировую ткань в организме.

Инсулин катастрофически меняет организм человека вцелом:

  • — мужская импотенция
  • — мужская нечувствительность
  • — женская фригидность
  • — онкология
  • — атеросклероз и т. д.

Как правильно есть молочную продукцию

Что касается молочной продукции, богатой белком, отказываться от неё не нужно ни в коем случае по причине высокого ИИ. Нужно лишь правильно употреблять такие продукты. Здесь диетологи дают ряд следующих рекомендаций:

  • Не налегайте плотно на кисломолочную продукцию. В сутки достаточно съедать одну-две порции.
  • Желательно делать это в первой половине дня или хотя бы до 16:00. То есть на период максимальной физической активности.
  • Учтите, что после 19:00 из кисломолочной продукции разрешается есть только твёрдый сыр.
  • Молоко желательно не пить в чистом виде, а готовить на нём каши или добавлять в кофе.
  • Если очень хочется съедать на ужин белковые продукты, то лучше пусть это будет кусок отварного мяса или рыбы в сочетании с твердым сыром.

Интересно: Как похудеть с помощью показателя низкого гликемического индекса

Как продукты влияют на уровень инсулина

Инсулиновый индекс – алгоритм ранжирования продуктов, основанный на инсулиновой реакции у здоровых людей на продукты питания относительно принятого за 100% стандарта (белый хлеб).

В ноябре 1997 года в журнале The American Journal of Clinical Nutrition вышла статья, в которой Сьюзан Хольт вместе со своими коллегами исследовали, как человеческий организм с помощью выброса инсулина реагирует на приём различных продуктов питания.

В ходе наблюдения здоровые испытуемые получали смешанные по белкам, жирам и углеводам блюда с энергетической ценностью 240 ккал. После чего с помощью анализа крови у них измеряли значение уровня инсулина и сравнивали его с показателем, полученным для белого хлеба.

Использование именно энергоемкости пищи (порция в 240 ккал) вместо простого подсчета углеводов позволяет учитывать все продукты, а не только те, которые содержат углеводы, и, таким образом, все пищевые компоненты и их взаимодействия. Этот подход является наиболее целесообразным в изучении метаболических реакций организма человека на приём пищи.

Чаще всего значения гликемического и инсулинового ответов коррелируют, например:

  • овсянка – ГИ 60, ИИ 40;
  • макаронные изделия из белой муки – ГИ 46, ИИ 40;
  • рис белый – ГИ 110, ИИ 79;
  • рис коричневый – ГИ 104, ИИ 79;
  • картофель – ГИ 141, ИИ 121;
  • яйца – ГИ 42, ИИ 31.

Однако команда доктора Хольта получила неожиданные результаты относительно некоторых групп продуктов и их сочетаний.

1. Некоторые источники белка стимулируют выброс инсулина, сравнимый с углеводными источниками.

Например, стейк из говядины не содержит углеводов, но имеет ИИ=37, в то время как порция (240 ккал) зернового хлеба содержит 40 г углеводов и имеет похожий ИИ=44.

Белок оказывает незначительное влияние на уровень глюкозы в крови у здоровых испытуемых, однако стимулирует неожиданный выброс инсулина. Тем не менее, это вполне физиологически объяснимо, ведь инсулин содействует поглощению аминокислот и синтезу новых белков.

2. Белок в сочетании с углеводом дают практически вдвое больший ответ инсулина, чем они же по отдельности.

Это касается как животного (творог, говядина, индейка, рыба, яйца), так и растительного белка (соя и ее производные).

Например, у здоровых людей после приема внутрь 50 г белка говядины выброс инсулина был на 72 % меньше, чем после приема 50 г глюкозы.

При единовременном приеме глюкозы и белка инсулиновый ответ был на 127% больше, чем у глюкозы в одиночку, что указывает на аддитивный эффект между белком и глюкозой, когда результирующая величина выброса инсулина складывается из реакции на белок и реакции на глюкозу.

Таким образом, белок отдельно является относительно слабым стимулом для секреции инсулина по сравнению с глюкозой, однако в сочетании с углеводом результирующая величина уровня гормона значительно увеличивается.

Наибольший объем выброса инсулина соответствовал сочетанию творога и глюкозы, а самый низкий ответ был для глюкозы и яичных белков, однако ответ был по-прежнему значительно выше, чем для одной только глюкозы.

3. Богатые жирами продукты вызывают самую низкую секрецию инсулина.

Наличие жиров в белковом продукте снижает выброс инсулина. Например, цельное яйцо вызовет меньший выброс инсулина, чем только белок. Порция жирного сыра потребует меньшего выброса инсулина, чем обезжиренного и т. д.

Предполагается, что жирные кислоты замедляют опорожнение желудка и, следовательно, высвобождение пищи в кишечник, что поддерживает глюкозу и инсулин в крови на низком уровне.

4. Обезжиренные и сладкие молочные продукты производят больший ответ инсулина, чем обычные.

Уровни инсулинового индекса для молочных продуктов в исследованиях варьировались от ИИ=18 для сливочного сыра до ИИ=84 для обезжиренного клубничного йогурта в зависимости от наличия в продукте жиров, белков и сахаров. Особенно разнятся у молочных продуктов гликемические и инсулиновые показатели, что наглядно показано на рисунке ниже.

Молоко вызывает больший выброс инсулина, чем жирные сыры из-за большего содержания белков и сахаров и низкого содержания жиров. Поэтому для стабилизации уровня глюкозы и инсулина исследователи рекомендуют уменьшить его употребление или выбирать цельное молоко, а не обезжиренное.

Чтобы понять, что такое инсулиновый индекс (ИИ) и какова его роль в жизни диабетиков, необходимо знать, чем он отличается от гликемического и насколько зависит от выработки инсулина. 

За переработку съеденных углеводов в глюкозу отвечает инсулин. Это довольно капризный гормон, уровень которого может сильно колебаться при малейших изменениях. Выработку инсулина осуществляет поджелудочная железа. Количество гормона напрямую связано с:

  • психологическим состоянием;
  • половой принадлежностью;
  • возрастом человека. Чем мы старше, тем хуже работает наша гормональная система.

У женщин действие поджелудочной железы тесно взаимосвязано с репродуктивными органами. Беременность, роды, менструации, менопауза – все это влияет на выработку инсулина.

Гликемический индекс (ГИ) продуктов отражает уровень усвоения сложных углеводов и скорость насыщения крови глюкозой. Чем выше ГИ, тем опаснее продукт для диабетиков и организма в целом.

 Чтобы снизить содержание глюкозы в крови, включается активная выработка инсулина, или инсулиновый отклик.

Если количества гормона недостаточно, излишки глюкозы накапливаются в крови, что приводит к развитию диабета.

Специальные исследования, направленные на определение причин сахарного диабета, выявили, что не только углеводы способствуют выработке инсулина.

Выяснилось, что даже такие низкоуглеводные продукты, как рыба и мясо, тоже провоцируют выброс инсулина в кровь. Поэтому было решено ввести такой показатель, как инсулиновый индекс (ИИ) продуктов, обозначающий величину, отражающую инсулиновый отклик.

Его важно учитывать при диабете 1 типа, так как от его показателей будет зависеть доза инсулиновой инъекции.

Самостоятельно выяснить значение индекса для различных продуктов питания не получится. Для этого нужно специальная таблица. В ней можно найти продукты с высоким ИИ, вызывающим повышение уровня глюкозы в крови, такие как фасоль, карамель или белый хлеб. Представлены и продукты, имеющие равные ГИ и ИИ.

Продукт Инсулиновый индекс
Семена подсолнуха 8
Капуста, чеснок, брокколи, грибы, баклажаны, помидоры, салат листовой 10
Арахис, абрикосы и сухие соевые бобы 20
Вишня, перловка, чечевица, горький шоколад 22
Макароны твердых сортов 40
Сыр твердых сортов 45
Мюсли 46
Говядина, курица 51
Попкорн 54
Яблоки, рыба 59
Апельсины, мандарины 60
Чипсы 61
Коричневый рис 62
Пончики, картофель фри 74
Белый рис 79
Кексы, виноград, пирожные 82
Мороженое 89
Молоко 90
Кефир, сметана и другие кисломолочные продукты 98
Пиво 108
Фасоль тушеная 120
Картофель отварной 121
Карамель 160

Чтобы продукты питания не оказывали существенного влияния на уровень сахара в крови, их следует правильно сочетать. 

  • Картофель, хлеб, горох и другие продукты с высоким содержанием крахмала не рекомендуется смешивать с белковой пищей: творогом, рыбой или мясом.
  • Крахмалистые блюда желательно сочетать с растительными жирами, сливочным маслом или такими овощами, как морковь, капуста или огурцы.
  • Быстрые углеводы (мед, фрукты, шоколад и другие) следует комбинировать с жирами и ни в коем случае не с овощами и белками.

Что нужно сделать?

Сахар — это только сигнализатор, который поступил в организм и поджелудочная железа сразу выделяет инсулин.

Очень важно просто прийти к врачу и сделать анализ инсулина и сахара. Забить тревогу и начать лечение для понижения уровня инсулина.

Сахарный диабет начинается с высокого инсулина, а сахар ещё низкий. Например сахар ещё 5,4 а инсулин натощак уже 20.  Это уже угроза образования ОНКОЛОГИИ и т.д.

При высоком уровне инсулина никогда не похудеешь. И он когда то закончится. Инсулин начинает падать, а сахар идёт в рост, что ведёт к тяжёлому заболеванию — САХАРНЫЙ ДИАБЕТ ИНСУЛИНОЗАВИСИМЫЙ.

ИИ является сравнительно новым понятием и в медицине, и в диетологии, поэтому полная таблица с его точными указаниями для разных пищевых категорий ещё находится в разработке, так как требует серьёзных исследований. Тем более, что эта тема вызывает множество споров в научных кругах. Однако для некоторых наиболее распространённых продуктов данные уже подготовлены и активно используются худеющими и диабетиками.

  • ИИ овощей
  • ИИ картофеля
  • ИИ фруктов и ягод
  • ИИ молочной продукции
  • ИИ сладостей
  • ИИ зерновых

ИИ хлебобулочных, кондитерских изделий, выпечки

ИИ разных продуктов

Как убрать лишний вес. Какие продукты исключить

Как убрать лишние 5 — 6 кг лишнего веса самостоятельно в домашних условиях?

Рецепт очень простой, который подходит абсолютно всем, исключить из своего рациона 4 продукта:

  • — сахар и всё, что содержит сахар
  • — мучное и всё, что содержит мучное
  • — картофель
  • — белый шлифованный рис

Много ходить примерно в день 5 км, двигаться. При таком условии легко уходят с организма 5 — 6 кг жира.

Утро начинать — со стакана воды.

Минеральная вода с большим содержанием магния — магний единственное вещество, которое отвечает за расслабление сосудов, магний поможет расслабиться и предотвратить инфаркт.

Лишний вес. Как избавиться от лишнего веса

Что нужно знать?

Невозможно избавиться от лишнего веса диетой, если не устранить причину ожирения.

Если человек не принимает пищу после шести вечера, то он голодает, как минимум 12 часов. Но если человек голодает более 10 часов, то в организме вырабатывается определённый фермент — липопротеин киназа, который отвечает за дальнейшую трансформацию пищи в жиры.

Надо ли пить воды 2 и более литров в сутки — все люди разные, с разным образом жизни и местности проживания. Каждый организм индивидуален и пить воду надо — по потребности.

Если меньше есть — меньше есть тоже не помогает избавиться от лишнего веса. Всё зависит от съедаемого продукта, допустим шоколад — даже от половины порции — сахар в крови гарантирован и ожирение тоже.

Физическая нагрузка в спорт зале — происходит наращивание мышечной массы, жир отодвигается и объём талии становится ещё больше.

Разгрузочные дни — если есть потребность разгрузить желудок.

Продукты с низким ИИ

Отмечен ряд продуктов, у которых инсулиновый индекс держится в приделах от 3 до 20. К ним относят оливковое масло первого отжима, орех грецкий, авокадо, курицу без кожуры, тунец и арахис, чёрный горький шоколад. Эти продукты богаты полезными полиненасыщенными жирными кислотами. Поэтому оказывают на организм максимально благотворное действие.

Продукты со средним ИИ

Также есть ряд продуктов, инсулиновый индекс которых варьируется в приделах от 31 до 60. К ним относят гречневую, овсяную и перловую кашу, яйца, макароны твёрдых сортов, мюсли и сыр, чечевицу, говядину, рыбу, яблоки и апельсины, зерновой хлеб.

https://www.youtube.com/watch?v=uRYFQj279LI

Эти продукты также подходят для правильного диетического питания. Сочетая их со свежими овощами, можно достичь хороших результатов в похудении. Кроме того, продукты со средним инсулиновым индексом особенно полезны для тех, кто регулярно занимается в спортзале и старается набрать мышечную массу.

Инсулиновый индекс продуктов питания: полная таблица

Люди, вынужденные по состоянию здоровья следить за питанием, должны знать об инсулиновом индексе. Этот показатель отображает интенсивность изменения величины инсулина, он отличается от гликемического индекса.

Медики рассчитали указанный показатель для многих продуктов питания.

Диабетикам и людям, стремящимся похудеть, нужна полная таблица инсулинового индекса продуктов питания для того, чтобы понять, какие продукты и в каком количестве им можно употреблять.

Определение понятий

В 90х годах XX столетия было проведено полномасштабное исследование, направленное на определение инсулинового индекса продуктов, связи между диетическим питанием и массой тела исследуемых.

В ходе экспериментов брались порции продуктов с калорийностью 240 кКал, их сравнивали с белым хлебом. По умолчанию его индекс принимается за 100% — эталонную единицу.

В результате исследования установили, что даже при одинаковом количестве  углеводов наблюдается различие между гликемическим и инсулиновым индексами.

В некоторых случаях показатель инсулинового индекса превышает уровень гликемического.

Исследования показали, что продукты с незначительным гликемическим индексом могут провоцировать усиленную выработку инсулина. А это провоцирует ожирение, поэтому при похудении употреблять их нельзя.

Надо понимать, чем гликемический индекс отличается инсулинового. Первый показатель отображает процесс синтеза инсулина бета-клетками: он происходит скачкообразно. Понизить концентрацию сахара позволяет выработка инсулина, но при этом останавливается процесс жиросжигания.

Второй показатель отображает, как меняется содержание инсулина при употреблении продуктов. Он показывает, как быстро в кровь поступают углеводы, которые приносят глюкозу, перерабатывающуюся в сахар и как на них реагирует поджелудочная железа. Ведь некоторые продукты с низким содержанием углеводов стимулируют повышенную выработку инсулина.

Процесс метаболизма

В организме энергия вырабатывается при переработке углеводов. Процесс проходит следующим образом.

  1. При попадании в организм углеводов они быстро распадаются на фруктозу и глюкозу, время поступления в кровь – минимально. Сложные углеводы предварительно ферментируются.  В процессе ферментации уровень глюкозы повышается, поджелудочная начинает вырабатывать гормоны. Этот процесс называется инсулиновым откликом продуктов либо инсулиновой волной.
  2. Инсулин соединяется с поступившей в организм глюкозой, попадает в кровоток и переносится в жировые и мышечные ткани. Если инсулина не будет, то глюкоза не сможет проникнуть в клетки тканей: их мембраны будут непроницаемы.
  3. Часть поступившей глюкозы сразу расходуется на поддержание жизнедеятельности, оставшееся количество трансформируется в гликоген. Он отвечает за регулировку концентрации глюкозы в периоды между приемами пищи.
  4. Если углеводный обмен нарушится, то могут появиться сбои в процессе метаболизма глюкозы. В результате развивается висцеральное ожирение, риск появления диабета 2 типа возрастает.

Надо понимать, что легкоусвояемые углеводы сразу из ЖКТ попадают в кровь. Сложные углеводы предварительно проходят процесс расщепления, поэтому из одного количества углеводов в результате в организме наблюдает различное содержание глюкозы. Именно это отображает инсулинемический индекс.

Связь между инсулиновым откликом и концентрацией сахара  в крови

Определить, как организм отреагирует на поступление того или иного продукта в организм можно только опытным путем.

При проведении исследований добровольцам давали съесть определенный продукт и затем на протяжении 2 часов с периодичностью раз в 15 минут выясняли концентрацию глюкозы в крови. Так определяли гликемический индекс.

А понять, за какое время выработанный поджелудочной железой инсулин освободится от нее, позволяет показатель инсулинового отклика (индекса).

Употребляя продукты с повышенным инсулиновым индексом, человек ухудшает состояние своей поджелудочной железы. При их приеме в организме начинается процесс накапливания жира, резервы имеющегося перестают использоваться.

Разобраться с реакцией организма можно на примере творога. При его употреблении поджелудочная железа реагирует выбросом инсулина. Его гликемический индекс составляет 35, а инсулиновый – 120.

Это означает, что концентрация сахара при его употреблении не возрастает, а инсулин начинает активно вырабатываться.

При этом организм не сжигает поступивший в организм жир, главный жиросжигатель (липаза)  блокируется.

Это значит, что даже при низком гликемическом индексе продукты, повышающие инсулин, препятствуют прохождению процесса похудения. О данном факте должны помнить те люди, которые борются с лишним весом.

Столь значительную разницу в показателях гликемического  и инсулинового индекса некоторые ученые объясняют содержанием молочного сахара (лактозы) и процессом его взаимодействия с молочными кислотами. Из-за этого может высвобождаться инсулин.

Но точная причина активного выброса инсулина не известна.

Перечень продуктов

Разбираясь в основах правильного питания, многие пытаются найти список продуктов, содержащих инсулин. Такая формулировка неверна. Ведь инсулин является гормоном, который продуцируется поджелудочной железой при приеме пищи.

В ходе проведения исследований удалось установить, что все молочные продукты (за исключением сыра) провоцируют выброс инсулина. Например, гликемический индекс обычного молока составляет 30, а инсулиновый – 90. Но отказываться от молочных продуктов не стоит, употреблять их можно. Правда, врачи советуют не перекусывать молочным.

Диабетикам и людям, стремящимся похудеть, будет интересен перечень продуктов с низким инсулиновым индексом:

Многие люди с целью похудения употребляют в больших количествах кефир. Он, как и остальные молочные продукты, провоцирует выброс инсулина. При этом процесс жиросжигания блокируется. Но полностью отказываться из-за этого от молочных продуктов нельзя: ведь инсулиновый всплеск должен быть несколько раз в день.

Инсулиновый индекс иных популярных продуктов:

Наименование Показатель инсулинового индекса
Бананы 81
Молоко 90
Белый хлеб (эталонная единица) 100
Фруктовый йогурт 115
Пиво 108
Тушеная фасоль 120
Печенье 92
Вареный картофель 121
Карамель 160
Черный хлеб 96
Мороженое 88
Виноград 83
Белый рис 79
Шоколадный батончик Mars 122

Опасными считаются продукты, у которых не только высокий инсулиновый индекс, но и повышен гликемический индекс. Стоит отказаться от той пищи, гликемический показатель которой более 70. Это различные сладости, жареный хлеб, печенье, рисовая лапша, финики, арбузы, печеный картофель. Под запрет попадает также пиво.

Упор лучше делать на продукты с низким индексом. Это фрукты, ягоды, овощи. Низкий показатель гликемического индекса у черного шоколада, арахиса, бобов, семян подсолнуха.

Основы диеты

Чтобы похудеть следует помнить о том, что продукты, стимулирующие работу специальных клеток поджелудочной железы, лучше употреблять в первой части дня. Например, на обед можно съесть гречку с мясом (выбирать следует нежирные сорта, к примеру, куриную грудку). А вот в вечерние часы предпочтение следует отдать овощам: у них гликемический и инсулиновый индекс низкий.

Диетологи говорят, что ориентироваться в первую очередь следует именно на гликемический индекс. При этом инсулиновый отклик также важен. При сочетании пищи с невысоким гликемическим индексом и молочных продуктов можно рассчитывать на значительное повышение инсулинового индекса. Если съесть молочную овсяную кашу, то инсулин начнет интенсивно продуцироваться.

Кроме того, молочная продукция является причиной задержки жидкости в организме. При ее употреблении высвобождается альдостерон. Именно этот гормон задерживает натрий. Значит, жидкость в оргазме начинает накапливаться.

Избежать набора веса можно, если придерживаться следующих принципов:

  • в один прием пищи нельзя употреблять белки и углеводы;
  • белки и жиры животного происхождения не совместимы;
  • продукты со значительными показателями инсулинового индекса можно совмещать с пищей, богатой клетчаткой.

Но если включать в рацион лишь полезные продукты, следить за калорийностью пищи, то проблем со скачками инсулина и излишним набором веса не возникнет. А вот люди, страдающие от диабета, должны знать, какие продукты стимулируют интенсивный инсулиновый отклик.

Диабетикам также следует знать о том, каким образом можно удовлетворить потребность организма в глюкозе. К примеру, в 13 г меда (в одной десертной ложке) будет содержаться 10 г глюкозы.

Такое же количество глюкозы содержит порция объемом 100 г потушенной фасоли, 20 г белого хлеба или половина яблока среднего размера.

Но при этом, мед сразу попадет в кровь, а яблоки, хлеб и бобы будут проходить процесс ферментации.

Комментарий эксперта:

Инсулиновый и гликемический индексы: полезные таблицы

Инсулиновый индекс (ИИ) — показатель, выражающий количество инсулина, которое выделяется в организме в ответ на употребление пищи. Чем выше ИИ продукта, тем больше инсулина секретируется, и тем быстрее человек опять проголодается. Например, после употребления молока, ИИ которого 89, человек быстрее почувствует голод, чем после употребления рыбы, ИИ которой 59.

Кроме инсулинового индекса, иногда пользуются понятием «гликемический индекс». Он иллюстрирует повышение уровня глюкозы в крови после употребления продукта. Гликемический индекс раньше использовался при подборе меню для людей с сахарным диабетом. Однако сейчас ученые и врачи пришли к выводу, что для изучения диабета важнее знать реакцию поджелудочной железы, то есть изменения уровня инсулина. Недавнее исследование Kristine Bell в сентябре 2014 показало, что люди с сахарным диабетом 1 типа, питающиеся по меню с учетом инсулинового индекса, получили лучший результат, чем люди, питающиеся по классической схеме подсчета углеводов. А людям с диабетом 2 типа, благодаря подбору продуктов с низким ИИ, удалось стабилизировать уровень глюкозы в крови.

За 100 % гликемического индекса принимают ответ организма на употребление глюкозы. А за эталон ИИ начали принимать скорость выделения инсулина после употребления пшеничного хлеба на 240 ккал. Поэтому гликемический индекс белого хлеба равняется 80, а инсулиновый — 100.

Инсулиновый индекс молочных продуктов

Польза молока до сих пор вызывает много дискуссий в ученых и диетологов.

Гликемический и инсулиновый индексы молочных продуктов нуждаются в лучшем изучении. Эксперименты показали, что такие ферментированные кисломолочные продукты, как: кефир, ряженка и йогурт — вызывают больший инсулиновый ответ, в сравнении с просто лактозой, растворенной в воде.

Этому можно найти логическое объяснение. Одной из функций инсулина является увеличение массы тела, особенно у детей. Употребление молочных продуктов повышает содержание в крови инсулиноподобного фактора роста, который стимулирует увеличение размера и количества клеток. 

Повышать уровень инсулина могут 3 компонента молока:

1. Лактоза, она же молочный сахар.

2. Казоморфины — продукты распада молочного белка.

3. Малые пептиды молока с гормоноподобным действием.

Также интересны исследования инсулинового индекса белковых продуктов. Например, ИИ йогурта оказался значительно выше, чем у белого риса, а у тушенной фасоли — выше, чем у белого хлеба. Ученые до сих пор не могут определить ИИ мягких сыров и творога: в разных источниках указываются цифры от 45 до 130.

Единственный молочный продукт с низким ИИ — твердый сыр. А такие, казалось бы, правильные продукты, как обезжиренное молоко, йогурты и творог, провоцируют значительный выброс инсулина.

В любом случае исключать молочные и кисломолочные продукты из рациона не стоит. Можно просто ограничить их количество и стараться употреблять их в первой половине дня.

По инсулиновому индексу продукты можно поделить на 3 категории:

  • От 2 к 30. Низкий ИИ: все овощи, кроме картофеля, овсянка, гречка и яйца.
  • От 31 к 80. Средний ИИ: мясо, рыба.
  • От 81 к 160. Высокий ИИ: хлеб, молоко, картошка, десерты.

Учитывая ИИ при составлении рациона, вы сможете поддерживать стабильный уровень глюкозы, снизить уровень инсулина и уменьшить аппетит.

Нужно помнить, что каждый организм индивидуален. Существует очень много дополнительных факторов, влияющих на уровни глюкозы и инсулина в крови. Среди них: генетическая предрасположенность, индекс массы тела, уровень физической активности, баланс белков, жиров и углеводов, вредные привычки, состояние микробиоты и другое.

Как правильно сочетать продукты? Какие комбинации могут вызвать проблемы с пищеварением? Как правильно подбирать гарнир к мясу или рыбе? Ответ ищите в следующей таблице. 

Некоторые выводы из таблицы:

  • Мясо, рыба и птица хорошо сочетаются с овощами, а вот с крупами, хлебом и картошкой — плохо. 
  • Молоко, яйца и кондитерские изделия почти ни с чем не сочетаются.
  • Дыня — монопродукт, ее лучше употреблять самостоятельно.

Кроме умения сочетать продукты, важно знать время переваривания блюд. Так вы сможете выбирать правильное время для ужина, чтобы пищеварение не мешало здоровому сну.

С таблицы понятно, что:

  • Из-за долгого пребывания в желудке для ужина не подходят птица, говядина, баранина и особенно свинина.
  • После употребления молока, бобовых или каш лучше сделать паузу в 2 часа.
  • Фрукты и овощи легко перевариваются, поэтому после 30–45 минут можно употреблять другие блюда.

Нужно понимать, что время переваривания продуктов также зависит от уровня физической активности и особенностей системы пищеварения, поэтому индивидуально.

Питайтесь полезно и вкусно!

Инсулиновый индекс продуктов. Простым языком о сложных темах. | DO4A

Инсулиновый индекс продуктов. Простым языком о сложных темах.

В конце 90-х годов прошлого века сотрудница исследовательского института г.Сидней сделала публикацию в одном из западных журналов по диетологии на тему влияния гликемического индекса (ГИ) и инсулинового индекса (ИИ) на здоровье людей, больных диабетом.

Впервые заговорили об инсулиновом индексе еще в начале 1980-х, когда преподаватель одного из канадских университетов на своих занятиях ввёл термин инсулиновые продукты. В середине 1990-х учёный-нутрициолог из Франции Монтиньяк использовал это понятие в разработке уникальной авторской системы питания, которая стала очень популярной в среде ожиревших сограждан и привлекла внимание общественности к этой теме.

А уже в конце нулевых годов термин инсулиновый индекс вошёл в научный обиход, благодаря многочисленным серьёзным исследованиям.

В фитнес-индустрии это неоднозначное понятие утвердилось только лет 5 назад, мгновенно было подхвачено спортивными блогерами и получило широкое распространение в различных околонаучных любительских статьях не тему правильного питания и здорового образа жизни.

Как работает ИИ и что это такое?

Профессор Миллер предложила определять ИИ следующим образом:

Инсулиновый индекс — это показатель, определяющий величину инсулина, который выработается в организме при употреблении определённого количества пищи; то есть ИИ это скорость выделения инсулина после потребления конкретных продуктов.

Инсулиновый индекс продуктов. Простым языком о сложных темах.
За эталон и значение 100 взят кусок свежего пшеничного хлеба, калорийностью 240 ккал. Чем меньше значение ИИ, тем меньше инсулина производится после еды.
Количество произведенного организмом инсулина после потребления продукта также называют инсулиновым ответом (откликом, волной).

Для кого актуальна информация об ИИ.

Ну в первую очередь инсулиновый индекс продуктов важно учитывать людям, страдающим диабетом, для прогнозирования реакции организма при потреблении конкретных продуктов и для правильного расчёта доз препаратов инсулина (короткого и пролонгированного действия), который будет использован для инъекции после еды.

Во-вторых, информация об ИИ будет полезна людям, у которых наблюдаются преддиабетные состояния вроде инсулиновой резистентности. Таким людям очень сложно худеть, даже если жёстко урезать килокалории в суточном рационе и скрупулёзно высчитывать продукты питания буквально по граммам; их тела очень легко запасают жир и с великим трудом с ним расстаются.

На этом пункте я остановлюсь поподробнее, так сам страдаю инсулинорезистентным недугом и могу помочь читателю лучше разобраться в этой теме.

Любой прием пищи, даже белковый, провоцирует большой выброс гормона инсулина. И так как присутствует резистентность клеток к проникновению в них инса, то его избыток блокирует и процессы жиросжигания, и всё потреблённые килокалории мгновенно откладываются в жировое депо.

Помочь сжигать жир в таких случаях может только учёт гликемического и инсулинового индексов продуктов, контроль и дефицит калорий в суточном рационе, уменьшение количества приемов пищи. Но повторюсь, всё это актуально исключительно для людей с инс.резистентностью, то есть условно говоря для преддиабетиков.

Обычному человеку заморачиваться по поводу ИИ нет большого смысла, хотя если кто-то из Ваших близких, родных, друзей или врагов является носителем такой неприятно болячки, информация об инсулиновом индексе может быть полезна и Вам.

Инсулиновый индекс конкретных продуктов питания.

Инсулиновый индекс является нововведением в науке о правильном питании и подробная таблица с его точным значением для различных продуктов всё ещё находится в «открытом» состоянии, является неполной и постоянно дополняется новыми данными.

Но для самым популярных продуктов питания все необходимые расчёты уже проведены и мы обладаем вполне точный информацией, которая может быть применена диабетиками и простыми гражданами, желающими сбросить лишний вес.

Инсулиновый индекс зелени и овощей.

Инсулиновый индекс продуктов. Простым языком о сложных темах.

Инсулиновый индекс картофеля.

Инсулиновый индекс продуктов. Простым языком о сложных темах.

Инсулиновый индекс ягод, плодов и фруктов.

Инсулиновый индекс продуктов. Простым языком о сложных темах.

Инсулиновый индекс молочных продуктов.

Инсулиновый индекс продуктов. Простым языком о сложных темах.

Инсулиновый индекс вкусностей и сладостей.

Инсулиновый индекс продуктов. Простым языком о сложных темах.

Инсулиновый индекс злаков и зерновых.

Инсулиновый индекс продуктов. Простым языком о сложных темах.

Инсулиновый индекс хлеба, выпечки и кондитерских изделий.

Инсулиновый индекс продуктов. Простым языком о сложных темах.

Инсулиновый индекс других распространённых продуктов питания.

Инсулиновый индекс продуктов. Простым языком о сложных темах.

Система питания с учётом ИИ.

Вот несколько простых рекомендаций, которые необходимо учитывать при составлении диеты диабетикам и людям, страдающим преддиабетными состояниями.

1. Очень долгое время в диетологии процветал тезис о том, что такие «полезные» продукты с низким гликемическим индексом, как например творог, лучше всего употреблять на ночь, это в теории должно способствовать похудению и активному «ночному» жиросжиганию. Но с появлением новейших исследований на тему инсулинового индекса устаревшие постулаты науки о питании должны быть скорректированы.

Сейчас уже стало ясно, что творог обладает очень высоким ИИ и не подходит для потребления во второй половине дня людям, больным диабетом.

2. Продукты с инсулиновым индексом выше среднего очень плохо сочетаются с жирной пищей.

3. При употреблении алкоголя с «плохим» ИИ лучше исключить закуску с высоким содержанием жиров.

4. Первая половина дня – отличное время, чтобы заправиться чем-нибудь вкусненьким с высоким инсулиновым индексом. Ужинать лучше всего рыбой, овощами, морепродуктами и другими «ништяками» с низким инсулиновым и гликемическим индексом, дабы исключить возможность вечерних резких скачков инсулина и обезопасить организм от набора лишнего веса.

Инсулиновый индекс и молоко

Вся молочка (кроме сыра) вызывает значительный подъем инсулина. В этой статье мы разберемся, плохо ли это и какая тактика действий. Дело в том, что сывороточный протеин, молочный белок, дает самый высокий инсулиновый ответ по сравнению с не-молочными белками. В исследовании пациентов с диабетом 2 типа, включение сывороточного белка в пище увеличивает отклик инсулина на 31-57%, в то время как реакция глюкозы в крови снижается до 21%. 


Инсулиновый индекс и молоко


Молочный цикл:






В другом исследовании, добавление 400 мл молока к хлебу увеличивает уровень инсулина на 65%, несмотря на то, что не было никаких изменений в ответ глюкозы в крови. В этом же исследовании, добавление 200 или 400 мл молока к спагетти увеличивает уровень инсулина на 300%; опять же, не было никаких изменений в ответ глюкозы в крови.
 

После приема пищи ответ инсулина на молочные продукты частично коррелирует с повышением аминокислот с разветвленной цепью: лейцин, валин и изолейцин. Например, лейцин будет напрямую стимулировать поджелудочную железу вырабатывать инсулин.
Другой причиной того, что молочные продукты стимулируют столько секрецию инсулина является их воздействие на гормон GIP, это гормон, вырабатываемый кишечнике, который стимулирует секрецию инсулина. Молочные продукты стимулируют увеличение производства GIP. В одном исследовании сравнивали молочную сыворотку, молоко и сыр, белый хлеб, сухую сыворотку и сыр. Молочные продукты давали в результате 21-67% больше отклик GIP, чем белый хлеб.


Молочные продукты значительно повышают уровень инсулина, выше, чем можно было бы предполагать по имеющимся в них углеводам. Добавление молочных продуктов к продуктам с низким индексом превращает эти продукты в продукты с высоким гликемическим индексом. У молока гликемический индекс– 30 (невысокий), но вот инсулиновый индекс – 90 (высокий).



Инсулиновый, гликемический индекс и молоко

Вообще, это естественно. Инсулин стимулирует рост массы тела, поэтому способность молока его увеличивать способствует быстрому росту детенышей. Потребление молочного увеличивает содержание в крови вещества под названием инсулиноподобный фактор роста-1 (ИФР-1), которое активно стимулирует бурный рост клеток (в том числе и раковых). Но вот насколько это полезно взрослому человеку?


Вобще, наука пока не может ответить, чем вызвана такая разница между ГИ и ИИ молочных продуктов. Исследования показали, что молоко, творог, ферментированные молочные продукты, т.е. кефир, ряженка, йогурт, простокваша, сметана и так далее (сыр-исключение: ИИ=45), вызывают больший инсулиновый отклик, чем просто лактоза, разведенная в воде. 

Есть 3 основные теории:






3. Мелкие пептиды (их много в молоке, они обладают гормноноподобным действием). Кроме основных протеинов, сыворотки и казеина, молоко содержит целый ряд других белков, известных как пептиды, которые, как полагают ученые, могут оказывать некоторые физиологические эффекты на организм человека. Большинство из них положительные, но некоторые способны поднимать уровень инсулина непропорционально калорийному и нутрициональному содержанию молока.



Исследования показали, что единственным продуктом молочной диеты, не вызывающим значительного отклика инсулина, является сыр. Все остальные, включая цельное и обезжиренное молоко, йогурты, мороженное и творог, способствуют большему, чем можно было ожидать всплеску инсулина.

График сравнения повышения уровня глюкозы в плазме крови от молока (цельного/обезжиренного) с раствором глюкозы и график сравнения инсулинового отклика от молока (цельного/обезжиренного) с раствором глюкозы: Из графика видно, что инсулиновый отклик от молока (цельного/обезжиренного) выше, чем от раствора глюкозы.


Но! Колебания инсулина в крови не влияют на уровень глюкозы, а в случае с углеводами уровень инсулина связан с уровнем глюкозы. Т.е. глюкоза крови не скачет! Значит, несмотря на колебания инсулина, перепадов настроения и пищевого поведения не будет. Это очень важно!


Вы знаете, что при употреблении углеводов возникают колебания глюкозы в крови. Это приводит к дисбалансу, мы чувствуем подавленное состояние (упадок сахара) и непреодолимое желание употребить что-нибудь сладкое и вкусное, чтобы резко восстановить прежний уровень глюкозы в крови. Молочка хоть и вызывает подъем инсулина, но не вызывает такой реакции.


Вроде бы напрашивается очевидный вывод: молоко мешает контролю веса и похудению. Вроде бы, потребляя молочные продукты, мы должны набирать вес очень быстро. Но это не так. И мы с вам подходим к молочному инсулиновому парадоксу.



Молочный инсулиновый парадокс.


В теории, будучи очень мощным анаболическим гормоном в мышцах, инсулин способствует не менее мощной задержке жира в организме. При его секреции все механизмы, влияющие на оксидацию жиров, подавляются, а те, что отвечают за сохранение жиров, активируются. Сам по себе инсулин никого не может сделать толстым, но в комбинации с сахарами его жиросохраняющий эффект усиливается
Понятно, что молочные продукты являются чрезвычайно стимулирующими инсулин,  чем многие продукты с высоким содержанием углеводов. Таким образом, если углеводов гипотеза / инсулин была бы правдой, то можно было бы предсказать, что диета с высоким содержанием молочных продуктов должна способствовать набору веса и накоплению жира. Тем не менее, исследования не показывают никакой связи между потреблением молочных продуктов и увеличение веса. Например, нет никакой связи между потреблением молочных продуктов и ИМТ в японских женщин. В США у мужчин, нет никакой связи между увеличением потребления молочных продуктов и долгосрочного увеличения веса. У женщин в перименопаузе высокое потребление молочных продуктов фактически обратно пропорционально связано с увеличением веса.


В исследованиях на животных тоже не обнаружено связи между высоким подъемом инсулина и набором жира. Дело в том, что при употреблении углеводов инсулин выделяется дозозависимо и пропорционально количеству углеводов. А вот при употреблении молочных продуктов такая зависимость отсутствует.

Реальность же сложнее: молочные продукты не способствуют увеличению веса, и они фактически тормозят увеличение веса в исследованиях на животных. И это несмотря на то, что молочные продукты вызывают  значительный подъем инсулина,  больше, чем многие другие продукты с высоким содержанием углеводов. Таким образом, инсулин не является главным преступником в эпидемии ожирения. 

 

Этот парадокс я объясню позже, а пока отмечу, что низкий инсулин — это «хорошее здоровье», а ослабленный инсулиновый сигнал это «плохо для здоровья». Т.е. выброс инсулина – это нормально, плохо, если у вас постоянно повышен уровень инсулина и плохой отклик на стимуляцию.




1. Молочка для людей с высокой чувствительностью к инсулину.


Отнесем сюда занимающихся спортом, особенно силовыми упражнениями. У чувствительных к инсулину людей молочные продукты способны вызвать настолько мощный подъем инсулина, что это может кончиться реактивной гипогликемией – понижением уровня сахара в крови. Эффект так ярко выражен, что добавление молока к пище, содержащей смесь высоко- и низкогликемичных продуктов может закончиться значительным высвобождением инсулина. Поэтому чувствительные к инсулину люди могут чувствовать голод спустя час после еды (это из-за колебаний инсулина).

Парадоксальной реакцией инсулина можно объяснить часто наблюдаемую задержку жидкости после потребления молока. Высокий уровень инсулина способствует высвобождению надпочечниками другого гормона – альдостерона. Альдостерон задерживает натрий и, следовательно, жидкость, способствуя выводу калия. (Этот гормон обладает еще целым рядом нелицеприятных эффектов).



2. Молочка для людей с низкой чувствительностью к инсулину (инсулинорезистентных).



Добавление сывороточного белка может стимулировать нормальное выделение инсулина и помочь контролировать уровень глюкозы в крови. Но избегайте приема молочки во второй половине дня: низкий уровень кортизола плохо сочетается с высоким уровнем кортизола. Употребляя молоко при похудении, мы стимулируем поджелудочную железу на существенный выброс инсулина. Белки и быстрые углеводы: друзья или враги?


3. Для спортсменов.
Инсулин – это мощнейшая транспортная система для аминокислот и углеводов. Молочка поможет (при нормальной переносимости).


4. Общие советы.


— вы не наберете избыток веса только из-за того, что молоко стимулирует выброс инсулина

— умеренное потребление молочки допустимо в здоровой диете

— избегайте больших количеств чистого молока.

— не сочетайте большие объемы высокоуглеводистых продуктов с молочкой!

— важна индивидуальная переносимость молока (лактоза, казоморфины).

— молочка безопаснее при временных ограничениях питания

— ни в коем случае не перекусывать молочкой! (и вообще, не перекусывать =)

— ограничивайте молочку при активном похудении (во второй половине дня)

Чтобы быть в курсе нового и интересного, вы можете подписаться на почтовую рассылку. Кроме блога, я веду Youtube канал, там много полезного и интересного! Также актуальные посты всегда появляются в соцсетях и мессенджерах: Vkontakte, Facebook, Telegram, Instagram

Источники:

http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/11641749

http://weightology.net/weightologyweekly/?page_id=536

Кисломолочные продукты на ночь — за или против – Finscanner

Продукты, такие как кефир, ряженка, молоко и т.п., съеденные на ночь тормозят процесс похудения. Поэтому при желании их нужно употреблять до ужина (приблизительно до 17-18 часов).

Если вы активно занимаетесь спортом и ставите перед собой цель похудеть или проработать рельеф тела, то диетологи рекомендуют исключить на ночь протеин на казеине (медленный протеин).

Ужин настоятельно не рекомендуется заменять молочными продуктами. Лучший вечерний прием пищи при похудении: белок + клетчатка (мясо с овощами).

Многие люди находятся в недоумении, что вообще может быть плохого в стакане кефира перед сном. Но все дело в гликемическом индексе (ГИ). Это показатель влияния углеводов в продуктах питания на изменение уровня глюкозы в крови. Говоря проще, индекс показывает, насколько поднялся сахар в крови в ответ на любую пищу, которую мы съедаем. 

Если человек худеет, диетологи рекомендуют употреблять пищу с низким и средним ГИ. В свободном доступе в интернете есть множество таблиц с показателями разных продуктов — молочные находятся как раз в районе низкого и среднего гликемического индекса. Однако помимо него существует еще и инсулиновый индекс (ИИ). Это показатель количества инсулина, который выбрасывается в кровь в ответ на употребление продуктов.

Как это работает: мы съедаем продукт, повышается уровень сахара. Насколько высоко он поднимется можно определить с помощью таблиц гликемического индекса. Например, высокий уровень ГИ у фастфуда, сахара, меда (ГИ 90), мучных изделий (белого хлеба), картофеля и т.д.

А инсулин выделяется, чтобы понизить уровень сахара в крови и выполнить для сахара транспортную функцию, доставив его в клетку в качестве энергии.

Важно понимать что любые продукты имеют и ГИ, и ИИ. Часто эти индексы разные.

Мы можем съесть продукт, который не спровоцирует высокий выброс сахара в кровь, но будет способствовать большей выработке инсулина. Так вот, любые кисломолочные продукты имеют низкий и средний гликемический индекс, но при этом очень высокий индекс инсулина.

В чем же проблема молочных продуктов на ночь?

До этого момента мы разобрались, что при употреблении молочных продуктов не повышается уровень сахара, но происходит мощный выброс инсулина. Чем чаще и больше выделяется инсулин, тем больше тормозится процесс жиросжигания. Инсулин в переизбытке дает сигнал жирным кислотам образовывать триглицерид и он уже не сможет покинуть клетку. Выхода жирных кислот из жировой клетки не происходит. Таким образом жиросжигание останавливается.

Инсулин выполняет ряд важных функций, и днем кисломолочные продукты хорошо вписываются в рацион правильного питания. Но вечером не рекомендуется употреблять продукты с высоким инсулиновым индексом, потому что существует соматотропный гормон (гормон роста). Он синтезируется и выделяется с 23:00, и одна из его функций – процесс жиросжигания. Это наш естественный жиросжигатель, и самая большая его концентрация в организме с 23:00 до 01:00. Если всплеск инсулина происходит конкретно в это время, то процесс жиросжигания блокируется инсулином. Соматотропный гормон за час может сжигать 100 гр. жировой клетчатки, поэтому грустно упустить такой момент, когда для похудения не приходится напрягаться.

Организм начинает сам сжигать избыток жира, но мы можем ему мешать продуктами с высоким инсулиновым индексом, просто поев на ночь. Например, съев творожок, гликемический индекс которого 30, а инсулиновый индекс — примерно 120. Важно понимать, что если мы едим продукты с высоким инсулиновым показателем на ночь, то сам инсулин будет продолжать выделяться на протяжении трех часов.

Кисломолочные продукты на ужин позволительно есть только при наборе массы, но при похудении вечером от них лучше отказаться.

Подытожим: 

  • Необходимо учитывать не только гликемический индекс продуктов, но обращать внимание и на индекс инсулина. 
  • Не стоит употреблять продукты с высоким инсулиновым индексом перед сном. 
  • Так как вся молочная продукция имеет высокий инсулиновый индекс, употребляя ее на ночь, мы тормозим естественное жиросжигание.

Vita Verde — здоровая жизнь!

12 Апр Инсулиновый индекс – вопросы и ответы

Posted at 07:47h in Полезные советы by Vita Verde

В последнее время все громче слышны голоса в пользу важности учета инсулинового индекса для профилактики не только диабета, но и ожирения, для сохранения веса и соблюдения всех норм здорового питания. При этом диетологи пока не пришли к единому мнению относительно степени важности учета инсулинового индекса при составлении здорового рациона.

В этот статье мы попытаемся ответить на самые основные и важные вопросы, касающиеся инсулинового индекса и его важности.

 

Что такое инсулиновый индекс?

Впервые об инсулиновом индексе (ИИ) заговорили в 1997 году, когда профессор Сиднейского университета (Австралия) Женни Бранд-Миллер впервые обратила внимания на важность подсчета количества выделяемого инсулина на единицу потребленного продукта. В ноябре того же года благодаря публикации в «Американском журнале диетического питания термин инсулиновый индекс стал известен широкой публике.

По определению Женни Бранд-Миллер, инсулиновый индекс — это коэффициент, показывающий, какое количество гормона инсулина выбрасывает поджелудочная железа в ответ на поступление порции углеводов в составе продуктов питания. 1 «эталонная» единица ИИ приравнивается к 240 килокалориям пшеничного свежего хлеба без добавок.

До появления инсулинового индекса эндокринологи и диетологи опирались в основном на показания гликемического индекса (ГИ), который показывает, как воздействует употребление того или иного продукта на уровень сахара в крови. В качестве эталона в гликемическом индексе выступает глюкоза, гликемический индекс которой равен 100. Исходя из этой «точки отсчета», каждому продукту присваивается показатель от 0 до 100 в зависимости от скорости, с которой он повышает уровень глюкозы в кровяном потоке (обычно называемый уровнем «сахара крови»).

 

Многие специалисты, однако, считают более точным показатель гликемической нагрузки (ГН). Формула ее расчета проста: гликемический индекс умножают на количество углеводов и делят на 100. Гликемическая нагрузка свидетельствует о том, что огромную роль в повышении риска ожирения, диабета и сопутствующих им заболеваний играет не только (и не столько) количество глюкозы в крови, сколько количество углеводов в потребляемом продукте. Так, гликемическая нагрузка килограмма торта будет выше, чем килограмма арбуза, хотя количество глюкозы в них будет примерно одинаково.

Что показал инсулиновый индекс?

Открытие и широкое применение инсулинового индекса привело если не к шокирующим, то, во всяком случае, к неожиданным результатам. Оказалось, что разные продукты могли содержать одинаковое количество углеводов, но ИИ у них оказывался разным.

В целом показатели инсулинового индекса совпадали с показателями гликемического индекса, но в некоторых продуктах, считавшихся диетическими, инсулиновый индекс оказался неожиданно очень высоким. Речь, прежде всего, идет о молокопродуктах. Их инсулиновый индекс в несколько раз превышал показатели гликемического. Например, ГИ йогурта равен 35, а его ИИ – 115. Выяснилось, что и другие протеиновые продукты никак не сказываются на сахаре в крови, но влияют на скорость выработки инсулина. Способны заставить его быстро вырасти, например, рыба (ИИ – 59) и говядина (ИИ – 51).

Это означает, что, несмотря на невысокий гликемический индекс приём данных продуктов вызывает повышенную секрецию инсулина. А повышение секреции инсулина напрямую приводит к образованию и накоплению лишнего жира. Все взаимосвязано: чем выше концентрация глюкозы в крови, тем больше инсулина поступает в кровь, и тем больше вероятность того, что эта глюкоза будет транспортирована инсулином непосредственно в жировые клетки.

Исследования, опубликованные в 2008 году в издании The Journal of Clinical Endocrinology & Metabolism  показали, что только углеводы способны вызвать значительную реакцию инсулина. Влияние жиров на реакцию инсулина незначительно. Белки же по-разному воздействуют на уровень инсулина, всё зависит от категории их принадлежности (кетогенные, глюкогенные, оба типа).

Было выявлено, что кетогенные амины (лейцин, лизин) не могут быть превращены в глюкозу, а значит, они не вносят существенный вклад в реакцию инсулина (100 г кетогенных аминов дают 0 г глюкозы).

В свою очередь, глюкогенные амины (например, гистидин, метионин, валин) способны превращаться в глюкозу, если это необходимо, и вызывать значительную реакцию инсулина, как и углеводы (100 г глюкогенных аминов дают 100 г глюкозы).

Третья группа аминокислот – оба типа (100 г «к+г» аминокислот дают 50 г глюкозы). Эти амины (изолейцин, фенилаланин, триптофан) могут быть превращены в глюкозу, чтобы вызвать значительную реакцию инсулина, если это необходимо. Но они также могут быть превращены в жирные кислоты и вызывать незначительный инсулиновый ответ.

Исследование позволило вывести формулу для инсулиновой нагрузки. ИИ (грамм) = общее количество углеводов – волокно + глюкогенные амины + 0,5 х «оба» типа аминокислот.

Существует три примерных уровня значений инсулинового индекса:

  • от 2 до 30 – низкий: овсянка, гречка, яйца
  • от 31 до 80 – средний: говядина, рыба
  • от 81 до 160 – высокий: хлеб, молоко, картошка, выпечки, йогурты с наполнителями

Инсулиновый индекс некоторых продуктов:

 

Название продукта ИИ
Карамельные конфеты 160
Батончик «Марс» 122
Вареная картошка 121
Фасоль 120
Йогурт с наполнителями 115
Сухофрукты 110
Пиво 108
Хлеб (белый) 100
Кефир, ряженка, простокваша, сметана 98
Хлеб (черный) 96
Песочное печенье 92
Молоко 90
Мороженое (без глазури) 89
Крекер 87
Выпечка, виноград 82
Банан 81
Рис (белый) 79
Хлопья кукурузные 75
Жаренный во фритюре картофель 74
Рис (коричневый) 62
Чипсы картофельные 61
Апельсин 60
Яблоки, разные виды рыбы 59
Хлеб с отрубями 56
Попкорн 54
Говядина 51
Лактоза 50
Мюсли (без сухофруктов) 46
Сыр 45
Овсяные хлопья, макаронные изделия 40
Яйца курицы 31
Перловая крупа, чечевица (зеленая), вишни, грейпфрут, черный шоколад (70% какао) 22
Арахис, соя, абрикосы 20
Салат листовой, помидор, баклажан, чеснок, лук, грибы, перец (зеленый), брокколи, капуста 10

 

Более полные перечни ИИ продуктов можно найти в интернете.

 

Как влияет знание ИИ на наше питание?

 

«Крестная мать» инсулинового индекса Женни Бранд-Миллер во всех своих публикациях специально оговаривает, что в ходе экспериментов добровольцы получали продукты на голодный желудок, а значит, каждый продукт перерабатывался и демонстрировал рост концентрации инсулина изолированно. Чистый эксперимент и повседневная жизнь – вещи разные. Мы крайне редко едим во время приема пищи только один продукт, получаемая в течение дня пища расщепляется и переваривается разное время, продукты и блюда в процессе переваривания оказывают друг на друга взаимное влияние.

Поэтому огромное значение приобретает не только прием того или иного продукта, но и сочетание продуктов во время приема пищи.

Существует множество конкретных рекомендаций на тему, что и с чем можно (или не рекомендуется) употреблять. Здесь мы приведем несколько общих правил и рекомендаций, в которых сходятся почти все диетологи:

  1. Не рекомендуется употреблять обезжиренные молочные продукты. Чем больше жиров в белковом продукте, тем меньше выброс инсулина. Необходимый нам кальций усваивается только из среднежирного (5-9%) и жирного (20%) творога. Оптимальный вариант – творог с жирностью 5-9 %, лучше всего с добавлением клетчатки.
  2. Не стоит есть тот же творог, рыбу и говядину вместе с легкоусвояемыми «доступными» углеводами, обладающими большим ГИ (например, картофелем, белым рисом, хлебом, творог – с мёдом), выбрасывающими внушительное количество сахара в кровь. Именно так рождается процесс: «высокий сахар + высокий инсулин = ненужные жировые запасы».
  3. Не рекомендуется смешивать продукты с низкими и высокими значениями ИИ, например, добавлять молоко в овсянку. Классический американский завтрак «хлопья с молоком (йогуртом) + апельсиновый сок» заставляет организм вызывает большую секрецию инсулина.
  4. Не стоит смешивать быстрые углеводы с насыщенными жирами – например, сдобу не рекомендуется употреблять с мясом, а мясные блюда – запивать сладкой газировкой или соком.
  5. На завтрак лучше выбирать пищу, богатую белками. Это тонизирует организм и дает ощущение сытости на длительный период времени
  6. Идеальный график приема пищи – три раза в день, без перекусов.
  7. Не стоит покупать продукты с надписями «диетический», «пониженной калорийности» и «обезжиренный». На самом деле, это значит, что натуральные жиры в этих продуктах были заменены углеводами.
  8. Рекомендуется внимательно изучать продуктовые этикетки на предмет содержания мальтодекстрина, солода, ксилозы, кукурузного сиропа и других заменителей сахара. Доказано, что эти заменители намного более вредны для организма, чем обычный белый сахар.

 

Так все-таки – насколько важен инсулиновый индекс?

 

Первое и главное:  Все рекомендации, связанные с инсулиновым индексом, прежде всего, относятся к людям, страдающим диабетом 2 типа. Исследования на добровольцах, страдающих этой болезнью, показало благотворное влияние учета инсулинового индекса в выработке рациона для них.

Тем же, кто просто заботится о здоровье и фигуре, следует помнить, что каждый человек индивидуален, у каждого из нас поджелудочная железа по-разному реагирует на тот или иной продукт. Другими словами, инсулиновые ответы организма разных людей на одинаковые продукты разнятся.

Пару слов о молоке и твороге. Учёные пока не могут объяснить, чем вызвано несоответствие ГИ и ИИ молочных продуктов (в первую очередь сладкого йогурта). Более того и, что особенно парадоксально, не выявлено никакой связи между увеличением веса и потреблением молочных продуктов. Так что не спешите отказываться от любимого творога (но жирность его все-таки стоит учитывать).

Повторимся, все рекомендации, связанные с ИИ, относятся, прежде всего, к диабетикам. Применение системы питания, основанной на контроле инсулинового индекса, по отношению к здоровым людям, пока очень мало изучено, и не существует неоспоримых доказательств эффективности этого подхода для похудения. Более того, существуют исследования, которые доказывают вредность полного исключения углеводов из рациона.

 

Что делать?

Во всяком случае, не паниковать и спокойно продолжать использовать общие проверенные рекомендации. Все должно быть в меру и сбалансировано. Больше свежих овощей и зелени – меньше мяса и хлеба. Сложные углеводы, растительные жиры и минимум сахара. Меньше излишеств, больше активности.

Ну и просто контролировать себя. Если при том рационе, который вы соблюдаете, вы прекрасно себя чувствуете и прекрасно выглядите, значит вы все делаете правильно. Надоел обычный рацион, хочется чего-то нового – пробуйте. А если сомневаетесь – просто свяжитесь с диетологом.

 

По материалам блога  http://www.abcslim.ru

Инсулиновый индекс — что это такое: таблица продуктов с высоким ИИ

Опубликовано: 03.01.2020Время на чтение: 6 минут4178

Если о гликемическом индексе говорят уже давно и часто, то понятие «инсулиновый индекс» слышали далеко не все. А ведь эти два параметра имеют явную связь, но есть между ними и принципиальная разница. Из этой статьи вы узнаете, в чем заключается это отличие и на что лучше ориентироваться при составлении рациона.

Понятие инсулинового индекса

Под инсулиновым индексом (ИИ) принято понимать то количество инсулина, которое синтезируется в нашем организме в качестве ответной реакции на употребление того или иного продукта. Данный показатель был введен профессором Дженни Бранд-Миллер. Именно темой ее научных исследований в Сиднейском университете стали механизмы усвоения организмом углеводов с пищей.

Интересный факт: Результатом таких работ стало создание таблицы гликемических ответов для 62 общих продуктов. Позднее, в 2002 году, были разработаны расширенные таблицы ГИ.

  • Впоследствии как раз эти работы послужили отправной точкой формирования так называемой теории гликемического индекса (ГИ). А потом уже наработки Бранд-Миллер легли в основу диетических концепций Пьера Дюкана и Мишеля Монтиньяка. Принято справедливо считать, что инсулиновый индекс выступает более детализированным параметром, нежели гликемический.
  • Дело в том, что исследования показали наличие прямой взаимосвязи между потреблением не только углеводных продуктов, но и некоторых видов белковой пищи и повышением в крови уровня гормона инсулина. При этом разница в показателях гликемического и инсулинового индексов у одних и тех же видов пищи может быть весьма значительной.
  • Можно сказать, что теория инсулинового индекса продолжает и совершенствует теорию гликемического индекса. Однако первая акцентируется не на увеличении уровня глюкозы в крови, а на том, какое количество гормона инсулина после еды синтезирует организм. Принципиальное отличие ИИ от ГИ заключается в том, что в первом случае изучаются источники белков и жиров, а также сочетаний других веществ.

Инсулин и его роль в нашем организме

Инсулин является одним из ключевых гормонов.

  • В человеческом организме его функция заключается в том, чтобы служить проводником для поступающей из пищи глюкозы.
  • Он помогает этому веществу доставляться к клеткам, где он начинает преобразовываться и использоваться в качестве источника энергии.

Когда выработка инсулина недостаточная. В такой ситуации организм оказывается неспособен усваивать из продуктов такие вещества, как углеводы. Этот негативный процесс может привести к накоплению в крови избыточного сахара. В медицине данное патологическое состояние принято называть сахарным диабетом 1-го типа. При постановке такого диагноза дефицит собственного инсулина требует корректировки специальными уколами, содержащим этот гормон.

Когда организм отказывается использовать инсулин. Есть и другой недуг, получивший название «диабет 2-го типа». Такое заболевание вызвано тем, что человеческий организм вообще отказывается использовать инсулин, хотя вырабатываться он может и в нормальном количестве. Один из факторов, виновных в развитии диабета, – некорректный рацион, при котором люди регулярно и слишком обильно потребляют богатую быстрыми углеводами пищу. Такой диагноз сопряжен с появлением избыточного веса и ожирения, а также развитием на фоне еще целого перечня малоприятных и опасных заболеваний.

Диета по ГИ и ИИ: основные отличия

Система питания, которая предполагает необходимость учитывать в продуктах гликемический индекс, подразумевает практически полный отказ от еды, для которой характерен высокий уровень ГИ. К ней относят, в частности, хлебобулочные изделия, картошку, белый рис. Также данная диета подразумевает умеренное включение в рацион пищи, которая имеет средний ГИ. Это макароны, которые изготовлены из твердых сортов пшеницы, хлеб из ржаной муки. В приоритете остаются продукты, обладающие низким ГИ, а именно: овощи, несладкие фрукты, греча, булгур и другие цельнозерновые крупы и изделия из них. Если же ориентироваться на теорию инсулинового индекса, такая система питания будет претерпевать некоторые корректировки.

  • Во-первых, учитывается влияние на уровень в крови инсулина продуктов – источников жиров и протеинов, даже если для них не характерно ощутимое присутствие углеводов.
  • Во-вторых, отдельного уточнения требуют количественные сведения о составе конкретных сладостей, продуктов и блюд, богатых простыми углеводами. Ведь такая еда, даже несмотря на умеренный гликемический индекс, может приводить к ощутимому скачку в крови инсулина.

Инсулиновый индекс мясных продуктов

Теория ГИ в принципе не рассматривает продукты, богатые жирами и белками, если в них не присутствуют углеводы. Принято считать, что они не оказывают влияния на показатели сахара в крови, а значит, обладают нулевым гликемическим индексом. Но проведенный ряд исследований доказывает, что мясо и даже рыба способны повышать уровень глюкозы, то есть иметь формальное значение ГИ. При этом значение их ИИ оказывается еще выше. Откуда такое несовпадение? Причина заключается в том, что наш организм может преобразовывать в глюкозу некоторые аминокислоты (валин, метионин, гистидин), источником которых как раз и выступает белковая пища. При такой конвертации образуется особая форма глюкозы (так называемая неуглеводная), которая откладывается преимущественно в печени, мышцах и коре почек. Именно процесс такого глюкосинтеза взят за основу диеты кето и безуглеводной системы питания, нацеленных на жиросжигание.

Таблица содержания ГИ и ИИ в продуктах

Обращаясь к спискам гликемического индекса продуктов питания, следует понимать, что показатели в них представляют собой не более чем усредненные данные. В зависимости от целого перечня факторов эти цифры могут варьироваться в достаточно широких численных рамках – от 5 до 30 %.

  • Чтобы узнать ГИ, обычно берется порция, в которой содержится примерно 50 г углеводов в чистом виде. В то время как расчет инсулинового индекса в продуктах производится для порции, энергетическая ценность которой соответствует 1000 кДж (примерно это соответствует 240 ккал).
  • Имеет влияние на показатели инсулинового индекса, а также реакции организма на употребление продуктов в виде изменений в выработке инсулина и условия приема пищи, например на пустой желудок. Разработчики данной теории полагают, что в реальности цифра может незначительно (как в случае с ГИ), но все равно отличаться.
  • Еще один фактор, влияющий на синтез гормона инсулина, – это то, в какой физической форме находится человек. Ниже представлена справочная таблица, где перечислены продукты с указанием соответствующих им значений гликемического и инсулинового индексов.

В деле контроля над рационом с целью лечения, а также профилактики заболеваний, связанных с нарушением работы обмена веществ, синтеза гормонов и рядом других проблем, или рационального похудения не следует забывать и о дополнительных помощниках. Если для вас представляется настоящей проблемой ограничивать себя или отказываться практически полностью от продуктов, обладающих высоким гликемическим и инсулиновым индексами, обратите внимание на Желтые таблетки Herbalife. Композиция добавки, состоящая из таких активных веществ, как хром и экстракт гарцинии камбоджийской, уменьшает тягу к сладкому и перекусам, которые все чаще представляют собой какой-нибудь отнюдь не полезный углеводный перекус на бегу.

Для чего нужно знать инсулиновый индекс

С точки зрения информативности ИИ выступает более конкретным, поэтому представляет больше прикладной ценности. Учитывать инсулиновый индекс потребляемой пищи необходимо, чтобы более четко контролировать содержание инсулина в крови после еды. В первую очередь это актуально для тех, у кого диагностирован диабет, но также пригодится и тем, кто ведет борьбу с лишними килограммами. Важным моментом является то, что продукты, которые являются источниками лактозы (молочного сахара), способны вызвать резкий выброс количества гормона инсулина. А ведь ГИ таких продуктов, как молоко и йогурт, сыр и творог, высоким назвать нельзя. Также сочетание в рационе продуктов, имеющих как высокий ИИ, так и повышенное содержание жиров, приводит к увеличению выработки инсулина, так что это не есть удачные кулинарные композиции.

Узнайте, как питаться
сбалансированно
и контролировать
свой весУзнать больше 2020-01-03

Автор: Будь в Форме

Оцените материал!

Добавить отзыв


Отзывы

михаил | 22.05.2020 11:24

сейчас ИИ — это крайне актуальная тема!!! Мой приятель, увлёкшись не на шутку ЗОЖ, впитывал каждое слово в интервью всяких » умников»  которые советовали для профилактики атеросклероза коронарных сосудов каждый день завтракать обезжиренным творогом, за лет 5 убил свою поджелудочную до того, что заработал хронический панкреатит и как следствие дисбиоз кишечника со всякими диспепсиями и колитами!!!

Князь Ирина | 06.01.2020 14:31

Интересная таблица, возьму себе на заметку. Было бы здорово, если производители начали писать инсулиновый индекс продуктов на упаковках!

Insulin Index — обзор

10 Влияние белков и жиров на уровень глюкозы в крови

Белки могут регулировать уровень глюкозы в крови, а определенные белки из определенных источников могут иметь положительные эффекты. Было показано, что сывороточный протеин влияет на инсулиновый ответ у пациентов с диабетом 2 типа (Frid, Nilsson, Holst, & Bjorck, 2005). Белок молока модулирует уровень глюкозы в крови, специфически влияя на секрецию инсулина из-за содержания в нем инсулинотропных аминокислот или из-за его влияния на гормоны GIP и GLP-1.Также известно, что потребление молока и молочных продуктов влияет на борьбу с хроническими заболеваниями, связанными с инсулинорезистентностью (Pereira et al., 2002).

Hoyt, Hickey, and Cordain (2005) попытались определить, вызвана ли разница в GI и II молока разницей в содержании жира. Они протестировали обезжиренное и цельное молоко у здоровых участников и обнаружили схожий инсулиновый ответ как для обезжиренного, так и для цельного молока. Это подтвердило, что инсулинотропный эффект молока не связан с жиром, а может быть обусловлен характерными белками в молоке.

Хотя жир и белок снижают гликемический ответ, эффект не зависит друг от друга при использовании в комбинации. Хотя наблюдалось линейное дозозависимое влияние как жира, так и белка на гликемический ответ, для белка было отмечено большее влияние веса к весу, чем для жира (Moghaddam, Vogt, & Wolever, 2006). Некоторые характеристики испытуемых играли важную роль в влиянии белков и жиров. Наблюдалась взаимосвязь между уровнем белка, окружностью талии и потреблением клетчатки, тогда как эффект жира в большей степени зависел от уровней инсулина в плазме натощак испытуемых.Несколько механизмов ответственны за действие жиров и белков. Некоторые из них — это задержка опорожнения желудка, влияние GIP и GLP-1 на опорожнение желудка и секрецию инсулина или влияние специфических аминокислот на секрецию инсулина.

Миндаль — это продукт, богатый мононенасыщенными жирными кислотами и клетчаткой, благотворно влияющие на липидный профиль. Было показано, что потребление 10 г сырого миндаля в день в течение 4 недель снижает реакцию глюкозы в крови натощак и после приема пищи у женщин с диабетом 2 типа.Положительный эффект на снижение гликемии натощак и постпрандиальной гликемии был очевиден с 1-й недели и продолжался до 4-й недели (Choudhary et al., 2009). Jenkins et al. сообщили о снижении риска окислительного повреждения белков в результате низкого гликемического эффекта миндаля. Здоровые испытуемые потребляли 60 г сырого миндаля без блеска с белым хлебом и сравнивали свой постпрандиальный гликемический ответ с рисовой и картофельной муками. Добавление миндаля снижает гликемический ответ на хлеб после приема пищи вместе с добавлением дополнительных антиоксидантов в еду (Jenkins et al., 2006).

Ферментация — это процесс, который влияет на гликемический ответ продуктов. Было показано, что молоко и молочные продукты вызывают различный гликемический ответ в зависимости от степени ферментации, которой они подвергаются. Это связано с присутствием в ферментированных продуктах кислот, таких как молочная кислота. Ostman, Liljeberg Elmståhl, Björck (2001) сравнили гликемический ответ ферментированных, маринованных и неферментированных молочных продуктов с белым хлебом в качестве эталонного продукта. Сами молочные продукты демонстрируют пониженный гликемический ответ из-за присутствия сахарной лактозы, которая с трудом переваривается и превращается в глюкозу.Молочные продукты показали более низкие показатели GI и II по сравнению с белым хлебом, но не было никакой разницы между кисломолочными и обычными молочными продуктами. Но присутствие кислоты в виде йогурта и маринованных огурцов снижает GI и II белого хлеба. Инсулинотропный эффект молока и молочных продуктов можно объяснить определенными типами аминокислот, присутствующими в молоке, которые могут влиять на реакцию инсулина.

Все молочные продукты обычно обладают свойством снижать гликемический ответ по сравнению с крахмалистыми продуктами.В недавнем исследовании, сравнивающем человеческое и коровье молоко с восстановленными напитками из коровьей сыворотки и казеина и белым хлебом, все молочные продукты показали пониженный гликемический ответ (Gunnerud, Holst, Östman, & Björck, 2012). Авторы ожидали увидеть изменение реакции на грудное молоко из-за высокого содержания в нем сывороточного протеина. Результаты показали немного более высокую экономию инсулина в грудном молоке на количество белка в молоке, и этот эффект можно отнести к аминокислотному профилю белков.

Белки из различных растительных и животных источников сравнивали в исследовании, чтобы определить их вариации на инсулинотропный эффект (Nilsson, Stenberg, Frid, Holst, & Björck, 2004). Восстановленное молоко, сыр, сыворотка, треска и пшеничный глютен с эквивалентным количеством лактозы использовались в качестве тестовых блюд по сравнению с белым хлебом в качестве эталона. Восстановленная еда из молока и сывороточного протеина привела к снижению глюкозного ответа, но инсулиновая реакция была выше, чем у контрольной еды.Эффект был больше для муки из сывороточного белка и, вероятно, из-за увеличения определенных аминокислот, таких как лейцин, валин, изолейцин, лизин и треонин, которые были увеличены после приема пищи из сыворотки. Считалось, что все остальные белковые блюда плохо увеличивают инсулиновый ответ.

Хлеб — это очень распространенная пища, потребляемая во всем мире, особенно в больших количествах в западных странах. Белый хлеб обычно считается пищей с высоким ГИ из-за его влияния на быстрое повышение уровня глюкозы в крови.С другой стороны, цельнозерновой хлеб обладает способностью снижать реакцию глюкозы в крови, и, следовательно, он считается пищей со средним или низким ГИ. Ферментация на закваске — это процесс, используемый при приготовлении хлеба, который может вызвать низкий гликемический ответ из-за образования органических кислот в процессе ферментации. Scazzina, Rio, Pellegrini и Brighenti (2009) использовали заквасочную ферментацию для белой и цельнозерновой муки и использовали два разных метода закваски с использованием закваски и Saccharomyces cerevisiae для проверки гликемической реакции на два типа хлеба.Они обнаружили, что хлеб, ферментированный на закваске, с использованием как цельной, так и белой муки, приводил к снижению гликемического ответа по сравнению с хлебом на дрожжевой закваске, вероятно, из-за повышенного содержания устойчивого крахмала в результате ретроградации крахмала, вызванного органическими кислотами, образованными при ферментации теста на закваске.

Ферментация на закваске также используется при приготовлении готовых к употреблению сухих завтраков. Когда пшеничные хлопья были модифицированы путем введения стадии предпочтения закваски путем подавления варки на пару и снижения содержания сахарозы, и по сравнению со стандартными пшеничными хлопьями, а также с белым пшеничным хлебом, гликемический ответ модифицированных пшеничных хлопьев был меньше, чем у стандартных пшеничных хлопьев. , но существенно не отличается (Lioger et al., 2009). Однако наблюдалось небольшое улучшение инсулиновой реакции на модифицированные пшеничные хлопья. Это исследование показало, что структура пищи важнее, чем влияние на клейстеризацию крахмала.

Добавление 18, 23 или 28 г уксуса в белый хлеб показало обратное дозозависимое снижение как гликемического, так и инсулинового ответа у здоровых людей (Ostman, Granfeldt, Persson, Björck, 2005). Однако значительного влияния на ГИ, рассчитанный для еды, не наблюдалось. Это контрастировало с более ранним результатом той же исследовательской группы, в которой уксус использовался в форме соуса с оливковым маслом.В этом исследовании наблюдалось значительное снижение GI и II, которое было приписано разной скорости опорожнения желудка (Liljeberg & Björck, 1998).

Сообщалось также, что уменьшение объема хлеба является важной стратегией снижения уровня глюкозы в крови у людей. Burton и Lightowler (2006) изменили метод испытания, чтобы уменьшить объем хлебных буханок, тестируемых на здоровых людях. Хлеб с наименьшим объемом имел низкий ГИ (38), тогда как другие три хлеба с более высоким объемом буханки имели более высокие значения ГИ (72, 86 и 100).Другие зерновые, связанные с пшеницей, такие как полба с более высоким содержанием белка и клетчатки, чем пшеница, также использовались для исследования ее влияния на гликемический ответ. Тем не менее, AUC глюкозы была аналогична таковой для пшеничного хлеба у здоровых субъектов, независимо от высокого содержания олигофруктозы в хлебе из полбы (Marques et al., 2007).

Роль телесного жира, физической активности и потребления энергии

J Diabetes Res. 2015; 2015: 206959.

Ларри А. Такер

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Андреа Эриксон

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Джеймс Д.LeCheminant

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Брюс У. Бейли

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Колледж наук о жизни, Бригам Янг Университет, Прово, UT 84602, США

Академический редактор: Бернард Порта

Поступило 2 декабря 2014 г .; Пересмотрено 26 декабря 2014 г .; Принято, 2015 г. 9 января.

Это статья в открытом доступе, распространяемая по лицензии Creative Commons Attribution License, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии правильного цитирования оригинальной работы.

Эта статья цитируется в других статьях в PMC.

Abstract

Взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью была установлена ​​у 272 женщин среднего возраста, не страдающих диабетом, с помощью поперечного сечения. Участники вели записи о питании за 7 дней, чтобы сообщить о своем рационе, включая потребление молочных продуктов. Инсулинорезистентность оценивали с использованием гомеостатической модели оценки (HOMA). Bod Pod использовался для измерения процентного содержания жира в организме, а 7-дневная акселерометрия использовалась для объективной индексации физической активности.Регрессионный анализ использовался для определения степени, в которой средние уровни HOMA различались в категориях с низким, умеренным и высоким потреблением молочных продуктов. Результаты показали, что женщины из самого высокого квартиля по потреблению молочных продуктов имели значительно более высокие логарифмически преобразованные значения HOMA (0,41 ± 0,53), чем женщины из двух средних квартилей (0,22 ± 0,55) или самого низкого квартиля (0,19 ± 0,58) ( F ). = 6,90, P = 0,0091). Связь оставалась значимой после контроля каждого потенциального фактора в отдельности и всех ковариат одновременно.Поправка на различия в потреблении энергии больше всего ослабила отношения, но связь оставалась значительной. Из 11 потенциальных факторов, влияющих на ситуацию, только потребление белка значительно различается в разных категориях молочных продуктов, при этом те, кто потребляет молочные продукты с высоким содержанием молока, также потребляют больше общего белка, чем их коллеги. По-видимому, высокое потребление молочных продуктов является важным предиктором инсулинорезистентности у женщин среднего возраста, не страдающих диабетом.

1. Введение

Рост показателей избыточной массы тела и ожирения во всем мире вызвал обеспокоенность по поводу эпидемии диабета с соответствующими отрицательными последствиями для качества жизни, продолжительности жизни и расходов на здравоохранение.Последние данные из США показывают, что около 26 миллионов человек (8,3% населения) страдают диабетом [1], причем более 90% из них страдают сахарным диабетом 2 типа [2]. Danaei et al. сообщили, что число людей с диабетом во всем мире почти удвоилось за последние 30 лет [3]. Существенное экономическое и медицинское бремя, возлагаемое на общество сахарным диабетом 2 типа (СД2), демонстрирует необходимость в улучшении профилактических мер, особенно с учетом его в значительной степени предотвратимого характера.

Чтобы лучше контролировать СД2, значительные усилия были посвящены исследованиям, направленным на выделение детерминант этого широко распространенного расстройства. На сегодняшний день идентифицировано множество модифицируемых факторов риска СД2 [4–7]. Среди различных факторов основное внимание уделяется диете [8, 9]. Употребление здоровой диеты, обычно характеризующейся разумным потреблением ненасыщенных жиров и клетчатки, а также низким потреблением насыщенных и трансжиров и продуктов с высокой гликемической нагрузкой, было связано со снижением риска развития СД2 [6, 10, 11].

В нескольких исследованиях также изучалось влияние молока и молочных продуктов на развитие СД2. Большинство эпидемиологических исследований выявили обратную зависимость между потреблением молочных продуктов в рамках общей здоровой диеты и СД2 [12–14] и метаболическим синдромом [15–17]. Однако появились противоречивые результаты [18–22], в результате чего связь не доказана.

Естественное прогрессирование СД2 характеризуется неспособностью организма реагировать на потребление гликемической нагрузки соответствующим количеством инсулина для опосредования усвоения глюкозы [23, 24].Это называется инсулинорезистентностью. Инсулинорезистентность предшествует СД2 и тесно связана с ожирением и сердечно-сосудистыми заболеваниями [25, 26].

Было установлено, что молоко и молочные продукты являются сильнодействующими стимуляторами секреции инсулина, поскольку их потребление стимулирует острую гиперинсулинемию [27–31]. Гиперинсулинемия, возникающая в результате употребления молока и молочных продуктов, может считаться полезным и даже защитным эффектом для регулирования уровня глюкозы в крови, особенно у лиц с повышенным уровнем или у лиц с СД2 [32].Однако потребление молока и молочных продуктов и связанная с этим гиперинсулинемия могут вызывать у здоровых людей менее желательные долгосрочные эффекты, включая инсулинорезистентность. Исследования на людях [33] и крысах [34] показывают, что регулярная гиперинсулинемия может приводить к инсулинорезистентности.

Профилактика СД2, вероятно, лучше всего достигается путем предотвращения развития инсулинорезистентности. Выявлено несколько поддающихся изменению факторов риска инсулинорезистентности [35–38], среди которых диета играет основную роль [37, 38].К сожалению, взаимосвязь молочных продуктов и инсулинорезистентности широко не исследовалась [39–42], и результаты были противоречивыми.

Недостатки методов измерения часто встречаются в исследованиях, посвященных изучению роли молока и молочных продуктов в исходах болезней. На сегодняшний день масса тела в основном определяется самими пациентами или индекс массы тела (ИМТ) используется для оценки состава тела. Обе эти стратегии приводят к значительной ошибке измерения и частой неправильной классификации [43].Кроме того, анкеты использовались почти исключительно для оценки уровня физической активности. К сожалению, известно, что самооценка физической активности сильно предвзята и содержит значительные ошибки [44, 45]. Наконец, в подавляющем большинстве исследований, направленных на изучение взаимосвязи между диетой и инсулинорезистентностью или СД2, диета измерялась с использованием вопросников о частоте приема пищи или метода 24-часового отзыва. Исследования показывают, что испытуемым сложно вспомнить, что именно они ели в прошлом, и дополнительная ошибка вносится, когда испытуемым требуется оценить размеры порций [46–48].Эти методы обычно занижают потребление энергии [48].

Настоящее исследование было разработано для устранения этих недостатков измерения. Высококачественный метод измерения, плетизмография с вытеснением воздуха (Bod Pod), использовался для оценки жира в организме, а не веса тела. Более того, физическая активность измерялась объективно с помощью акселерометров, а не полагалась на собственные оценки активности. Далее, диета и потребление энергии оценивались с использованием записей взвешенных пищевых продуктов за 7 дней.

В заключение, исследования, предназначенные для изучения взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью, немногочисленны, и лишь немногие исследования адекватно скорректированы с учетом различий в жировой прослойке, физической активности, диете, потреблении энергии и других потенциальных влияющих факторах, измеренных с использованием высококачественных методов. . Очевидно, что исследование связи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью с использованием высококачественных методов измерения является оправданным.

2. Методы

2.1. Дизайн

Взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью в выборке из 272 женщин среднего возраста была изучена с использованием поперечного дизайна.Кроме того, определение степени, в которой возраст, вес, процентное содержание жира в организме, общее потребление энергии, уровень физической активности, образование, потребленные граммы углеводов, белков и жиров, а также потребление нерастворимой и растворимой клетчатки повлияли на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулином. Сопротивление было вспомогательной целью расследования.

2.2. Участники

Потенциальные испытуемые были набраны из уст в уста и посредством газетных объявлений и электронных писем, разосланных частным лицам и компаниям примерно в 20 городах на горном западе, США.Первоначальный скрининг включения проводился по телефону и был направлен на набор лиц женского пола, пременопаузальных, небеременных, недиабетических, некурящих и практически здоровых. Информированное согласие было получено от каждого субъекта до начала исследования и одобрено институциональным советом университета.

2.3. Процедуры

Предметная информация и измерения были собраны в университете. Измерения и обучение длились от 60 до 90 минут.Рост и вес были измерены для каждого участника во время первоначального посещения, когда он был одет в цельный купальник, выданный лабораторией. При ношении одного и того же купальника и шапочки для плавания каждому участнику был проведен тест Bod Pod (Life Measurements Instruments, Concord, Калифорния) для оценки процентного содержания жира в организме. Испытуемых учили, как точно измерять потребление пищи с помощью цифровых весов (Ohaus 2000, Florham Park, NJ), и велели вести семидневный учет взвешиваемой пищи. Каждому испытуемому был выдан девятистраничный журнал диеты, включающий конкретные инструкции по записи рациона, образец страницы и пустые записи на каждый день недели.Каждого испытуемого попросили прочитать инструкции. Типичные ошибки записи были объяснены испытуемым, чтобы улучшить детализацию и соответствие. Затем каждому испытуемому были даны письменные и устные инструкции относительно того, как правильно взвешивать пищу с помощью портативных электронных весов Ohaus 2000 с использованием пластиковых моделей пищевых продуктов.

Каждому испытуемому был выдан акселерометр Actigraph (Health One Technology, ранее CSA, Пенсакола, Флорида), который им было предписано постоянно носить на левом бедре в течение семи дней подряд, за исключением купания или водных мероприятий.Участников поощряли вести свой нормальный образ жизни и избегать новых диет или упражнений. Всем участникам были предоставлены объяснения правильных методов, чтобы они поняли правильные процедуры.

В течение 7-дневного периода с участниками связывался по телефону исследовательский персонал, чтобы убедиться, что они точно записывают все потребляемые, что они поддерживают типичную диету и уровни физической активности, а также чтобы ответить на вопросы.Участникам выдали форму заявки на кровь, которую они отнесли в местную больницу в течение семи дней после 12-часового голодания, чтобы лабораторные флеботомисты взяли кровь на анализ. По истечении 7 дней испытуемые возвращали пищевой рекорд, весы и акселерометр. Субъекты были снова взвешены в цельном купальном костюме, выданном лабораторией. Среднее значение двух показателей массы тела позволило проиндексировать массу тела на основе среднего значения двух показателей, взятых с интервалом в неделю, а не одной оценки.Как только было установлено, что полученные данные были точными и полными, испытуемым было отправлено благодарственное письмо с подарочным сертификатом на 25 долларов.

2.4. Приборы и измерения

Критериальной переменной для этого исследования была инсулинорезистентность, оцененная с использованием гомеостатической модели оценки (HOMA). Первичной переменной-предиктором были порции молочных продуктов, которые измерялись с помощью 7-дневных записей о продуктах с взвешиванием. Частичная корреляция использовалась для определения степени, в которой потенциальные искажающие переменные, а именно возраст, образование, общее потребление энергии, несколько диетических переменных, объективно измеренный уровень физической активности и процент жира в организме, влияли на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью.

Инсулинорезистентность . Лабораторные флеботомисты взяли образец крови из антекубитальной вены после того, как испытуемые голодали не менее 12 часов. Питьевая вода в течение 12 часов разрешалась. Образцы хранили при температуре около -20 ° C после центрифугирования в течение 15 минут при 2000 g при 4 ° C. Сверхчувствительный анализ инсулина Access (Beckman Coulter, Brea, CA) использовали для определения инсулина натощак ( мкл Ед / л). Картриджи с реагентами Dimension Vista System и Flex (Siemens, Deerfield, IL) использовали для измерения уровней глюкозы натощак (мг / дл).HOMA [49] использовали для оценки инсулинорезистентности по следующей формуле: инсулин плазмы натощак ( мкг Ед / мл) × глюкоза плазмы натощак (мг / дл) / 405. Было показано, что HOMA сравнима с эугликемическим зажимом как средство оценки инсулинорезистентности ( r = 0,82, P = 0,0002) и считается действительным и надежным [49, 50].

Прием пищи . Записи о питании за семь дней использовались для измерения потребления молочных продуктов, общего потребления энергии, потребления углеводов, белков и жиров, а также потребления нерастворимой и растворимой клетчатки.Этот метод сводит к минимуму предвзятость воспоминаний субъектов и эффективно отображает нормальные режимы питания человека, охватывая будние и выходные дни [47, 48]. Взвешенные записи о пищевых продуктах часто использовались в качестве стандарта для сравнения при оценке достоверности других измерений потребления с пищей [51, 52], и было показано, что семь дней являются подходящим периодом времени для точной оценки потребления [47, 48].

Испытуемым выдали цифровые пищевые весы (Ohaus 2000, Florham Park, NJ) и проинструктировали, как правильно взвешивать и записывать продукты и напитки с использованием пластиковых моделей еды и словесных указаний.Печатные инструкции были также вручены каждому участнику. Испытуемых рассказали о важности соблюдения типичной диеты в течение недели записи. Чтобы помочь бороться с тенденцией занижать уровень потребления пищи [48], участников проинформировали, что они будут взвешиваться до и после недели регистрации, и их попросили не набирать и не худеть в течение недели. Если в протоколе питания участника указывалось, что его ежедневное потребление было менее 130% от расчетной скорости метаболизма в покое, определенной с помощью формулы Равуссина [53], от нее требовалось повторить запись взвешенного питания.Заполненные записи о продуктах питания были возвращены после 7-дневного периода регистрации и проверены на точность. Зарегистрированный диетолог вводит все записи о продуктах питания в программное обеспечение ESHA Research (ESHA Research Inc., Салем, Орегон, США) для дальнейшего анализа.

Диетический анализ распределил потребление молочных продуктов по категориям на основе программы обмена списками Американской диетической ассоциации (ныне Академия питания и диетологии) и Американской диабетической ассоциации (ADA). В программе обмена списками порция обезжиренных / обезжиренных молочных продуктов определяется как 12 г углеводов, 8 г белка и 0–3 г жира.В настоящем исследовании типичные обезжиренные / нежирные молочные продукты включали обезжиренное молоко, 1/2% молока, 1% молоко, нежирную пахту, сгущенное обезжиренное молоко, соевое молоко с низким содержанием жира и бесплатный йогурт, в том числе с искусственными подсластителями. Порция молочных продуктов с пониженным содержанием жира включала продукты с 12 г углеводов, 8 г белка и 5 г жира. Конкретные продукты включали 2% -ное молоко, соевое молоко, сладкое ацидофильное молоко и простой обезжиренный йогурт. Точно так же одна порция цельных молочных продуктов была определена как 12 г углеводов, 8 г белка и 8 г жира.В настоящем исследовании конкретные продукты включали цельное молоко, сгущенное цельное молоко, козье молоко, кефир и йогурт, приготовленный из цельного молока. Обменные списки Американской диетической и Американской диабетических ассоциаций (ADA) не включают сыр в категорию молочных продуктов, поскольку состав сыра по макроэлементам значительно отличается от других молочных продуктов, как определено выше. Различия в содержании жира между категориями молочных продуктов, обезжиренных / обезжиренных, с пониженным содержанием жира и цельных молочных продуктов контролировались в настоящем исследовании, так что каждая порция молочных продуктов имела то же содержание энергии, что и в других исследованиях [54, 55] .Частичные порции были рассчитаны с точностью до 0,1 порции.

Физическая активность . Физическую активность оценивали с помощью акселерометров Actigraph, модель 7164 (Health One Technology, Форт-Уолтон-Бич, Флорида, США). Акселерометры превосходят показатели физической активности, о которой сообщают сами люди, которая, как известно, является необъективной и содержит значительные ошибки [44, 45]. Было проведено множество исследований для проверки Актиграфа у взрослых, которые показали близкое представление между уровнями физической активности свободноживущих субъектов и дважды помеченными водой и переносными метаболическими системами [56–58].

Пилотное исследование, в котором участвовали 15 женщин, участвовавших в настоящем исследовании, оценивало надежность акселерометров, поскольку они принимали участие в семнадцати различных упражнениях, таких как ходьба, бег трусцой и подъем по лестнице с разными скоростями и степенями. Такие же оценки были выполнены через неделю после исходных тестов. Внутриклассовая надежность теста-ретеста для каждого вида деятельности была больше 0,90 и больше 0,98 для суммы семнадцати действий.

Физическая активность измерялась объективно в течение 7 дней подряд с помощью акселерометра.За исключением купания или водных развлечений, акселерометр носили постоянно в течение дня и ночи. Акселерометр носили на левом бедре и прикрепляли к нейлоновому ремню, который носили на талии. После периода тестирования участники вернули акселерометры, а исследователи загрузили данные о своей активности и проверили их точность. Любой участник, который не надевал акселерометр в течение как минимум 12 часов в часы бодрствования, должен был повторно надеть его в соответствующий день (дни) недели как несоответствующий день (дни).Окончательные данные включали 7 дней действительного времени ношения для каждого предмета. Среднее время ношения с 7 утра. до 10 часов вечера, 15-часовой период, составлял 13,9 часа (соответствие времени износа 93%) в течение 7 дней подряд.

В настоящем исследовании общая физическая активность была проиндексирована с использованием суммы всех показателей активности, полученных за семь дней оценки. Одновременная применимость этой меры была показана в нескольких исследованиях [59–62].

Процент жира в организме . Для оценки процентного содержания жира в организме использовалась плетизмография с вытеснением воздуха (Bod Pod) (Life Measurements Instruments, Concord, CA).Bod Pod также использовался для оценки объема грудных легких, который вычитали из объема тела. В соответствии со стандартным протоколом испытуемые были проинструктированы голодать и избегать упражнений по крайней мере за три часа до их назначения. Им выдали купальный костюм, выданный лабораторией, и шапочку для плавания, чтобы пройти тест, и попросили аннулировать, если это возможно, перед экзаменом. Состав тела измерялся в Bod Pod не менее двух раз. Если результаты процентного содержания телесного жира различались более чем на один процентный пункт, то проводилось другое измерение.Этот процесс повторялся до тех пор, пока два результата не оказались в пределах одного процентного пункта, а затем среднее из этих двух результатов использовалось для индексации процентного содержания жира в организме.

Доказано, что Bod Pod действителен и надежен при оценке процентного содержания жира в организме. Маддалоццо и др. [63] продемонстрировали одновременную применимость Bod Pod по сравнению с двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрией. Одновременная достоверность измерения процентного содержания жира в организме, полученного с помощью Bod Pod и двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии, также была установлена ​​на выборке из 100 женщин из текущего исследования с внутриклассовой корреляцией 0.97 ( P <0,0001) [64]. Кроме того, повторный тест с использованием Bod Pod и той же выборки из 100 женщин привел к внутриклассовой корреляции 0,99 ( P <0,0001) [65]. Оценка процентного содержания жира в организме с помощью Bod Pod является гораздо более действенной стратегией, чем использование ИМТ, поскольку ИМТ часто приводит к ошибочной классификации избыточного веса и ожирения [43].

2.5. Статистический анализ

Статистический анализ проводился с использованием программного обеспечения SAS, версия 9.3 (Кэри, Северная Каролина).Поскольку значения HOMA отклонялись от нормального распределения, они были преобразованы в журнал. Чтобы упростить чтение и избежать избыточности, значения HOMA с логарифмическим преобразованием во всем документе называются HOMA. Двумерные ассоциации были определены с использованием корреляций Пирсона. Степень, в которой средние уровни HOMA различались по категориям потребления молочных продуктов, была определена с помощью регрессионного анализа и процедуры общей линейной модели (GLM). Для этих вычислений потребление молочных продуктов было разделено на квартили, а средние две квартили были объединены в три категории: низкое (от 0 до 0.5 порций молочных продуктов в день), умеренных (от 0,6 до 1,5 порций молочных продуктов в день) и высоких (1,6-6 порций молочных продуктов в день). Потребление молочных продуктов также рассчитывалось как порции на 4184 кДж (1000 ккал), формируя следующие категории: низкое (от 0 до 0,23 порции на 4184 кДж (1000 ккал)), умеренное (от 0,24 до 0,79 порции на 4184 кДж (1000 ккал)), и высокий (от 0,80 до 3,1 порции на 4184 кДж (1000 ккал)). Чтобы изучить влияние конкретных потенциальных факторов, влияющих на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA, таких как возраст, образование, масса тела, потребление энергии, диета, процентное содержание жира в организме и физическая активность, на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA, были рассчитаны частичные корреляции с использованием процедура GLM.Скорректированные средние были рассчитаны с использованием процедуры средних квадратов.

Анализ мощности был проведен с использованием статистического программного обеспечения PASS 6.0 (NCSS, Кейсвилл, Юта, США), чтобы определить количество участников, необходимое для достижения мощности 0,80 с альфа, установленным на 0,05 при оценке средних различий по трем категориям (низкий, средний, и высокий) с использованием ANOVA для обнаружения небольшого эффекта размером 0,20. Результаты показали, что 240 предметов будет достаточно. В целом, с более чем 270 участниками, исследование показало отличную мощность.

3. Результаты

Всего в исследовании приняли участие 272 женщины. Испытуемые были преимущественно европеоидной расы (~ 90%), среднего возраста (40,1 ± 3,0 года), работали полный или неполный рабочий день (58%) и женаты (82%), и около 32% имели хотя бы какое-то высшее образование. . показаны дополнительные описательные характеристики для участников исследования, включая общую физическую активность, процентное содержание жира в организме, вес, уровень глюкозы натощак, инсулин натощак, общее потребление энергии, процент энергии из углеводов, белков и жиров, потребление нерастворимых и растворимых волокон на 4184 кДж ( 1000 килокалорий), средние порции молочных продуктов, потребляемых в день, HOMA и HOMA с логарифмической трансформацией.Средние значения, стандартные отклонения, минимальные и максимальные значения и квартили также отображаются в формате. Среднее потребление молочных продуктов для этих женщин составляло 1,1 ± 1,0 порции в день. Женщины с низким потреблением (нижний квартиль) в среднем потребляли 0,2 ± 0,2 порции молочных продуктов в день, в то время как умеренная категория имела 1,0 ± 0,4 порции в день, а участники с высоким содержанием молочных продуктов (верхний квартиль) ели 2,4 ± 0,9 порции в день. Среднее количество порций на 4184 кДж (1000 ккал) составило 0,6 ± 0,5. Среднее значение HOMA составляло 1,5 ± 1,0, а среднее значение HOMA с логарифмической трансформацией составляло 0.3 ± 0,6.

Таблица 1

Описательная статистика ( n = 272).

глюкометрия натощак7 кДж) 30,190 кДж5 9018/ день) log .3
Переменные Среднее SD Мин. Процентиль Макс. 42,1 58,9 65,2 72,0 95,5
Возраст (лет) 40.1 3,0 34,0 38,0 40,0 43,0 46,0
Активность (кол-во в неделю) * 2700,1 781,9 2700,1 781,9 8190 4945,9
Телесный жир (%) 31,7 6,9 14,6 27,2 32,2 36,8 44,8
5,9 73,0 82,0 87,0 90,0 111,0
Инсулин натощак ( μ Ед / мл) 7,0 4,2 4,2 8,3 34,8
Потребляемая энергия (кДж / день) 8585,1 1335,0 6293,7 7624,0 8386,4 9332,0 ккал. .9 319,1 1504,0 1822.1 2004,4 2230,4 3495,1
Углеводы (% от общего количества кДж) 55,7 6,2 73,3
Белок (% от общего количества кДж) 13,8 2,5 8,5 12,3 13,5 15,1 25,5
Жир (% от общего количества 5,8 11,6 27,1 30,3 34,5 51,6
Нерастворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 3,8 1,9 0,50 3,8 1,9 4,7 12,6
Растворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 1,7 0,9 0,2 1,1 1,6 2,0 6,3 1,1 1,0 0,0 0,5 1,0 1,6 6,0
Потребление молока (порций / 4184 кДж) 0,6 0,5 0,5 0,8 3,1
HOMA 1,5 1,0 0,2 0,9 1,3 1,8 8,3 1,8
0,6 −1,5 −0,1 0,3 0,6 2,1

показывает средние различия в различных возможных смешивающих переменных по трем категориям потребления молочных продуктов: низкому, умеренному и высокому, включая возраст, массу тела, процентное содержание телесного жира, потребление энергии, объективно измеренную физическую активность, потребление углеводов и жиров и потребление клетчатки; нерастворимые и растворимые. Ни один из этих показателей не отличался в зависимости от категории потребления молочных продуктов.Тем не менее, количество потребляемого белка в граммах в день значительно различается для разных категорий молочных продуктов. В частности, женщины с высоким потреблением молочных продуктов потребляли больше белка, чем женщины в категориях умеренного или низкого потребления молочных продуктов ( F = 7,57, P = 0,0006).

Таблица 2

Средние различия в потенциальных влияющих факторах по категориям потребления молочных продуктов.

9019 9019 9019 9019 9019 9019 482.4 275,2 275,2 7,5
HOMA Категории потребления молочных продуктов F P
Низкое потребление Среднее потребление Высокое потребление
n = 68 n = 136 n = 68
Среднее значение SD Среднее значение SD Среднее значение SD
Возраст (лет) 39.8 3,2 40,0 2,9 40,7 3,0 1,94 0,1455
Вес (кг) 65,8 11,1 11,1 0,83 0,4352
Телесный жир (%) 31,8 7,0 31,6 7,0 31,8 6,8 0,04 0,9568 85,0 493,7 69,0 491,9 80,2 0,52 0,5958
Физическая активность (отсчетов) * 72,4 0,28 0,7590
Потребление углеводов (г) 278,2 65,5 293,6 48,1 295,7 51.4 2,32 0,1000
Потребление белка (г) 68,0 a 16,9 70,8 a 13,9 77,5
Потребление жира (г) 73,7 17,8 71,5 17,3 66,9 19,9 2,53 0,0814
0,0814
Инсол .8 2,3 3,6 1,6 4,1 2,0 1,90 0,1512
Растворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 1,6 1,7 1,7 0,8 0,22 0,8040

отображает средние различия в HOMA по трем категориям потребления молочных продуктов без и с поправкой на возможные факторы, влияющие на факторы.Как показано, когда никакие переменные не контролировались, значимые различия в средних значениях HOMA наблюдались по трем категориям потребления молочных продуктов ( F = 6,90, P = 0,0091). У лиц, относящихся к категории с высоким потреблением молочных продуктов, уровень HOMA был значительно выше (0,41 ± 0,53), чем у лиц с умеренным (0,22 ± 0,55) или низким уровнем потребления (0,19 ± 0,58). Различия в возможных смешивающих факторах, включая возраст, вес, процентное содержание жира в организме, потребление энергии, общую физическую активность, образование, потребление углеводов, белков и жиров, потребление нерастворимой клетчатки и потребление растворимой клетчатки, рассматриваемые индивидуально или вместе, не повлияли на заметно взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA ().

Таблица 3

Средние различия в HOMA по категориям потребления молочных продуктов, без и с поправкой на возможные искажающие факторы.

a (% от кДж) 17 a 190 22 a 1
HOMA * Категории потребления молочных продуктов F P
Низкое потребление Среднее потребление Высокое потребление
n = 68 n = 136 n = 68
Среднее значение SD Среднее значение SD Среднее значение SD
Переменное управление
Нет 0.19 a 0,58 0,22 a 0,55 0,41 b 0,53 6,90 0,0091
9019 9019 9019 9019 9019 0,41 b 6,77 0,0098
Масса (кг) 0,21 a 0.21 a 0,43 b 9,18 0,0027
Телесный жир (%) 0,18 a 7,67 0,0060
Потребляемая энергия (кДж / день) 0,22 a † 0,22 a 0.39 b 4,68 0,0315
Общая активность (кол-во в неделю) 0,19 a 0,22 a 0,0067
Образование 0,18 a 0,21 a 0,40 b 6.48 0,0114
Углеводы (% от кДж) 0,17 a 0,23 a 0,42 b 0,001 0,42 b 0,001 0,19 a 0,23 a 0,41 b 5,87 0,0160 9019 9019 0,23 a 0,43 b 8,40 0,0041
Нерастворимая клетчатка (г / 41 кДж) 0,22 a 0,42 b 7,45 0,0068
Растворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 0,19 a 0,42 b 7,69 0,0059
Все ковариаты 0,17 a † 4,71 0,0309

В частности, связь немного ослабилась после учета возраста ( F = 6,77, P = 0.0098), образование ( F = 6,48, P = 0,0114) и процент калорий из белка ( F = 5,87, P = 0,0160), но он оставался статистически значимым. Поправка на разницу в потреблении энергии ослабила взаимосвязь на 32% ( F = 4,68, P = 0,0315). Контроль нескольких других переменных усилил взаимосвязь, включая массу тела ( F = 9,18, P = 0,0027), процентное содержание телесного жира ( F = 7.67, P = 0,0060), общая физическая активность ( F = 7,47, P = 0,0067), процент калорий из жира ( F = 8,40, P = 0,0041), потребление нерастворимой клетчатки ( F = 7,45, P = 0,0068) и потребление растворимой клетчатки ( F = 7,69, P = 0,0059). После одновременного учета всех потенциальных мешающих факторов взаимосвязь молочных продуктов и HOMA ослабла, но осталась значительной ( F = 4.71, P = 0,0309) ().

При потреблении молочных продуктов, выраженном в порциях на 4184 кДж (1000 ккал), результаты в целом были слабее, но все модели оставались статистически значимыми. Без контроля переменных ( F = 5,30, P = 0,0220) у женщин с высоким потреблением молочных продуктов на 4184 кДж (1000 ккал) уровень HOMA был значительно выше (0,39 ± 0,54), чем у женщин с умеренным (0,23 ± 0,56). или категории низкого потребления (0,19 ± 0,55). Аналогичным образом, после статистической корректировки различий во всех потенциальных мешающих факторах ( F = 5.30, P = 0,0223), у женщин с высоким потреблением молочных продуктов уровень HOMA (0,35 ± 0,54) был значительно выше, чем у женщин в умеренных (0,20 ± 0,56) или низких категориях (0,16 ± 0,55), рассчитанных как порции на 4184 (1000 порций). ккал).

Связи Пирсона между HOMA и потенциальными искажающими факторами, включая возраст ( r = 0,02, P = 0,7515), физическую активность ( r = -0,09, P = 0,1201), процент от общего количества калорий из углеводов ( r = -0.09, P = 0,1562), белков ( r = 0,07, P = 0,2367) и жиров ( r = 0,06, P = 0,3238), а также потребление нерастворимой клетчатки ( r = — 0,06, P = 0,3045) не были статистически значимыми. Однако наблюдались значимые двумерные отношения между HOMA и процентным содержанием жира в организме ( r = 0,47, P <0,0001), массой тела ( r = 0,39, P <0,0001), уровнем глюкозы в плазме натощак ( r ). = 0.45, P <0,0001), инсулин плазмы натощак ( r = 0,91, P <0,0001), общее потребление энергии ( r = 0,23, P <0,0001) и потребление растворимой клетчатки ( r = -0,17, P = 0,0040).

4. Обсуждение

В настоящем исследовании была выявлена ​​значимая и значимая взаимосвязь между потреблением молочных продуктов, оцененным с использованием 7-дневных взвешенных диетических записей, и инсулинорезистентностью, измеренной с помощью HOMA. В частности, женщины с высоким потреблением молочных продуктов (первые 25%) имели значительно более высокую инсулинорезистентность, чем женщины с умеренным или низким потреблением молочных продуктов ().Разница между верхним и нижним квартилями дала размер эффекта 0,40. Связь оставалась значимой после статистического контроля нескольких потенциально мешающих переменных, включая возраст, массу тела, процентное содержание жира в организме, потребление энергии, общую физическую активность, образование, процент энергии из углеводов, белков или жиров, потребление нерастворимой клетчатки и потребление растворимой клетчатки. , рассматриваемые индивидуально или коллективно. Поправка на различия в потреблении энергии оказала сильнейшее влияние на ассоциацию, но оставалась значимой.Связь также оставалась статистически значимой, с учетом и без контроля потенциальных смешивающих переменных, когда потребление молочных продуктов выражалось как порции на 4184 кДж (1000 ккал).

Несмотря на то, что это совсем другая выборка, настоящие результаты согласуются с вмешательством Hoppe et al. [40], которые изучали 24 восьмилетних мальчика в 2005 году. HOMA значительно увеличился через неделю у тех, кто получал молочную добавку, но не изменился у тех, кто получал мясную добавку. Исследователи не утверждали, что испытуемые были распределены по группам случайным образом.Группы, по-видимому, различались по другим факторам, кроме молока и мяса. Похоже, что потребление энергии, состав тела или уровни физической активности не контролировались.

Также согласуются с данными настоящего исследования результаты Snijder et al. [66], которые обнаружили, что более высокое потребление молочных продуктов в значительной степени связано с более высокими уровнями глюкозы натощак в выборке из Нидерландов, где потребление молочных продуктов в целом высокое. Кроме того, Lawlor et al. [67] исследовали взаимосвязь между потреблением молока и инсулинорезистентностью и метаболическим синдромом у 4024 британских женщин.Было замечено, что у женщин, которые никогда не пили молоко, уровень HOMA был ниже, у них реже был СД2 и у них реже проявлялся метаболический синдром, чем у женщин, которые регулярно пили молоко. Потребление молока измерялось номинально (да, потребление молока по сравнению с отсутствием потребления молока), что препятствовало определению зависимости от дозы.

Вопреки настоящим результатам, Rideout et al. [42] наблюдали, что уровни HOMA улучшались у лиц с избыточным весом или ожирением при более высоком потреблении молочных продуктов (4 порции в день молока или йогурта) по сравнению с более низким потреблением молочных продуктов (менее 2 порций в день молока или йогурта) в течение 12 месяцев. в небольшом перекрестном исследовании с участием 23 взрослых.Участники вели вольную жизнь и без ограничений по энергии. Жир в организме оценивали с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии.

Akter et al. [41] нашли результаты, противоречащие настоящему исследованию, в поперечном исследовании 496 взрослых японцев, где более высокое потребление жирного молока или йогурта было связано с более низким HOMA. Состав тела был проиндексирован и контролировался с помощью ИМТ, физическая активность оценивалась с помощью анкеты, заполненной самими участниками, а потребление пищи оценивалось с помощью опросника по частоте приема пищи.Akter et al. [41] отмечают, что это население в целом потребляет значительно меньше молочных продуктов, чем западное население, и что лишь небольшой процент регулярно потребляет обезжиренные или обезжиренные молочные продукты с низким содержанием жира.

Каждая из потенциально мешающих переменных влияла на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью, некоторые в большей степени, чем другие. Поправка на разницу в общем дневном потреблении энергии ослабила взаимосвязь на 32%, больше, чем любая другая переменная. Последующий анализ показал, что потребление энергии было значительно и положительно связано с потреблением молочных продуктов ( r = 0.21, P = 0,0006), физическая активность ( r = 0,16, P = 0,0101), масса тела ( r = 0,40, P <0,0001) и HOMA ( r = 0,23, P <0,0001). Таким образом, женщины с более высоким потреблением энергии с большей вероятностью будут больше потреблять молочные продукты, участвовать в большем количестве физических нагрузок, иметь более высокий вес и быть более инсулинорезистентными, чем женщины с более низким потреблением энергии.

Поправка на разницу в содержании жира в организме также ослабила связь между молочными продуктами и инсулинорезистентностью.В частности, если бы у всех женщин, участвовавших в настоящем исследовании, был бы одинаковый уровень жира в организме, связь между молочными продуктами и инсулинорезистентностью была бы на 13% слабее (). В целом, исследования взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью в значительной степени полагались на ИМТ для определения состава тела и ожирения. К сожалению, этот метод дает значительную ошибку [43]. Ожирение вносит значительный вклад в развитие инсулинорезистентности [68] даже в группах населения, не страдающих диабетом [69].Следовательно, в настоящем исследовании оценивался состав тела для оценки и контроля различий в содержании жира в организме, а не с использованием ИМТ.

Физическая активность — еще одна важная переменная, которая сильно влияет на чувствительность к инсулину и поэтому контролировалась в настоящем исследовании. Широко признано, что физическая активность снижает риск инсулинорезистентности и СД2 [70, 71]. Было показано, что как хроническая физическая активность, так и одиночные упражнения улучшают чувствительность к инсулину [72].На сегодняшний день ни одно исследование взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и резистентностью к инсулину не позволило объективно измерить физическую активность и выявить различия между участниками. Анкеты обычно используются для сбора информации о физической активности. Однако ответы субъектов на анкеты активности часто сильно искажены [44, 45]. Следовательно, в настоящем исследовании использовалась акселерометрия в течение семи дней для объективной оценки физической активности каждого субъекта.Поправка на различия в физической активности мало повлияла на взаимосвязь молочных продуктов и инсулинорезистентности в настоящем исследовании, однако усилила ее только на 7%.

Другими переменными, которые усилили взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA, были масса тела (усиление на 12%), процент энергии из углеводов (усиление на 13%), процент энергии, получаемой из пищевых жиров (усиление на 21%), нерастворимые потребление клетчатки (усиление на 8%) и потребление растворимой клетчатки (усиление на 8%).

В соответствии с настоящими результатами, в литературе показано, что потребление пищевых волокон связано с улучшением чувствительности к инсулину [73–75], особенно с повышенным потреблением растворимой клетчатки [74]. Между потреблением растворимой клетчатки и физической активностью наблюдалась значимая положительная связь ( r = 0,15, P = 0,0114), но растворимая клетчатка была отрицательно связана с HOMA ( r = -0,17, P = 0,0040). Эти отношения могут частично объяснить, почему контроль за потреблением растворимой клетчатки усилил связь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью.А именно, женщины, которые ели больше растворимой клетчатки, также участвовали в большем количестве физических нагрузок и имели более низкие уровни HOMA.

Диеты, отнесенные к категории постоянно высоких гликемических нагрузок, имеют тенденцию прогнозировать инсулинорезистентность и последующий СД2 как у мужчин [76], так и у женщин [10], поскольку хронически высокие потребности в инсулине для опосредования усвоения глюкозы могут со временем привести к снижению чувствительности к инсулину. Поэтому для предотвращения СД2 рекомендуется употребление диет с низким гликемическим индексом. Считается, что молочные продукты имеют относительно низкий гликемический индекс [77], из чего следует, что они не могут отрицательно повлиять на потребность в инсулине.Однако было показано, что инсулинемический индекс в три-шесть раз выше, чем ожидалось, исходя из гликемического индекса молочных продуктов [28, 30], что позволяет предположить, что в молочных продуктах есть инсулинотропный компонент [28-31]. Таким образом, хотя было установлено, что хроническая гипергликемия может приводить к инсулинорезистентности [78], исследования показывают, что хроническая гиперинсулинемия также может приводить к снижению чувствительности к инсулину [33, 34].

Высокое потребление животного белка связано с повышенным риском СД2 [79].Повышенные уровни аминокислот мешают нормальному метаболизму глюкозы, особенно у лиц со сниженной чувствительностью к инсулину, что приводит к инсулинорезистентности [79–81]. Высокое потребление молочного белка может усугубить инсулинорезистентность. Как показано в, женщины с высоким потреблением молочных продуктов имели значительно более высокое общее потребление белка, что может помочь объяснить, почему у женщин с высоким потреблением молочных продуктов был самый высокий уровень инсулинорезистентности в настоящем исследовании.

При обсуждении секреции инсулина следует учитывать функцию бета-клеток.Постоянное употребление продуктов с высоким гликемическим индексом или высоким инсулинемическим индексом заставляет бета-клетки выделять больше инсулина, чтобы инициировать захват глюкозы клетками организма, что приводит к нечувствительности к инсулину [10, 76]. По данным Leahy et al. [78] и Polonsky et al. [82], это может привести к снижению чувствительности к инсулину и, в конечном итоге, к T2DM, поскольку бета-клетки поджелудочной железы гиперсекретируют инсулин для поддержания нормального уровня глюкозы в крови, что приводит к недостаточности бета-клеток, ключевой особенности T2DM [78, 82].

Гиперинсулинемический ответ, связанный с потреблением молочных продуктов [27–31], можно рассматривать как положительный и даже защитный эффект для регулирования уровня глюкозы в крови, особенно у лиц с СД2 [32]. Однако это не означает, что влияние хронического потребления молока и молочных продуктов на уровень инсулина у здоровых людей обязательно следует аналогичной схеме. Точно так же, возможно, краткосрочные преимущества потребления молока и молочных продуктов для регулирования уровня глюкозы в крови вызывают неблагоприятные долгосрочные эффекты, включая снижение чувствительности к инсулину.

Как и в случае всех перекрестных исследований, обратная причинность является потенциальной угрозой. Хотя сильная взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью может быть результатом употребления молочных продуктов, вызывающих гиперинсулинемию, ведущую со временем к инсулинорезистентности, также возможно, что женщины с повышенным уровнем глюкозы в крови предпочли потреблять больше молочных продуктов, возможно, чтобы помочь контролировать свои нездоровые уровень глюкозы в крови. Более того, другие факторы, «третьи переменные», могут быть ответственны за взаимосвязь между молочными продуктами и инсулинорезистентностью.Однако, поскольку в настоящем исследовании контролировалось около дюжины возможных смешивающих переменных, связь между молочными продуктами и резистентностью к инсулину вряд ли является функцией одного из этих факторов, но другие переменные, не контролируемые в настоящем исследовании, могут объяснить результаты.

Важной сильной стороной настоящего исследования было использование высококачественных объективных методов измерения для контроля нескольких потенциальных мешающих переменных. Bod Pod использовался для оценки состава тела, а не ИМТ.Для оценки физической активности использовалась акселерометрия, а не вопросник, а записи взвешенных продуктов за 7 дней использовались для количественной оценки диетического питания вместо вопросника, тем самым уменьшая проблемы, связанные с отзывом диеты и оценкой размеров порций.

Однако настоящее расследование не лишено недостатков. Он был ограничен поперечным сечением, что препятствовало установлению причинно-следственной связи. Кроме того, в центре внимания исследования находились некурящие женщины среднего возраста, не страдающие диабетом, и выборка была в значительной степени однородной, преимущественно женщины европеоидной расы.Избыточный вес и ожирение в данной выборке не встречались. Следовательно, обобщение результатов может быть ограничено популяциями со схожими характеристиками.

5. Заключение

Настоящее исследование выявило значительную взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и снижением чувствительности к инсулину у женщин среднего возраста, не страдающих диабетом, предполагая, что более высокое потребление молочных продуктов может быть связано с большей инсулинорезистентностью. Эта взаимосвязь частично объяснялась различиями в составе тела, массе тела, физической активности, потреблении пищевых волокон и потреблении энергии, особенно последней.Однако высокое потребление молочных продуктов оставалось значимым предиктором инсулинорезистентности после поправки на все коварианты. Если предполагалась причинно-следственная связь, то высокое потребление молочных продуктов может со временем привести к снижению чувствительности к инсулину. Очевидно, что необходимы дополнительные исследования, посвященные взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью, прежде чем можно будет рекомендовать изменения в потреблении молочных продуктов для профилактики инсулинорезистентности у женщин, не страдающих диабетом.

Благодарность

Исследование финансировалось из внутренних источников за счет стипендии факультета для Ларри Такера через Университет Бригама Янга.

Конфликт интересов

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов относительно публикации данной статьи.

Вклад авторов

Такер разработал исследование, организовал и контролировал сбор данных, а также проанализировал данные; Брюс Бейли и Джеймс ЛеЧеминант помогали со сбором данных; Андреа Эриксон и Ларри Такер написали статью при содействии Бейли и ЛеЧеминанта. Все авторы прочитали и одобрили итоговую статью.

Ссылки

1.CDC. Общая и скорректированная по возрасту процентная доля гражданских, не находящихся в учреждениях взрослых с диагностированным диабетом, США, 1980–2011 гг. . Атланта, штат Джорджия, США: Национальный центр профилактики хронических заболеваний и укрепления здоровья; 2012. [Google Scholar] 2. Зиммет П., Альберти К. Г. М., Шоу Дж. Глобальные и социальные последствия эпидемии диабета. Природа . 2001. 414 (6865): 782–787. DOI: 10.1038 / 414782a. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 3. Данаи Г., Финукейн М. М., Лу Ю., и другие. Национальные, региональные и глобальные тенденции уровня глюкозы в плазме натощак и распространенности диабета с 1980 года: систематический анализ обследований состояния здоровья и эпидемиологических исследований с 370 странами-годами и 2,7 миллионами участников. Ланцет . 2011. 378 (9785): 31–40. DOI: 10.1016 / s0140-6736 (11) 60679-х. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 4. Эрикссон К.-Ф., Линдгард Ф. Профилактика сахарного диабета 2 типа (инсулиннезависимого) с помощью диеты и физических упражнений. 6-летнее технико-экономическое обоснование в Мальмё. Диабетология . 1991. 34 (12): 891–898. DOI: 10.1007 / bf00400196. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 5. Гиллис К. Л., Абрамс К. Р., Ламберт П. С. и др. Фармакологические вмешательства и меры по изменению образа жизни для предотвращения или отсрочки диабета 2 типа у людей с нарушенной толерантностью к глюкозе: систематический обзор и метаанализ. Британский медицинский журнал . 2007. 334 (7588): 299–302. DOI: 10.1136 / bmj.39063.689375.55. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 6. Ху Ф. Б., Мэнсон Дж. Э., Штампфер М. Дж. И др. Диета, образ жизни и риск сахарного диабета 2 типа у женщин. Медицинский журнал Новой Англии . 2001. 345 (11): 790–797. DOI: 10.1056 / NEJMoa010492. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 7. Ноулер В. К., Барретт-Коннор Э., Фаулер С. Э. и др. Снижение заболеваемости диабетом 2 типа с помощью изменения образа жизни или метформина. Медицинский журнал Новой Англии . 2002. 346 (6): 393–403. DOI: 10.1056 / nejmoa012512. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 8.Вест К. М., Кальбфляйш Дж. М. Влияние факторов питания на распространенность диабета. Диабет . 1971. 20 (2): 99–108. DOI: 10.2337 / diab.20.2.99. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 9. ван Дам Р. М., Римм Э. Б., Уиллетт В. К., Стампфер М. Дж., Ху Ф. Б. Диетические модели и риск сахарного диабета 2 типа у мужчин в США. Анналы внутренней медицины . 2002. 136 (3): 201–209. DOI: 10.7326 / 0003-4819-136-3-200202050-00008. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 10. Сальмерон Дж., Мэнсон Дж.Э., Стампфер М. Дж., Колдиц Г. А., Винг А. Л., Уиллетт В. С. Пищевые волокна, гликемическая нагрузка и риск инсулиннезависимого сахарного диабета у женщин. Журнал Американской медицинской ассоциации . 1997. 277 (6): 472–477. DOI: 10.1001 / jama.1997.03540300040031. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 11. Schulze M. B., Liu S. M., Rimm E. B., Manson J. E., Willett W. C., Hu F. B. Гликемический индекс, гликемическая нагрузка, потребление пищевых волокон и заболеваемость диабетом 2 типа у женщин молодого и среднего возраста. Американский журнал клинического питания . 2004. 80 (2): 348–356. [PubMed] [Google Scholar] 12. Чой Х. К., Уиллетт В. К., Стампфер М. Дж., Римм Э., Ху Ф. Б. Потребление молочных продуктов и риск сахарного диабета 2 типа у мужчин — проспективное исследование. Архивы внутренней медицины . 2005. 165 (9): 997–1003. DOI: 10.1001 / archinte.165.9.997. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 13. Лю С., Чой Х. К., Форд Э. и др. Проспективное исследование потребления молочных продуктов и риска диабета 2 типа у женщин. Уход за диабетом . 2006. 29 (7): 1579–1584. DOI: 10.2337 / dc06-0256. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 14. Малик В. С., Сан К., Ван Дам Р. М. и др. Потребление молочных продуктов подростками и риск диабета 2 типа у женщин среднего возраста. Американский журнал клинического питания . 2011. 94 (3): 854–861. DOI: 10.3945 / ajcn.110.009621. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 15. Элвуд П. К., Пикеринг Дж. Э., Фехили А. М. Потребление молока и молочных продуктов, диабет и метаболический синдром: проспективное исследование Caerphilly. Журнал эпидемиологии и общественного здравоохранения . 2007. 61 (8): 695–698. DOI: 10.1136 / jech.2006.053157. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 16. Фумерон Ф., Ламри А., Аби Халил С. и др. Потребление молочных продуктов и частота гипергликемии и метаболического синдрома. Результаты французского проспективного исследования, данные эпидемиологического исследования синдрома инсулинорезистентности (DESIR) Diabetes Care . 2011. 34 (4): 813–817. DOI: 10.2337 / dc10-1772. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 17.Перейра М. А., Джейкобс Д. Р., мл., Ван Хорн Л., Слэттери М. Л., Карташов А. И., Людвиг Д. С. Потребление молочных продуктов, ожирение и синдром инсулинорезистентности у молодых людей: исследование CARDIA. Журнал Американской медицинской ассоциации . 2002. 287 (16): 2081–2089. DOI: 10.1001 / jama.287.16.2081. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 18. Кири К., Мизоу Т., Исо Х. и др. Потребление кальция, витамина D и молочных продуктов в отношении риска диабета 2 типа в когорте японцев. Диабетология .2009. 52 (12): 2542–2550. DOI: 10.1007 / s00125-009-1554-х. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 19. Питтас А. Г., Доусон-Хьюз Б., Ли Т. и др. Потребление витамина D и кальция при диабете 2 типа у женщин. Уход за диабетом . 2006. 29 (3): 650–656. DOI: 10.2337 / diacare.29.03.06.dc05-1961. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 20. Sluijs I., Forouhi N.G., Beulens J.W.J. и др. Количество и тип потребляемых молочных продуктов и случаи диабета 2 типа: результаты исследования EPIC-InterAct. Американский журнал клинического питания . 2012. 96 (2): 382–390. DOI: 10.3945 / ajcn.111.021907. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 21. Снайдер М. Б., ван Дам Р. М., Стехувер К. Д. А., Хиддинк Г. Дж., Хайне Р. Дж., Деккер Дж. М. Проспективное исследование потребления молочных продуктов в связи с изменениями метаболических факторов риска: исследование Хорна. Ожирение . 2008. 16 (3): 706–709. DOI: 10.1038 / oby.2007.93. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 22. ван Дам Р. М., Ху Ф. Б., Розенберг Л., Кришнан С., Палмер Дж. Р. Диетический кальций и магний, основные источники пищи и риск диабета 2 типа у чернокожих женщин в США. Уход за диабетом . 2006. 29 (10): 2238–2243. DOI: 10.2337 / dc06-1014. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 23. Дефронцо Р. А., Бонадонна Р. С., Ферраннини Э. Патогенез NIDDM — сбалансированный обзор. Уход за диабетом . 1992. 15 (3): 318–368. DOI: 10.2337 / diacare.15.3.318. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 24. Альберти К. Г., Циммет П. З. Определение, диагностика и классификация сахарного диабета и его осложнений.Часть 1. Диагностика и классификация сахарного диабета. Предварительный отчет консультации ВОЗ. Диабетическая медицина . 1998. 15 (7): 539–553. doi: 10.1002 / (sici) 1096-9136 (199807) 15: 7x003C; 539 :: aid-dia668x0003e; 3.0.co; 2-s. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 25. ДеФронцо Р. А., Ферраннини Э. Инсулинорезистентность: многогранный синдром, ответственный за NIDDM, ожирение, гипертензию, дислипидемию и атеросклеротические сердечно-сосудистые заболевания. Уход за диабетом . 1991. 14 (3): 173–194. [PubMed] [Google Scholar] 26.Ривен Г. М. Роль инсулинорезистентности в заболеваниях человека. Диабет . 1988. 37 (12): 1595–1607. DOI: 10.2337 / diab.37.12.1595. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 27. Hoppe C., Mølgaard C., Dalum C., Vaag A., Michaelsen KF Дифференциальные эффекты казеина по сравнению с сывороткой на уровни инсулина в плазме натощак, IGF-1 и IGF-1 / IGFBP-3: результаты рандомизированного 7-дневного исследования. исследование добавок у мальчиков препубертатного возраста. Европейский журнал клинического питания . 2009. 63 (9): 1076–1083. DOI: 10.1038 / ejcn.2009.34. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 28. Гэннон М. С., Наттолл Ф. К., Крезовски П. А., Биллингтон К. Дж., Паркер С. Реакции сывороточного инсулина и глюкозы в плазме на молоко и фруктовые продукты у пациентов с диабетом 2 типа (инсулинозависимые). Диабетология . 1986. 29 (11): 784–791. DOI: 10.1007 / bf00873217. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 29. Хойт Г., Хики М. С., Кордайн Л. Диссоциация гликемической и инсулинемической реакции на цельное и обезжиренное молоко. Британский журнал питания .2005. 93 (2): 175–177. DOI: 10,1079 / BJN20041304. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 30. Остман Э. М., Эльмстол Х. Г. М. Л., Бьорк И. М. Э. Несоответствие между гликемическим и инсулинемическим ответами на обычные и кисломолочные продукты. Американский журнал клинического питания . 2001. 74 (1): 96–100. [PubMed] [Google Scholar] 31. Liljeberg Elmståhl H., Björck I. Молоко в качестве добавки к смешанному приему пищи может усилить постпрандиальную инсулинемию. Европейский журнал клинического питания .2001; 55 (11): 994–999. DOI: 10,1038 / sj / ejcn / 1601259. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 32. Наттолл Ф.К., Гэннон М.С. Количественное значение диетических компонентов, отличных от глюкозы, как стимуляторов секреции инсулина при диабете II типа. Уход за диабетом . 1988. 11 (1): 72–76. DOI: 10.2337 / diacare.11.1.72. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 33. дель Прато С., Леонетти Ф., Симонсон Д. К., Шихан П., Мацуда М., ДеФронцо Р. А. Влияние устойчивой физиологической гиперинсулинемии и гипергликемии на секрецию инсулина и чувствительность к инсулину у человека. Диабетология . 1994. 37 (10): 1025–1035. DOI: 10.1007 / s001250050213. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 34. Хуан Ч.-К., Фанг В.С., Квок Ч.-Ф., Пернг Ж.-К., Чжоу Ю.-К., Хо Л.-Т. Экзогенная гиперинсулинемия вызывает у крыс инсулинорезистентность, гиперэндотелинемию и последующую гипертензию. Метаболизм: клинические и экспериментальные . 1999. 48 (4): 465–471. DOI: 10.1016 / s0026-0495 (99)

-1. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 35. Йокояма Х., Хиросе Х., Ого Х., Сайто И. Связи между статусом образа жизни, уровнем адипонектина в сыворотке и инсулинорезистентностью. Медицина внутренних болезней . 2004. 43 (6): 453–457. DOI: 10.2169 / internalmedicine.43.453. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 37. Райан А. С. Инсулинорезистентность при старении — влияние диеты и физических упражнений. Спортивная медицина . 2000. 30 (5): 327–346. DOI: 10.2165 / 00007256-200030050-00002. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 38. Барнард Р. Дж., Янгрен Дж. Ф., Мартин Д. А. Диета, а не старение, вызывает инсулинорезистентность скелетных мышц. Геронтология . 1995. 41 (4): 205–211. DOI: 10,1159 / 000213683.[PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 39. Хиршлер В., Острейхер К., Беккария М., Идальго М., Маккаллини Г. Обратная связь между инсулинорезистентностью и частотой потребления молока аргентинскими школьниками из малообеспеченных семей. Педиатрический журнал . 2009. 154 (1): 101–105. DOI: 10.1016 / j.jpeds.2008.06.036. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 40. Hoppe C., Mølgaard C., Vaag A., Barkholt V., Michaelsen K. F. Высокое потребление молока, но не мяса, увеличивает s-инсулин и инсулинорезистентность у 8-летних мальчиков. Европейский журнал клинического питания . 2005. 59 (3): 393–398. DOI: 10.1038 / sj.ejcn.1602086. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 41. Актер С., Куротани К., Нанри А. и др. Употребление молочных продуктов связано со снижением инсулинорезистентности у японцев. Исследования в области питания . 2013. 33 (4): 286–292. DOI: 10.1016 / j.nutres.2013.01.009. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 42. Rideout T. C., Marinangeli C. P. F., Martin H., Browne R. W., Rempel C. B. Потребление обезжиренных молочных продуктов в течение 6 месяцев улучшает инсулинорезистентность без неблагоприятного воздействия на липиды или массу тела у здоровых взрослых: рандомизированное перекрестное исследование свободной жизни. Журнал питания . 2013; 12 (1, статья 56) DOI: 10.1186 / 1475-2891-12-56. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 43. Ротман К. Дж. Ошибки, связанные с ИМТ, при измерении ожирения. Международный журнал ожирения . 2008; 32 (3): S56 – S59. DOI: 10.1038 / ijo.2008.87. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 44. Лапорт Р. Э., Монтой Х. Дж., Касперсен К. Дж. Оценка физической активности в эпидемиологических исследованиях — проблемы и перспективы. Отчеты об общественном здравоохранении .1985. 100 (2): 131–146. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 45. Такер Дж. М., Велк Г. Дж., Бейлер Н. К. Физическая активность в США: соблюдение взрослыми рекомендаций по физической активности для американцев. Американский журнал профилактической медицины . 2011. 40 (4): 454–461. DOI: 10.1016 / j.amepre.2010.12.016. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 46. Гатри Х. А. Выбор и количественная оценка типичных порций пищи молодыми людьми. Журнал Американской диетической ассоциации .1984. 84 (12): 1440–1444. [PubMed] [Google Scholar] 47. Хартман А. М., Браун С. С., Палмгрен Дж. И др. Различия в потреблении питательных веществ и пищи среди пожилых мужчин среднего возраста. Значение для разработки эпидемиологических и валидационных исследований с использованием регистрации пищевых продуктов. Американский журнал эпидемиологии . 1990. 132 (5): 999–1012. [PubMed] [Google Scholar] 48. Барановский Т. 24-часовые воспоминания и методы записи диеты. В: Willett W. C., редактор. Эпидемиология питания . Нью-Йорк, Нью-Йорк, США: Издательство Оксфордского университета; 2013.С. 49–69. [Google Scholar] 49. Мэтьюз Д. Р., Хоскер Дж. П., Руденски А. С., Нейлор Б. А., Тричер Д. Ф., Тернер Р. С. Оценка модели гомеостаза: инсулинорезистентность и функция β -клеток на основе концентраций глюкозы и инсулина в плазме натощак у человека. Диабетология . 1985. 28 (7): 412–419. DOI: 10.1007 / bf00280883. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 50. Бонора Э., Саггиани Ф., Таргер Г. и др. Оценка модели гомеостаза точно отражает методику зажима глюкозы при оценке чувствительности к инсулину: исследования с участием субъектов с различной степенью толерантности к глюкозе и чувствительности к инсулину. Уход за диабетом . 2000. 23 (1): 57–63. DOI: 10.2337 / diacare.23.1.57. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 51. Бингем С. А., Кэссиди А., Коул Т. Дж. И др. Проверка результатов взвешивания и других методов оценки питания с использованием метода суточного азота в моче и других биологических маркеров. Британский журнал питания . 1995. 73 (4): 531–550. DOI: 10,1079 / bjn197. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 52. Джейн М., Хоу Г. Р., Рохан Т. Оценка питания в эпидемиологии: сравнение частоты приема пищи и анкеты по истории питания с 7-дневной записью питания. Американский журнал эпидемиологии . 1996. 143 (9): 953–960. DOI: 10.1093 / oxfordjournals.aje.a008839. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 53. Равуссин Э., Лиллиоя С., Андерсон Т. Э., Кристин Л., Богардус С. Детерминанты 24-часового расхода энергии у человека — методы и результаты с использованием респираторной камеры. Журнал клинических исследований . 1986. 78 (6): 1568–1578. DOI: 10.1172 / jci112749. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 54. Такер Л. А., Такер Дж. М., Бейли Б., ЛеЧеминант Дж. Д. Потребление мяса увеличивает риск увеличения веса у женщин: проспективное когортное исследование. Американский журнал укрепления здоровья . 2014; 29 (1): e43 – e52. DOI: 10.4278 / ajhp.130314-quan-112. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 55. Такер Л. А., Такер Дж. М., Бейли Б., ЛеЧеминант Дж. Д. Диетические модели как предикторы жировых отложений и ИМТ у женщин: факторно-аналитическое исследование. Американский журнал укрепления здоровья . 2014 г. DOI: 10.4278 / ajhp.130327-quan-129.[PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 56. Бассет Д. Р., младший, Эйнсворт Б. Э., Шварц А. М., Страт С. Дж., О’Брайен В. Л., Кинг Г. А. Достоверность четырех датчиков движения при измерении физической активности средней интенсивности. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях . 2000; 32 (9, приложение): S471 – S480. DOI: 10.1097 / 00005768-200009001-00006. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 57. Браге С., Веддеркопп Н., Фрэнкс П. В., Бо Андерсен Л., Фроберг К. Повторная проверка достоверности и надежности монитора CSA при ходьбе и беге. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях . 2003. 35 (8): 1447–1454. DOI: 10.1249 / 01.MSS.0000079078.62035.EC. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 58. Лю А.-Л., Ли Ю.-П., Сун Дж., Пан Х., Хань Х.-М., Ма Г.-С. Исследование по валидации монитора активности приложения информатики при оценке физической активности среди взрослых с использованием метода воды с двойной меткой. Чжунхуа лю син бин сюэ за чжи . 2005. 26 (3): 197–200. [PubMed] [Google Scholar] 59. Такер Л. А., Такер Дж.М. Телевидение и ожирение у 300 женщин: оценка путей потребления энергии и физической активности. Ожирение . 2011; 19 (10): 1950–1956. DOI: 10.1038 / oby.2011.184. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 60. Такер Л. А., Петерсон Т. Р. Объективно измеряли интенсивность физической активности и ожирение у женщин среднего возраста. Исследования ожирения . 2003. 11 (12): 1581–1587. DOI: 10.1038 / oby.2003.210. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 61. Нокс Н. Р., Такер Л. А. Изменения минеральной плотности бедренной кости и объективно измеренная физическая активность у женщин среднего возраста: 6-летнее проспективное исследование. Американский журнал укрепления здоровья . 2012. 26 (6): 341–347. DOI: 10.4278 / ajhp.100622-quan-208. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 62. ЛеЧеминант Дж., Такер Л., Рассел К. Физическая активность и уровни С-реактивного белка: смешивающая роль жировых отложений. Журнал физической активности и здоровья . 2011. 8 (4): 481–487. [PubMed] [Google Scholar] 63. Маддалоццо Г. Ф., кардинал Б. Дж., Сноу С. М. Одновременная применимость методов BOD POD и двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии для оценки состава тела у молодых женщин. Журнал Американской диетической ассоциации . 2002. 102 (11): 1677–1679. DOI: 10,1016 / s0002-8223 (02) -5. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 64. ЛеЧеминант Дж. Д., Такер Л. А., Петерсон Т. Р., Бейли Б. В. Различия в процентном содержании жира в организме, измеренные с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии и Bod Pod у 100 женщин. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях . 2001; 33 (5): с. S174. DOI: 10.1097 / 00005768-200105001-00989. [CrossRef] [Google Scholar] 65. Такер Л. А., Лекеминант Дж. Д., Бейли Б. В. Надежность повторного тестирования BOD POD: влияние множественных оценок. Перцепционные и моторные навыки . 2014. 118 (2): 563–570. DOI: 10.2466 / 03.pms.118k15w5. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 66. Снайдер М. Б., ван дер Хейден А. А. В. А., ван Дам Р. М. и др. Связано ли более высокое потребление молочных продуктов с более низкой массой тела и меньшими нарушениями обмена веществ? Этюд Хорна. Американский журнал клинического питания . 2007. 85 (4): 989–995.[PubMed] [Google Scholar] 67. Лоулор Д. А., Эбрахим С., Тимпсон Н., Смит Г. Д. Отказ от молока связан со снижением риска инсулинорезистентности и метаболического синдрома: результаты исследования сердца и здоровья британских женщин. Диабетическая медицина . 2005. 22 (6): 808–811. DOI: 10.1111 / j.1464-5491.2005.01537.x. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 68. Людвик Б., Нолан Дж. Дж., Балога Дж., Сакс Д., Олефски Дж. Влияние ожирения на инсулинорезистентность у здоровых субъектов и пациентов с NIDDM. Диабет . 1995. 44 (9): 1121–1125. DOI: 10.2337 / diab.44.9.1121. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 69. Аббаси Ф., Браун Б. В., младший, Ламендола К., Маклафлин Т., Ривен Г. М. Взаимосвязь между ожирением, инсулинорезистентностью и риском ишемической болезни сердца. Журнал Американского кардиологического колледжа . 2002; 40 (5): 937–943. DOI: 10.1016 / S0735-1097 (02) 02051-X. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 70. Хельмрих С. ​​П., Рэгланд Д. Р., Леунг Р. В., Паффенбаргер Р. С., младший. Физическая активность и снижение частоты инсулиннезависимого сахарного диабета. Медицинский журнал Новой Англии . 1991. 325 (3): 147–152. DOI: 10,1056 / nejm1983250302. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 71. Айви Дж. Л. Роль физических упражнений в профилактике и лечении инсулинорезистентности и инсулиннезависимого сахарного диабета. Спортивная медицина . 1997. 24 (5): 321–336. DOI: 10.2165 / 00007256-199724050-00004. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 72. Боргоутс Л. Б., Кейзер Х. А. Физические упражнения и чувствительность к инсулину: обзор. Международный журнал спортивной медицины .2000. 21 (1): 1–12. DOI: 10,1055 / с-2000-8847. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 73. Rave K., Roggen K., Dellweg S., Heise T., Dieck HT Повышение инсулинорезистентности после диеты с использованием цельнозернового диетического продукта: результаты рандомизированного контролируемого перекрестного исследования у тучных субъектов с повышенным уровнем крови натощак глюкоза. Британский журнал питания . 2007. 98 (5): 929–936. DOI: 10,1017 / s0007114507749267. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 74. Бренеман К. Б., Такер Л. А. Потребление пищевых волокон и инсулинорезистентность — роль жировых отложений и физической активности. Британский журнал питания . 2013. 110 (2): 375–383. DOI: 10,1017 / s0007114512004953. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 75. Людвиг Д. С., Перейра М. А., Кроенке К. Х. и др. Пищевые волокна, увеличение веса и факторы риска сердечно-сосудистых заболеваний у молодых людей. Журнал Американской медицинской ассоциации . 1999. 282 (16): 1539–1546. DOI: 10.1001 / jama.282.16.1539. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 76. Сальмерон Дж., Аскерио А., Римм Э. Б. и др. Пищевые волокна, гликемическая нагрузка и риск NIDDM у мужчин. Уход за диабетом . 1997. 20 (4): 545–550. DOI: 10.2337 / diacare.20.4.545. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 77. Бьорк И., Лильеберг Х., Остман Э. Продукты с низким гликемическим индексом. Британский журнал питания . 2000; 83 (1): S149 – S155. [PubMed] [Google Scholar] 78. Лихи Дж. Л., Боннер-Вейр С., Вейр Г. К. Дисфункция β -клеток, вызванная хронической гипергликемией: современные представления о механизме нарушения секреции инсулина, индуцированной глюкозой. Уход за диабетом . 1992. 15 (3): 442–455.DOI: 10.2337 / diacare.15.3.442. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 79. Sluijs I., Beulens JWJ, van der A. DL, Spijkerman AMW, Grobbee DE, van der Schouw YT. Потребление с пищей общего, животного и растительного белка и риск диабета 2 типа в Европейском проспективном исследовании рака и питания (EPIC) -NL исследование. Уход за диабетом . 2010. 33 (1): 43–48. DOI: 10.2337 / dc09-1321. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 80. Проминцер М., Кребс М. Влияние диетического белка на гомеостаз глюкозы. Текущее мнение в области клинического питания и метаболической помощи . 2006. 9 (4): 463–468. DOI: 10.1097 / 01.mco.0000232909.84483.a9. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 81. Tremblay F., Lavigne C., Jacques H., Marette A. Роль пищевых белков и аминокислот в патогенезе инсулинорезистентности. Ежегодный обзор питания . 2007. 27: 293–310. DOI: 10.1146 / annurev.nutr.25.050304.0. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 82. Полонски К. С., Стурис Дж., Белл Г. И. Инсулиннезависимый сахарный диабет — генетически запрограммированная неспособность бета-клеток компенсировать инсулинорезистентность. Медицинский журнал Новой Англии . 1996. 334 (12): 777–783. DOI: 10,1056 / nejm1913341207. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

Роль телесного жира, физической активности и потребления энергии

J Diabetes Res. 2015; 2015: 206959.

Ларри А. Такер

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Андреа Эриксон

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Джеймс Д.LeCheminant

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Брюс У. Бейли

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Колледж наук о жизни, Бригам Янг Университет, Прово, UT 84602, США

Академический редактор: Бернард Порта

Поступило 2 декабря 2014 г .; Пересмотрено 26 декабря 2014 г .; Принято, 2015 г. 9 января.

Это статья в открытом доступе, распространяемая по лицензии Creative Commons Attribution License, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии правильного цитирования оригинальной работы.

Эта статья цитируется в других статьях в PMC.

Abstract

Взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью была установлена ​​у 272 женщин среднего возраста, не страдающих диабетом, с помощью поперечного сечения. Участники вели записи о питании за 7 дней, чтобы сообщить о своем рационе, включая потребление молочных продуктов. Инсулинорезистентность оценивали с использованием гомеостатической модели оценки (HOMA). Bod Pod использовался для измерения процентного содержания жира в организме, а 7-дневная акселерометрия использовалась для объективной индексации физической активности.Регрессионный анализ использовался для определения степени, в которой средние уровни HOMA различались в категориях с низким, умеренным и высоким потреблением молочных продуктов. Результаты показали, что женщины из самого высокого квартиля по потреблению молочных продуктов имели значительно более высокие логарифмически преобразованные значения HOMA (0,41 ± 0,53), чем женщины из двух средних квартилей (0,22 ± 0,55) или самого низкого квартиля (0,19 ± 0,58) ( F ). = 6,90, P = 0,0091). Связь оставалась значимой после контроля каждого потенциального фактора в отдельности и всех ковариат одновременно.Поправка на различия в потреблении энергии больше всего ослабила отношения, но связь оставалась значительной. Из 11 потенциальных факторов, влияющих на ситуацию, только потребление белка значительно различается в разных категориях молочных продуктов, при этом те, кто потребляет молочные продукты с высоким содержанием молока, также потребляют больше общего белка, чем их коллеги. По-видимому, высокое потребление молочных продуктов является важным предиктором инсулинорезистентности у женщин среднего возраста, не страдающих диабетом.

1. Введение

Рост показателей избыточной массы тела и ожирения во всем мире вызвал обеспокоенность по поводу эпидемии диабета с соответствующими отрицательными последствиями для качества жизни, продолжительности жизни и расходов на здравоохранение.Последние данные из США показывают, что около 26 миллионов человек (8,3% населения) страдают диабетом [1], причем более 90% из них страдают сахарным диабетом 2 типа [2]. Danaei et al. сообщили, что число людей с диабетом во всем мире почти удвоилось за последние 30 лет [3]. Существенное экономическое и медицинское бремя, возлагаемое на общество сахарным диабетом 2 типа (СД2), демонстрирует необходимость в улучшении профилактических мер, особенно с учетом его в значительной степени предотвратимого характера.

Чтобы лучше контролировать СД2, значительные усилия были посвящены исследованиям, направленным на выделение детерминант этого широко распространенного расстройства. На сегодняшний день идентифицировано множество модифицируемых факторов риска СД2 [4–7]. Среди различных факторов основное внимание уделяется диете [8, 9]. Употребление здоровой диеты, обычно характеризующейся разумным потреблением ненасыщенных жиров и клетчатки, а также низким потреблением насыщенных и трансжиров и продуктов с высокой гликемической нагрузкой, было связано со снижением риска развития СД2 [6, 10, 11].

В нескольких исследованиях также изучалось влияние молока и молочных продуктов на развитие СД2. Большинство эпидемиологических исследований выявили обратную зависимость между потреблением молочных продуктов в рамках общей здоровой диеты и СД2 [12–14] и метаболическим синдромом [15–17]. Однако появились противоречивые результаты [18–22], в результате чего связь не доказана.

Естественное прогрессирование СД2 характеризуется неспособностью организма реагировать на потребление гликемической нагрузки соответствующим количеством инсулина для опосредования усвоения глюкозы [23, 24].Это называется инсулинорезистентностью. Инсулинорезистентность предшествует СД2 и тесно связана с ожирением и сердечно-сосудистыми заболеваниями [25, 26].

Было установлено, что молоко и молочные продукты являются сильнодействующими стимуляторами секреции инсулина, поскольку их потребление стимулирует острую гиперинсулинемию [27–31]. Гиперинсулинемия, возникающая в результате употребления молока и молочных продуктов, может считаться полезным и даже защитным эффектом для регулирования уровня глюкозы в крови, особенно у лиц с повышенным уровнем или у лиц с СД2 [32].Однако потребление молока и молочных продуктов и связанная с этим гиперинсулинемия могут вызывать у здоровых людей менее желательные долгосрочные эффекты, включая инсулинорезистентность. Исследования на людях [33] и крысах [34] показывают, что регулярная гиперинсулинемия может приводить к инсулинорезистентности.

Профилактика СД2, вероятно, лучше всего достигается путем предотвращения развития инсулинорезистентности. Выявлено несколько поддающихся изменению факторов риска инсулинорезистентности [35–38], среди которых диета играет основную роль [37, 38].К сожалению, взаимосвязь молочных продуктов и инсулинорезистентности широко не исследовалась [39–42], и результаты были противоречивыми.

Недостатки методов измерения часто встречаются в исследованиях, посвященных изучению роли молока и молочных продуктов в исходах болезней. На сегодняшний день масса тела в основном определяется самими пациентами или индекс массы тела (ИМТ) используется для оценки состава тела. Обе эти стратегии приводят к значительной ошибке измерения и частой неправильной классификации [43].Кроме того, анкеты использовались почти исключительно для оценки уровня физической активности. К сожалению, известно, что самооценка физической активности сильно предвзята и содержит значительные ошибки [44, 45]. Наконец, в подавляющем большинстве исследований, направленных на изучение взаимосвязи между диетой и инсулинорезистентностью или СД2, диета измерялась с использованием вопросников о частоте приема пищи или метода 24-часового отзыва. Исследования показывают, что испытуемым сложно вспомнить, что именно они ели в прошлом, и дополнительная ошибка вносится, когда испытуемым требуется оценить размеры порций [46–48].Эти методы обычно занижают потребление энергии [48].

Настоящее исследование было разработано для устранения этих недостатков измерения. Высококачественный метод измерения, плетизмография с вытеснением воздуха (Bod Pod), использовался для оценки жира в организме, а не веса тела. Более того, физическая активность измерялась объективно с помощью акселерометров, а не полагалась на собственные оценки активности. Далее, диета и потребление энергии оценивались с использованием записей взвешенных пищевых продуктов за 7 дней.

В заключение, исследования, предназначенные для изучения взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью, немногочисленны, и лишь немногие исследования адекватно скорректированы с учетом различий в жировой прослойке, физической активности, диете, потреблении энергии и других потенциальных влияющих факторах, измеренных с использованием высококачественных методов. . Очевидно, что исследование связи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью с использованием высококачественных методов измерения является оправданным.

2. Методы

2.1. Дизайн

Взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью в выборке из 272 женщин среднего возраста была изучена с использованием поперечного дизайна.Кроме того, определение степени, в которой возраст, вес, процентное содержание жира в организме, общее потребление энергии, уровень физической активности, образование, потребленные граммы углеводов, белков и жиров, а также потребление нерастворимой и растворимой клетчатки повлияли на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулином. Сопротивление было вспомогательной целью расследования.

2.2. Участники

Потенциальные испытуемые были набраны из уст в уста и посредством газетных объявлений и электронных писем, разосланных частным лицам и компаниям примерно в 20 городах на горном западе, США.Первоначальный скрининг включения проводился по телефону и был направлен на набор лиц женского пола, пременопаузальных, небеременных, недиабетических, некурящих и практически здоровых. Информированное согласие было получено от каждого субъекта до начала исследования и одобрено институциональным советом университета.

2.3. Процедуры

Предметная информация и измерения были собраны в университете. Измерения и обучение длились от 60 до 90 минут.Рост и вес были измерены для каждого участника во время первоначального посещения, когда он был одет в цельный купальник, выданный лабораторией. При ношении одного и того же купальника и шапочки для плавания каждому участнику был проведен тест Bod Pod (Life Measurements Instruments, Concord, Калифорния) для оценки процентного содержания жира в организме. Испытуемых учили, как точно измерять потребление пищи с помощью цифровых весов (Ohaus 2000, Florham Park, NJ), и велели вести семидневный учет взвешиваемой пищи. Каждому испытуемому был выдан девятистраничный журнал диеты, включающий конкретные инструкции по записи рациона, образец страницы и пустые записи на каждый день недели.Каждого испытуемого попросили прочитать инструкции. Типичные ошибки записи были объяснены испытуемым, чтобы улучшить детализацию и соответствие. Затем каждому испытуемому были даны письменные и устные инструкции относительно того, как правильно взвешивать пищу с помощью портативных электронных весов Ohaus 2000 с использованием пластиковых моделей пищевых продуктов.

Каждому испытуемому был выдан акселерометр Actigraph (Health One Technology, ранее CSA, Пенсакола, Флорида), который им было предписано постоянно носить на левом бедре в течение семи дней подряд, за исключением купания или водных мероприятий.Участников поощряли вести свой нормальный образ жизни и избегать новых диет или упражнений. Всем участникам были предоставлены объяснения правильных методов, чтобы они поняли правильные процедуры.

В течение 7-дневного периода с участниками связывался по телефону исследовательский персонал, чтобы убедиться, что они точно записывают все потребляемые, что они поддерживают типичную диету и уровни физической активности, а также чтобы ответить на вопросы.Участникам выдали форму заявки на кровь, которую они отнесли в местную больницу в течение семи дней после 12-часового голодания, чтобы лабораторные флеботомисты взяли кровь на анализ. По истечении 7 дней испытуемые возвращали пищевой рекорд, весы и акселерометр. Субъекты были снова взвешены в цельном купальном костюме, выданном лабораторией. Среднее значение двух показателей массы тела позволило проиндексировать массу тела на основе среднего значения двух показателей, взятых с интервалом в неделю, а не одной оценки.Как только было установлено, что полученные данные были точными и полными, испытуемым было отправлено благодарственное письмо с подарочным сертификатом на 25 долларов.

2.4. Приборы и измерения

Критериальной переменной для этого исследования была инсулинорезистентность, оцененная с использованием гомеостатической модели оценки (HOMA). Первичной переменной-предиктором были порции молочных продуктов, которые измерялись с помощью 7-дневных записей о продуктах с взвешиванием. Частичная корреляция использовалась для определения степени, в которой потенциальные искажающие переменные, а именно возраст, образование, общее потребление энергии, несколько диетических переменных, объективно измеренный уровень физической активности и процент жира в организме, влияли на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью.

Инсулинорезистентность . Лабораторные флеботомисты взяли образец крови из антекубитальной вены после того, как испытуемые голодали не менее 12 часов. Питьевая вода в течение 12 часов разрешалась. Образцы хранили при температуре около -20 ° C после центрифугирования в течение 15 минут при 2000 g при 4 ° C. Сверхчувствительный анализ инсулина Access (Beckman Coulter, Brea, CA) использовали для определения инсулина натощак ( мкл Ед / л). Картриджи с реагентами Dimension Vista System и Flex (Siemens, Deerfield, IL) использовали для измерения уровней глюкозы натощак (мг / дл).HOMA [49] использовали для оценки инсулинорезистентности по следующей формуле: инсулин плазмы натощак ( мкг Ед / мл) × глюкоза плазмы натощак (мг / дл) / 405. Было показано, что HOMA сравнима с эугликемическим зажимом как средство оценки инсулинорезистентности ( r = 0,82, P = 0,0002) и считается действительным и надежным [49, 50].

Прием пищи . Записи о питании за семь дней использовались для измерения потребления молочных продуктов, общего потребления энергии, потребления углеводов, белков и жиров, а также потребления нерастворимой и растворимой клетчатки.Этот метод сводит к минимуму предвзятость воспоминаний субъектов и эффективно отображает нормальные режимы питания человека, охватывая будние и выходные дни [47, 48]. Взвешенные записи о пищевых продуктах часто использовались в качестве стандарта для сравнения при оценке достоверности других измерений потребления с пищей [51, 52], и было показано, что семь дней являются подходящим периодом времени для точной оценки потребления [47, 48].

Испытуемым выдали цифровые пищевые весы (Ohaus 2000, Florham Park, NJ) и проинструктировали, как правильно взвешивать и записывать продукты и напитки с использованием пластиковых моделей еды и словесных указаний.Печатные инструкции были также вручены каждому участнику. Испытуемых рассказали о важности соблюдения типичной диеты в течение недели записи. Чтобы помочь бороться с тенденцией занижать уровень потребления пищи [48], участников проинформировали, что они будут взвешиваться до и после недели регистрации, и их попросили не набирать и не худеть в течение недели. Если в протоколе питания участника указывалось, что его ежедневное потребление было менее 130% от расчетной скорости метаболизма в покое, определенной с помощью формулы Равуссина [53], от нее требовалось повторить запись взвешенного питания.Заполненные записи о продуктах питания были возвращены после 7-дневного периода регистрации и проверены на точность. Зарегистрированный диетолог вводит все записи о продуктах питания в программное обеспечение ESHA Research (ESHA Research Inc., Салем, Орегон, США) для дальнейшего анализа.

Диетический анализ распределил потребление молочных продуктов по категориям на основе программы обмена списками Американской диетической ассоциации (ныне Академия питания и диетологии) и Американской диабетической ассоциации (ADA). В программе обмена списками порция обезжиренных / обезжиренных молочных продуктов определяется как 12 г углеводов, 8 г белка и 0–3 г жира.В настоящем исследовании типичные обезжиренные / нежирные молочные продукты включали обезжиренное молоко, 1/2% молока, 1% молоко, нежирную пахту, сгущенное обезжиренное молоко, соевое молоко с низким содержанием жира и бесплатный йогурт, в том числе с искусственными подсластителями. Порция молочных продуктов с пониженным содержанием жира включала продукты с 12 г углеводов, 8 г белка и 5 г жира. Конкретные продукты включали 2% -ное молоко, соевое молоко, сладкое ацидофильное молоко и простой обезжиренный йогурт. Точно так же одна порция цельных молочных продуктов была определена как 12 г углеводов, 8 г белка и 8 г жира.В настоящем исследовании конкретные продукты включали цельное молоко, сгущенное цельное молоко, козье молоко, кефир и йогурт, приготовленный из цельного молока. Обменные списки Американской диетической и Американской диабетических ассоциаций (ADA) не включают сыр в категорию молочных продуктов, поскольку состав сыра по макроэлементам значительно отличается от других молочных продуктов, как определено выше. Различия в содержании жира между категориями молочных продуктов, обезжиренных / обезжиренных, с пониженным содержанием жира и цельных молочных продуктов контролировались в настоящем исследовании, так что каждая порция молочных продуктов имела то же содержание энергии, что и в других исследованиях [54, 55] .Частичные порции были рассчитаны с точностью до 0,1 порции.

Физическая активность . Физическую активность оценивали с помощью акселерометров Actigraph, модель 7164 (Health One Technology, Форт-Уолтон-Бич, Флорида, США). Акселерометры превосходят показатели физической активности, о которой сообщают сами люди, которая, как известно, является необъективной и содержит значительные ошибки [44, 45]. Было проведено множество исследований для проверки Актиграфа у взрослых, которые показали близкое представление между уровнями физической активности свободноживущих субъектов и дважды помеченными водой и переносными метаболическими системами [56–58].

Пилотное исследование, в котором участвовали 15 женщин, участвовавших в настоящем исследовании, оценивало надежность акселерометров, поскольку они принимали участие в семнадцати различных упражнениях, таких как ходьба, бег трусцой и подъем по лестнице с разными скоростями и степенями. Такие же оценки были выполнены через неделю после исходных тестов. Внутриклассовая надежность теста-ретеста для каждого вида деятельности была больше 0,90 и больше 0,98 для суммы семнадцати действий.

Физическая активность измерялась объективно в течение 7 дней подряд с помощью акселерометра.За исключением купания или водных развлечений, акселерометр носили постоянно в течение дня и ночи. Акселерометр носили на левом бедре и прикрепляли к нейлоновому ремню, который носили на талии. После периода тестирования участники вернули акселерометры, а исследователи загрузили данные о своей активности и проверили их точность. Любой участник, который не надевал акселерометр в течение как минимум 12 часов в часы бодрствования, должен был повторно надеть его в соответствующий день (дни) недели как несоответствующий день (дни).Окончательные данные включали 7 дней действительного времени ношения для каждого предмета. Среднее время ношения с 7 утра. до 10 часов вечера, 15-часовой период, составлял 13,9 часа (соответствие времени износа 93%) в течение 7 дней подряд.

В настоящем исследовании общая физическая активность была проиндексирована с использованием суммы всех показателей активности, полученных за семь дней оценки. Одновременная применимость этой меры была показана в нескольких исследованиях [59–62].

Процент жира в организме . Для оценки процентного содержания жира в организме использовалась плетизмография с вытеснением воздуха (Bod Pod) (Life Measurements Instruments, Concord, CA).Bod Pod также использовался для оценки объема грудных легких, который вычитали из объема тела. В соответствии со стандартным протоколом испытуемые были проинструктированы голодать и избегать упражнений по крайней мере за три часа до их назначения. Им выдали купальный костюм, выданный лабораторией, и шапочку для плавания, чтобы пройти тест, и попросили аннулировать, если это возможно, перед экзаменом. Состав тела измерялся в Bod Pod не менее двух раз. Если результаты процентного содержания телесного жира различались более чем на один процентный пункт, то проводилось другое измерение.Этот процесс повторялся до тех пор, пока два результата не оказались в пределах одного процентного пункта, а затем среднее из этих двух результатов использовалось для индексации процентного содержания жира в организме.

Доказано, что Bod Pod действителен и надежен при оценке процентного содержания жира в организме. Маддалоццо и др. [63] продемонстрировали одновременную применимость Bod Pod по сравнению с двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрией. Одновременная достоверность измерения процентного содержания жира в организме, полученного с помощью Bod Pod и двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии, также была установлена ​​на выборке из 100 женщин из текущего исследования с внутриклассовой корреляцией 0.97 ( P <0,0001) [64]. Кроме того, повторный тест с использованием Bod Pod и той же выборки из 100 женщин привел к внутриклассовой корреляции 0,99 ( P <0,0001) [65]. Оценка процентного содержания жира в организме с помощью Bod Pod является гораздо более действенной стратегией, чем использование ИМТ, поскольку ИМТ часто приводит к ошибочной классификации избыточного веса и ожирения [43].

2.5. Статистический анализ

Статистический анализ проводился с использованием программного обеспечения SAS, версия 9.3 (Кэри, Северная Каролина).Поскольку значения HOMA отклонялись от нормального распределения, они были преобразованы в журнал. Чтобы упростить чтение и избежать избыточности, значения HOMA с логарифмическим преобразованием во всем документе называются HOMA. Двумерные ассоциации были определены с использованием корреляций Пирсона. Степень, в которой средние уровни HOMA различались по категориям потребления молочных продуктов, была определена с помощью регрессионного анализа и процедуры общей линейной модели (GLM). Для этих вычислений потребление молочных продуктов было разделено на квартили, а средние две квартили были объединены в три категории: низкое (от 0 до 0.5 порций молочных продуктов в день), умеренных (от 0,6 до 1,5 порций молочных продуктов в день) и высоких (1,6-6 порций молочных продуктов в день). Потребление молочных продуктов также рассчитывалось как порции на 4184 кДж (1000 ккал), формируя следующие категории: низкое (от 0 до 0,23 порции на 4184 кДж (1000 ккал)), умеренное (от 0,24 до 0,79 порции на 4184 кДж (1000 ккал)), и высокий (от 0,80 до 3,1 порции на 4184 кДж (1000 ккал)). Чтобы изучить влияние конкретных потенциальных факторов, влияющих на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA, таких как возраст, образование, масса тела, потребление энергии, диета, процентное содержание жира в организме и физическая активность, на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA, были рассчитаны частичные корреляции с использованием процедура GLM.Скорректированные средние были рассчитаны с использованием процедуры средних квадратов.

Анализ мощности был проведен с использованием статистического программного обеспечения PASS 6.0 (NCSS, Кейсвилл, Юта, США), чтобы определить количество участников, необходимое для достижения мощности 0,80 с альфа, установленным на 0,05 при оценке средних различий по трем категориям (низкий, средний, и высокий) с использованием ANOVA для обнаружения небольшого эффекта размером 0,20. Результаты показали, что 240 предметов будет достаточно. В целом, с более чем 270 участниками, исследование показало отличную мощность.

3. Результаты

Всего в исследовании приняли участие 272 женщины. Испытуемые были преимущественно европеоидной расы (~ 90%), среднего возраста (40,1 ± 3,0 года), работали полный или неполный рабочий день (58%) и женаты (82%), и около 32% имели хотя бы какое-то высшее образование. . показаны дополнительные описательные характеристики для участников исследования, включая общую физическую активность, процентное содержание жира в организме, вес, уровень глюкозы натощак, инсулин натощак, общее потребление энергии, процент энергии из углеводов, белков и жиров, потребление нерастворимых и растворимых волокон на 4184 кДж ( 1000 килокалорий), средние порции молочных продуктов, потребляемых в день, HOMA и HOMA с логарифмической трансформацией.Средние значения, стандартные отклонения, минимальные и максимальные значения и квартили также отображаются в формате. Среднее потребление молочных продуктов для этих женщин составляло 1,1 ± 1,0 порции в день. Женщины с низким потреблением (нижний квартиль) в среднем потребляли 0,2 ± 0,2 порции молочных продуктов в день, в то время как умеренная категория имела 1,0 ± 0,4 порции в день, а участники с высоким содержанием молочных продуктов (верхний квартиль) ели 2,4 ± 0,9 порции в день. Среднее количество порций на 4184 кДж (1000 ккал) составило 0,6 ± 0,5. Среднее значение HOMA составляло 1,5 ± 1,0, а среднее значение HOMA с логарифмической трансформацией составляло 0.3 ± 0,6.

Таблица 1

Описательная статистика ( n = 272).

глюкометрия натощак7 кДж) 30,190 кДж5 9018/ день) log .3
Переменные Среднее SD Мин. Процентиль Макс. 42,1 58,9 65,2 72,0 95,5
Возраст (лет) 40.1 3,0 34,0 38,0 40,0 43,0 46,0
Активность (кол-во в неделю) * 2700,1 781,9 2700,1 781,9 8190 4945,9
Телесный жир (%) 31,7 6,9 14,6 27,2 32,2 36,8 44,8
5,9 73,0 82,0 87,0 90,0 111,0
Инсулин натощак ( μ Ед / мл) 7,0 4,2 4,2 8,3 34,8
Потребляемая энергия (кДж / день) 8585,1 1335,0 6293,7 7624,0 8386,4 9332,0 ккал. .9 319,1 1504,0 1822.1 2004,4 2230,4 3495,1
Углеводы (% от общего количества кДж) 55,7 6,2 73,3
Белок (% от общего количества кДж) 13,8 2,5 8,5 12,3 13,5 15,1 25,5
Жир (% от общего количества 5,8 11,6 27,1 30,3 34,5 51,6
Нерастворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 3,8 1,9 0,50 3,8 1,9 4,7 12,6
Растворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 1,7 0,9 0,2 1,1 1,6 2,0 6,3 1,1 1,0 0,0 0,5 1,0 1,6 6,0
Потребление молока (порций / 4184 кДж) 0,6 0,5 0,5 0,8 3,1
HOMA 1,5 1,0 0,2 0,9 1,3 1,8 8,3 1,8
0,6 −1,5 −0,1 0,3 0,6 2,1

показывает средние различия в различных возможных смешивающих переменных по трем категориям потребления молочных продуктов: низкому, умеренному и высокому, включая возраст, массу тела, процентное содержание телесного жира, потребление энергии, объективно измеренную физическую активность, потребление углеводов и жиров и потребление клетчатки; нерастворимые и растворимые. Ни один из этих показателей не отличался в зависимости от категории потребления молочных продуктов.Тем не менее, количество потребляемого белка в граммах в день значительно различается для разных категорий молочных продуктов. В частности, женщины с высоким потреблением молочных продуктов потребляли больше белка, чем женщины в категориях умеренного или низкого потребления молочных продуктов ( F = 7,57, P = 0,0006).

Таблица 2

Средние различия в потенциальных влияющих факторах по категориям потребления молочных продуктов.

9019 9019 9019 9019 9019 9019 482.4 275,2 275,2 7,5
HOMA Категории потребления молочных продуктов F P
Низкое потребление Среднее потребление Высокое потребление
n = 68 n = 136 n = 68
Среднее значение SD Среднее значение SD Среднее значение SD
Возраст (лет) 39.8 3,2 40,0 2,9 40,7 3,0 1,94 0,1455
Вес (кг) 65,8 11,1 11,1 0,83 0,4352
Телесный жир (%) 31,8 7,0 31,6 7,0 31,8 6,8 0,04 0,9568 85,0 493,7 69,0 491,9 80,2 0,52 0,5958
Физическая активность (отсчетов) * 72,4 0,28 0,7590
Потребление углеводов (г) 278,2 65,5 293,6 48,1 295,7 51.4 2,32 0,1000
Потребление белка (г) 68,0 a 16,9 70,8 a 13,9 77,5
Потребление жира (г) 73,7 17,8 71,5 17,3 66,9 19,9 2,53 0,0814
0,0814
Инсол .8 2,3 3,6 1,6 4,1 2,0 1,90 0,1512
Растворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 1,6 1,7 1,7 0,8 0,22 0,8040

отображает средние различия в HOMA по трем категориям потребления молочных продуктов без и с поправкой на возможные факторы, влияющие на факторы.Как показано, когда никакие переменные не контролировались, значимые различия в средних значениях HOMA наблюдались по трем категориям потребления молочных продуктов ( F = 6,90, P = 0,0091). У лиц, относящихся к категории с высоким потреблением молочных продуктов, уровень HOMA был значительно выше (0,41 ± 0,53), чем у лиц с умеренным (0,22 ± 0,55) или низким уровнем потребления (0,19 ± 0,58). Различия в возможных смешивающих факторах, включая возраст, вес, процентное содержание жира в организме, потребление энергии, общую физическую активность, образование, потребление углеводов, белков и жиров, потребление нерастворимой клетчатки и потребление растворимой клетчатки, рассматриваемые индивидуально или вместе, не повлияли на заметно взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA ().

Таблица 3

Средние различия в HOMA по категориям потребления молочных продуктов, без и с поправкой на возможные искажающие факторы.

a (% от кДж) 17 a 190 22 a 1
HOMA * Категории потребления молочных продуктов F P
Низкое потребление Среднее потребление Высокое потребление
n = 68 n = 136 n = 68
Среднее значение SD Среднее значение SD Среднее значение SD
Переменное управление
Нет 0.19 a 0,58 0,22 a 0,55 0,41 b 0,53 6,90 0,0091
9019 9019 9019 9019 9019 0,41 b 6,77 0,0098
Масса (кг) 0,21 a 0.21 a 0,43 b 9,18 0,0027
Телесный жир (%) 0,18 a 7,67 0,0060
Потребляемая энергия (кДж / день) 0,22 a † 0,22 a 0.39 b 4,68 0,0315
Общая активность (кол-во в неделю) 0,19 a 0,22 a 0,0067
Образование 0,18 a 0,21 a 0,40 b 6.48 0,0114
Углеводы (% от кДж) 0,17 a 0,23 a 0,42 b 0,001 0,42 b 0,001 0,19 a 0,23 a 0,41 b 5,87 0,0160 9019 9019 0,23 a 0,43 b 8,40 0,0041
Нерастворимая клетчатка (г / 41 кДж) 0,22 a 0,42 b 7,45 0,0068
Растворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 0,19 a 0,42 b 7,69 0,0059
Все ковариаты 0,17 a † 4,71 0,0309

В частности, связь немного ослабилась после учета возраста ( F = 6,77, P = 0.0098), образование ( F = 6,48, P = 0,0114) и процент калорий из белка ( F = 5,87, P = 0,0160), но он оставался статистически значимым. Поправка на разницу в потреблении энергии ослабила взаимосвязь на 32% ( F = 4,68, P = 0,0315). Контроль нескольких других переменных усилил взаимосвязь, включая массу тела ( F = 9,18, P = 0,0027), процентное содержание телесного жира ( F = 7.67, P = 0,0060), общая физическая активность ( F = 7,47, P = 0,0067), процент калорий из жира ( F = 8,40, P = 0,0041), потребление нерастворимой клетчатки ( F = 7,45, P = 0,0068) и потребление растворимой клетчатки ( F = 7,69, P = 0,0059). После одновременного учета всех потенциальных мешающих факторов взаимосвязь молочных продуктов и HOMA ослабла, но осталась значительной ( F = 4.71, P = 0,0309) ().

При потреблении молочных продуктов, выраженном в порциях на 4184 кДж (1000 ккал), результаты в целом были слабее, но все модели оставались статистически значимыми. Без контроля переменных ( F = 5,30, P = 0,0220) у женщин с высоким потреблением молочных продуктов на 4184 кДж (1000 ккал) уровень HOMA был значительно выше (0,39 ± 0,54), чем у женщин с умеренным (0,23 ± 0,56). или категории низкого потребления (0,19 ± 0,55). Аналогичным образом, после статистической корректировки различий во всех потенциальных мешающих факторах ( F = 5.30, P = 0,0223), у женщин с высоким потреблением молочных продуктов уровень HOMA (0,35 ± 0,54) был значительно выше, чем у женщин в умеренных (0,20 ± 0,56) или низких категориях (0,16 ± 0,55), рассчитанных как порции на 4184 (1000 порций). ккал).

Связи Пирсона между HOMA и потенциальными искажающими факторами, включая возраст ( r = 0,02, P = 0,7515), физическую активность ( r = -0,09, P = 0,1201), процент от общего количества калорий из углеводов ( r = -0.09, P = 0,1562), белков ( r = 0,07, P = 0,2367) и жиров ( r = 0,06, P = 0,3238), а также потребление нерастворимой клетчатки ( r = — 0,06, P = 0,3045) не были статистически значимыми. Однако наблюдались значимые двумерные отношения между HOMA и процентным содержанием жира в организме ( r = 0,47, P <0,0001), массой тела ( r = 0,39, P <0,0001), уровнем глюкозы в плазме натощак ( r ). = 0.45, P <0,0001), инсулин плазмы натощак ( r = 0,91, P <0,0001), общее потребление энергии ( r = 0,23, P <0,0001) и потребление растворимой клетчатки ( r = -0,17, P = 0,0040).

4. Обсуждение

В настоящем исследовании была выявлена ​​значимая и значимая взаимосвязь между потреблением молочных продуктов, оцененным с использованием 7-дневных взвешенных диетических записей, и инсулинорезистентностью, измеренной с помощью HOMA. В частности, женщины с высоким потреблением молочных продуктов (первые 25%) имели значительно более высокую инсулинорезистентность, чем женщины с умеренным или низким потреблением молочных продуктов ().Разница между верхним и нижним квартилями дала размер эффекта 0,40. Связь оставалась значимой после статистического контроля нескольких потенциально мешающих переменных, включая возраст, массу тела, процентное содержание жира в организме, потребление энергии, общую физическую активность, образование, процент энергии из углеводов, белков или жиров, потребление нерастворимой клетчатки и потребление растворимой клетчатки. , рассматриваемые индивидуально или коллективно. Поправка на различия в потреблении энергии оказала сильнейшее влияние на ассоциацию, но оставалась значимой.Связь также оставалась статистически значимой, с учетом и без контроля потенциальных смешивающих переменных, когда потребление молочных продуктов выражалось как порции на 4184 кДж (1000 ккал).

Несмотря на то, что это совсем другая выборка, настоящие результаты согласуются с вмешательством Hoppe et al. [40], которые изучали 24 восьмилетних мальчика в 2005 году. HOMA значительно увеличился через неделю у тех, кто получал молочную добавку, но не изменился у тех, кто получал мясную добавку. Исследователи не утверждали, что испытуемые были распределены по группам случайным образом.Группы, по-видимому, различались по другим факторам, кроме молока и мяса. Похоже, что потребление энергии, состав тела или уровни физической активности не контролировались.

Также согласуются с данными настоящего исследования результаты Snijder et al. [66], которые обнаружили, что более высокое потребление молочных продуктов в значительной степени связано с более высокими уровнями глюкозы натощак в выборке из Нидерландов, где потребление молочных продуктов в целом высокое. Кроме того, Lawlor et al. [67] исследовали взаимосвязь между потреблением молока и инсулинорезистентностью и метаболическим синдромом у 4024 британских женщин.Было замечено, что у женщин, которые никогда не пили молоко, уровень HOMA был ниже, у них реже был СД2 и у них реже проявлялся метаболический синдром, чем у женщин, которые регулярно пили молоко. Потребление молока измерялось номинально (да, потребление молока по сравнению с отсутствием потребления молока), что препятствовало определению зависимости от дозы.

Вопреки настоящим результатам, Rideout et al. [42] наблюдали, что уровни HOMA улучшались у лиц с избыточным весом или ожирением при более высоком потреблении молочных продуктов (4 порции в день молока или йогурта) по сравнению с более низким потреблением молочных продуктов (менее 2 порций в день молока или йогурта) в течение 12 месяцев. в небольшом перекрестном исследовании с участием 23 взрослых.Участники вели вольную жизнь и без ограничений по энергии. Жир в организме оценивали с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии.

Akter et al. [41] нашли результаты, противоречащие настоящему исследованию, в поперечном исследовании 496 взрослых японцев, где более высокое потребление жирного молока или йогурта было связано с более низким HOMA. Состав тела был проиндексирован и контролировался с помощью ИМТ, физическая активность оценивалась с помощью анкеты, заполненной самими участниками, а потребление пищи оценивалось с помощью опросника по частоте приема пищи.Akter et al. [41] отмечают, что это население в целом потребляет значительно меньше молочных продуктов, чем западное население, и что лишь небольшой процент регулярно потребляет обезжиренные или обезжиренные молочные продукты с низким содержанием жира.

Каждая из потенциально мешающих переменных влияла на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью, некоторые в большей степени, чем другие. Поправка на разницу в общем дневном потреблении энергии ослабила взаимосвязь на 32%, больше, чем любая другая переменная. Последующий анализ показал, что потребление энергии было значительно и положительно связано с потреблением молочных продуктов ( r = 0.21, P = 0,0006), физическая активность ( r = 0,16, P = 0,0101), масса тела ( r = 0,40, P <0,0001) и HOMA ( r = 0,23, P <0,0001). Таким образом, женщины с более высоким потреблением энергии с большей вероятностью будут больше потреблять молочные продукты, участвовать в большем количестве физических нагрузок, иметь более высокий вес и быть более инсулинорезистентными, чем женщины с более низким потреблением энергии.

Поправка на разницу в содержании жира в организме также ослабила связь между молочными продуктами и инсулинорезистентностью.В частности, если бы у всех женщин, участвовавших в настоящем исследовании, был бы одинаковый уровень жира в организме, связь между молочными продуктами и инсулинорезистентностью была бы на 13% слабее (). В целом, исследования взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью в значительной степени полагались на ИМТ для определения состава тела и ожирения. К сожалению, этот метод дает значительную ошибку [43]. Ожирение вносит значительный вклад в развитие инсулинорезистентности [68] даже в группах населения, не страдающих диабетом [69].Следовательно, в настоящем исследовании оценивался состав тела для оценки и контроля различий в содержании жира в организме, а не с использованием ИМТ.

Физическая активность — еще одна важная переменная, которая сильно влияет на чувствительность к инсулину и поэтому контролировалась в настоящем исследовании. Широко признано, что физическая активность снижает риск инсулинорезистентности и СД2 [70, 71]. Было показано, что как хроническая физическая активность, так и одиночные упражнения улучшают чувствительность к инсулину [72].На сегодняшний день ни одно исследование взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и резистентностью к инсулину не позволило объективно измерить физическую активность и выявить различия между участниками. Анкеты обычно используются для сбора информации о физической активности. Однако ответы субъектов на анкеты активности часто сильно искажены [44, 45]. Следовательно, в настоящем исследовании использовалась акселерометрия в течение семи дней для объективной оценки физической активности каждого субъекта.Поправка на различия в физической активности мало повлияла на взаимосвязь молочных продуктов и инсулинорезистентности в настоящем исследовании, однако усилила ее только на 7%.

Другими переменными, которые усилили взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA, были масса тела (усиление на 12%), процент энергии из углеводов (усиление на 13%), процент энергии, получаемой из пищевых жиров (усиление на 21%), нерастворимые потребление клетчатки (усиление на 8%) и потребление растворимой клетчатки (усиление на 8%).

В соответствии с настоящими результатами, в литературе показано, что потребление пищевых волокон связано с улучшением чувствительности к инсулину [73–75], особенно с повышенным потреблением растворимой клетчатки [74]. Между потреблением растворимой клетчатки и физической активностью наблюдалась значимая положительная связь ( r = 0,15, P = 0,0114), но растворимая клетчатка была отрицательно связана с HOMA ( r = -0,17, P = 0,0040). Эти отношения могут частично объяснить, почему контроль за потреблением растворимой клетчатки усилил связь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью.А именно, женщины, которые ели больше растворимой клетчатки, также участвовали в большем количестве физических нагрузок и имели более низкие уровни HOMA.

Диеты, отнесенные к категории постоянно высоких гликемических нагрузок, имеют тенденцию прогнозировать инсулинорезистентность и последующий СД2 как у мужчин [76], так и у женщин [10], поскольку хронически высокие потребности в инсулине для опосредования усвоения глюкозы могут со временем привести к снижению чувствительности к инсулину. Поэтому для предотвращения СД2 рекомендуется употребление диет с низким гликемическим индексом. Считается, что молочные продукты имеют относительно низкий гликемический индекс [77], из чего следует, что они не могут отрицательно повлиять на потребность в инсулине.Однако было показано, что инсулинемический индекс в три-шесть раз выше, чем ожидалось, исходя из гликемического индекса молочных продуктов [28, 30], что позволяет предположить, что в молочных продуктах есть инсулинотропный компонент [28-31]. Таким образом, хотя было установлено, что хроническая гипергликемия может приводить к инсулинорезистентности [78], исследования показывают, что хроническая гиперинсулинемия также может приводить к снижению чувствительности к инсулину [33, 34].

Высокое потребление животного белка связано с повышенным риском СД2 [79].Повышенные уровни аминокислот мешают нормальному метаболизму глюкозы, особенно у лиц со сниженной чувствительностью к инсулину, что приводит к инсулинорезистентности [79–81]. Высокое потребление молочного белка может усугубить инсулинорезистентность. Как показано в, женщины с высоким потреблением молочных продуктов имели значительно более высокое общее потребление белка, что может помочь объяснить, почему у женщин с высоким потреблением молочных продуктов был самый высокий уровень инсулинорезистентности в настоящем исследовании.

При обсуждении секреции инсулина следует учитывать функцию бета-клеток.Постоянное употребление продуктов с высоким гликемическим индексом или высоким инсулинемическим индексом заставляет бета-клетки выделять больше инсулина, чтобы инициировать захват глюкозы клетками организма, что приводит к нечувствительности к инсулину [10, 76]. По данным Leahy et al. [78] и Polonsky et al. [82], это может привести к снижению чувствительности к инсулину и, в конечном итоге, к T2DM, поскольку бета-клетки поджелудочной железы гиперсекретируют инсулин для поддержания нормального уровня глюкозы в крови, что приводит к недостаточности бета-клеток, ключевой особенности T2DM [78, 82].

Гиперинсулинемический ответ, связанный с потреблением молочных продуктов [27–31], можно рассматривать как положительный и даже защитный эффект для регулирования уровня глюкозы в крови, особенно у лиц с СД2 [32]. Однако это не означает, что влияние хронического потребления молока и молочных продуктов на уровень инсулина у здоровых людей обязательно следует аналогичной схеме. Точно так же, возможно, краткосрочные преимущества потребления молока и молочных продуктов для регулирования уровня глюкозы в крови вызывают неблагоприятные долгосрочные эффекты, включая снижение чувствительности к инсулину.

Как и в случае всех перекрестных исследований, обратная причинность является потенциальной угрозой. Хотя сильная взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью может быть результатом употребления молочных продуктов, вызывающих гиперинсулинемию, ведущую со временем к инсулинорезистентности, также возможно, что женщины с повышенным уровнем глюкозы в крови предпочли потреблять больше молочных продуктов, возможно, чтобы помочь контролировать свои нездоровые уровень глюкозы в крови. Более того, другие факторы, «третьи переменные», могут быть ответственны за взаимосвязь между молочными продуктами и инсулинорезистентностью.Однако, поскольку в настоящем исследовании контролировалось около дюжины возможных смешивающих переменных, связь между молочными продуктами и резистентностью к инсулину вряд ли является функцией одного из этих факторов, но другие переменные, не контролируемые в настоящем исследовании, могут объяснить результаты.

Важной сильной стороной настоящего исследования было использование высококачественных объективных методов измерения для контроля нескольких потенциальных мешающих переменных. Bod Pod использовался для оценки состава тела, а не ИМТ.Для оценки физической активности использовалась акселерометрия, а не вопросник, а записи взвешенных продуктов за 7 дней использовались для количественной оценки диетического питания вместо вопросника, тем самым уменьшая проблемы, связанные с отзывом диеты и оценкой размеров порций.

Однако настоящее расследование не лишено недостатков. Он был ограничен поперечным сечением, что препятствовало установлению причинно-следственной связи. Кроме того, в центре внимания исследования находились некурящие женщины среднего возраста, не страдающие диабетом, и выборка была в значительной степени однородной, преимущественно женщины европеоидной расы.Избыточный вес и ожирение в данной выборке не встречались. Следовательно, обобщение результатов может быть ограничено популяциями со схожими характеристиками.

5. Заключение

Настоящее исследование выявило значительную взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и снижением чувствительности к инсулину у женщин среднего возраста, не страдающих диабетом, предполагая, что более высокое потребление молочных продуктов может быть связано с большей инсулинорезистентностью. Эта взаимосвязь частично объяснялась различиями в составе тела, массе тела, физической активности, потреблении пищевых волокон и потреблении энергии, особенно последней.Однако высокое потребление молочных продуктов оставалось значимым предиктором инсулинорезистентности после поправки на все коварианты. Если предполагалась причинно-следственная связь, то высокое потребление молочных продуктов может со временем привести к снижению чувствительности к инсулину. Очевидно, что необходимы дополнительные исследования, посвященные взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью, прежде чем можно будет рекомендовать изменения в потреблении молочных продуктов для профилактики инсулинорезистентности у женщин, не страдающих диабетом.

Благодарность

Исследование финансировалось из внутренних источников за счет стипендии факультета для Ларри Такера через Университет Бригама Янга.

Конфликт интересов

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов относительно публикации данной статьи.

Вклад авторов

Такер разработал исследование, организовал и контролировал сбор данных, а также проанализировал данные; Брюс Бейли и Джеймс ЛеЧеминант помогали со сбором данных; Андреа Эриксон и Ларри Такер написали статью при содействии Бейли и ЛеЧеминанта. Все авторы прочитали и одобрили итоговую статью.

Ссылки

1.CDC. Общая и скорректированная по возрасту процентная доля гражданских, не находящихся в учреждениях взрослых с диагностированным диабетом, США, 1980–2011 гг. . Атланта, штат Джорджия, США: Национальный центр профилактики хронических заболеваний и укрепления здоровья; 2012. [Google Scholar] 2. Зиммет П., Альберти К. Г. М., Шоу Дж. Глобальные и социальные последствия эпидемии диабета. Природа . 2001. 414 (6865): 782–787. DOI: 10.1038 / 414782a. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 3. Данаи Г., Финукейн М. М., Лу Ю., и другие. Национальные, региональные и глобальные тенденции уровня глюкозы в плазме натощак и распространенности диабета с 1980 года: систематический анализ обследований состояния здоровья и эпидемиологических исследований с 370 странами-годами и 2,7 миллионами участников. Ланцет . 2011. 378 (9785): 31–40. DOI: 10.1016 / s0140-6736 (11) 60679-х. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 4. Эрикссон К.-Ф., Линдгард Ф. Профилактика сахарного диабета 2 типа (инсулиннезависимого) с помощью диеты и физических упражнений. 6-летнее технико-экономическое обоснование в Мальмё. Диабетология . 1991. 34 (12): 891–898. DOI: 10.1007 / bf00400196. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 5. Гиллис К. Л., Абрамс К. Р., Ламберт П. С. и др. Фармакологические вмешательства и меры по изменению образа жизни для предотвращения или отсрочки диабета 2 типа у людей с нарушенной толерантностью к глюкозе: систематический обзор и метаанализ. Британский медицинский журнал . 2007. 334 (7588): 299–302. DOI: 10.1136 / bmj.39063.689375.55. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 6. Ху Ф. Б., Мэнсон Дж. Э., Штампфер М. Дж. И др. Диета, образ жизни и риск сахарного диабета 2 типа у женщин. Медицинский журнал Новой Англии . 2001. 345 (11): 790–797. DOI: 10.1056 / NEJMoa010492. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 7. Ноулер В. К., Барретт-Коннор Э., Фаулер С. Э. и др. Снижение заболеваемости диабетом 2 типа с помощью изменения образа жизни или метформина. Медицинский журнал Новой Англии . 2002. 346 (6): 393–403. DOI: 10.1056 / nejmoa012512. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 8.Вест К. М., Кальбфляйш Дж. М. Влияние факторов питания на распространенность диабета. Диабет . 1971. 20 (2): 99–108. DOI: 10.2337 / diab.20.2.99. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 9. ван Дам Р. М., Римм Э. Б., Уиллетт В. К., Стампфер М. Дж., Ху Ф. Б. Диетические модели и риск сахарного диабета 2 типа у мужчин в США. Анналы внутренней медицины . 2002. 136 (3): 201–209. DOI: 10.7326 / 0003-4819-136-3-200202050-00008. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 10. Сальмерон Дж., Мэнсон Дж.Э., Стампфер М. Дж., Колдиц Г. А., Винг А. Л., Уиллетт В. С. Пищевые волокна, гликемическая нагрузка и риск инсулиннезависимого сахарного диабета у женщин. Журнал Американской медицинской ассоциации . 1997. 277 (6): 472–477. DOI: 10.1001 / jama.1997.03540300040031. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 11. Schulze M. B., Liu S. M., Rimm E. B., Manson J. E., Willett W. C., Hu F. B. Гликемический индекс, гликемическая нагрузка, потребление пищевых волокон и заболеваемость диабетом 2 типа у женщин молодого и среднего возраста. Американский журнал клинического питания . 2004. 80 (2): 348–356. [PubMed] [Google Scholar] 12. Чой Х. К., Уиллетт В. К., Стампфер М. Дж., Римм Э., Ху Ф. Б. Потребление молочных продуктов и риск сахарного диабета 2 типа у мужчин — проспективное исследование. Архивы внутренней медицины . 2005. 165 (9): 997–1003. DOI: 10.1001 / archinte.165.9.997. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 13. Лю С., Чой Х. К., Форд Э. и др. Проспективное исследование потребления молочных продуктов и риска диабета 2 типа у женщин. Уход за диабетом . 2006. 29 (7): 1579–1584. DOI: 10.2337 / dc06-0256. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 14. Малик В. С., Сан К., Ван Дам Р. М. и др. Потребление молочных продуктов подростками и риск диабета 2 типа у женщин среднего возраста. Американский журнал клинического питания . 2011. 94 (3): 854–861. DOI: 10.3945 / ajcn.110.009621. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 15. Элвуд П. К., Пикеринг Дж. Э., Фехили А. М. Потребление молока и молочных продуктов, диабет и метаболический синдром: проспективное исследование Caerphilly. Журнал эпидемиологии и общественного здравоохранения . 2007. 61 (8): 695–698. DOI: 10.1136 / jech.2006.053157. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 16. Фумерон Ф., Ламри А., Аби Халил С. и др. Потребление молочных продуктов и частота гипергликемии и метаболического синдрома. Результаты французского проспективного исследования, данные эпидемиологического исследования синдрома инсулинорезистентности (DESIR) Diabetes Care . 2011. 34 (4): 813–817. DOI: 10.2337 / dc10-1772. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 17.Перейра М. А., Джейкобс Д. Р., мл., Ван Хорн Л., Слэттери М. Л., Карташов А. И., Людвиг Д. С. Потребление молочных продуктов, ожирение и синдром инсулинорезистентности у молодых людей: исследование CARDIA. Журнал Американской медицинской ассоциации . 2002. 287 (16): 2081–2089. DOI: 10.1001 / jama.287.16.2081. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 18. Кири К., Мизоу Т., Исо Х. и др. Потребление кальция, витамина D и молочных продуктов в отношении риска диабета 2 типа в когорте японцев. Диабетология .2009. 52 (12): 2542–2550. DOI: 10.1007 / s00125-009-1554-х. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 19. Питтас А. Г., Доусон-Хьюз Б., Ли Т. и др. Потребление витамина D и кальция при диабете 2 типа у женщин. Уход за диабетом . 2006. 29 (3): 650–656. DOI: 10.2337 / diacare.29.03.06.dc05-1961. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 20. Sluijs I., Forouhi N.G., Beulens J.W.J. и др. Количество и тип потребляемых молочных продуктов и случаи диабета 2 типа: результаты исследования EPIC-InterAct. Американский журнал клинического питания . 2012. 96 (2): 382–390. DOI: 10.3945 / ajcn.111.021907. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 21. Снайдер М. Б., ван Дам Р. М., Стехувер К. Д. А., Хиддинк Г. Дж., Хайне Р. Дж., Деккер Дж. М. Проспективное исследование потребления молочных продуктов в связи с изменениями метаболических факторов риска: исследование Хорна. Ожирение . 2008. 16 (3): 706–709. DOI: 10.1038 / oby.2007.93. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 22. ван Дам Р. М., Ху Ф. Б., Розенберг Л., Кришнан С., Палмер Дж. Р. Диетический кальций и магний, основные источники пищи и риск диабета 2 типа у чернокожих женщин в США. Уход за диабетом . 2006. 29 (10): 2238–2243. DOI: 10.2337 / dc06-1014. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 23. Дефронцо Р. А., Бонадонна Р. С., Ферраннини Э. Патогенез NIDDM — сбалансированный обзор. Уход за диабетом . 1992. 15 (3): 318–368. DOI: 10.2337 / diacare.15.3.318. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 24. Альберти К. Г., Циммет П. З. Определение, диагностика и классификация сахарного диабета и его осложнений.Часть 1. Диагностика и классификация сахарного диабета. Предварительный отчет консультации ВОЗ. Диабетическая медицина . 1998. 15 (7): 539–553. doi: 10.1002 / (sici) 1096-9136 (199807) 15: 7x003C; 539 :: aid-dia668x0003e; 3.0.co; 2-s. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 25. ДеФронцо Р. А., Ферраннини Э. Инсулинорезистентность: многогранный синдром, ответственный за NIDDM, ожирение, гипертензию, дислипидемию и атеросклеротические сердечно-сосудистые заболевания. Уход за диабетом . 1991. 14 (3): 173–194. [PubMed] [Google Scholar] 26.Ривен Г. М. Роль инсулинорезистентности в заболеваниях человека. Диабет . 1988. 37 (12): 1595–1607. DOI: 10.2337 / diab.37.12.1595. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 27. Hoppe C., Mølgaard C., Dalum C., Vaag A., Michaelsen KF Дифференциальные эффекты казеина по сравнению с сывороткой на уровни инсулина в плазме натощак, IGF-1 и IGF-1 / IGFBP-3: результаты рандомизированного 7-дневного исследования. исследование добавок у мальчиков препубертатного возраста. Европейский журнал клинического питания . 2009. 63 (9): 1076–1083. DOI: 10.1038 / ejcn.2009.34. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 28. Гэннон М. С., Наттолл Ф. К., Крезовски П. А., Биллингтон К. Дж., Паркер С. Реакции сывороточного инсулина и глюкозы в плазме на молоко и фруктовые продукты у пациентов с диабетом 2 типа (инсулинозависимые). Диабетология . 1986. 29 (11): 784–791. DOI: 10.1007 / bf00873217. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 29. Хойт Г., Хики М. С., Кордайн Л. Диссоциация гликемической и инсулинемической реакции на цельное и обезжиренное молоко. Британский журнал питания .2005. 93 (2): 175–177. DOI: 10,1079 / BJN20041304. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 30. Остман Э. М., Эльмстол Х. Г. М. Л., Бьорк И. М. Э. Несоответствие между гликемическим и инсулинемическим ответами на обычные и кисломолочные продукты. Американский журнал клинического питания . 2001. 74 (1): 96–100. [PubMed] [Google Scholar] 31. Liljeberg Elmståhl H., Björck I. Молоко в качестве добавки к смешанному приему пищи может усилить постпрандиальную инсулинемию. Европейский журнал клинического питания .2001; 55 (11): 994–999. DOI: 10,1038 / sj / ejcn / 1601259. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 32. Наттолл Ф.К., Гэннон М.С. Количественное значение диетических компонентов, отличных от глюкозы, как стимуляторов секреции инсулина при диабете II типа. Уход за диабетом . 1988. 11 (1): 72–76. DOI: 10.2337 / diacare.11.1.72. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 33. дель Прато С., Леонетти Ф., Симонсон Д. К., Шихан П., Мацуда М., ДеФронцо Р. А. Влияние устойчивой физиологической гиперинсулинемии и гипергликемии на секрецию инсулина и чувствительность к инсулину у человека. Диабетология . 1994. 37 (10): 1025–1035. DOI: 10.1007 / s001250050213. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 34. Хуан Ч.-К., Фанг В.С., Квок Ч.-Ф., Пернг Ж.-К., Чжоу Ю.-К., Хо Л.-Т. Экзогенная гиперинсулинемия вызывает у крыс инсулинорезистентность, гиперэндотелинемию и последующую гипертензию. Метаболизм: клинические и экспериментальные . 1999. 48 (4): 465–471. DOI: 10.1016 / s0026-0495 (99)

-1. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 35. Йокояма Х., Хиросе Х., Ого Х., Сайто И. Связи между статусом образа жизни, уровнем адипонектина в сыворотке и инсулинорезистентностью. Медицина внутренних болезней . 2004. 43 (6): 453–457. DOI: 10.2169 / internalmedicine.43.453. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 37. Райан А. С. Инсулинорезистентность при старении — влияние диеты и физических упражнений. Спортивная медицина . 2000. 30 (5): 327–346. DOI: 10.2165 / 00007256-200030050-00002. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 38. Барнард Р. Дж., Янгрен Дж. Ф., Мартин Д. А. Диета, а не старение, вызывает инсулинорезистентность скелетных мышц. Геронтология . 1995. 41 (4): 205–211. DOI: 10,1159 / 000213683.[PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 39. Хиршлер В., Острейхер К., Беккария М., Идальго М., Маккаллини Г. Обратная связь между инсулинорезистентностью и частотой потребления молока аргентинскими школьниками из малообеспеченных семей. Педиатрический журнал . 2009. 154 (1): 101–105. DOI: 10.1016 / j.jpeds.2008.06.036. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 40. Hoppe C., Mølgaard C., Vaag A., Barkholt V., Michaelsen K. F. Высокое потребление молока, но не мяса, увеличивает s-инсулин и инсулинорезистентность у 8-летних мальчиков. Европейский журнал клинического питания . 2005. 59 (3): 393–398. DOI: 10.1038 / sj.ejcn.1602086. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 41. Актер С., Куротани К., Нанри А. и др. Употребление молочных продуктов связано со снижением инсулинорезистентности у японцев. Исследования в области питания . 2013. 33 (4): 286–292. DOI: 10.1016 / j.nutres.2013.01.009. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 42. Rideout T. C., Marinangeli C. P. F., Martin H., Browne R. W., Rempel C. B. Потребление обезжиренных молочных продуктов в течение 6 месяцев улучшает инсулинорезистентность без неблагоприятного воздействия на липиды или массу тела у здоровых взрослых: рандомизированное перекрестное исследование свободной жизни. Журнал питания . 2013; 12 (1, статья 56) DOI: 10.1186 / 1475-2891-12-56. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 43. Ротман К. Дж. Ошибки, связанные с ИМТ, при измерении ожирения. Международный журнал ожирения . 2008; 32 (3): S56 – S59. DOI: 10.1038 / ijo.2008.87. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 44. Лапорт Р. Э., Монтой Х. Дж., Касперсен К. Дж. Оценка физической активности в эпидемиологических исследованиях — проблемы и перспективы. Отчеты об общественном здравоохранении .1985. 100 (2): 131–146. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 45. Такер Дж. М., Велк Г. Дж., Бейлер Н. К. Физическая активность в США: соблюдение взрослыми рекомендаций по физической активности для американцев. Американский журнал профилактической медицины . 2011. 40 (4): 454–461. DOI: 10.1016 / j.amepre.2010.12.016. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 46. Гатри Х. А. Выбор и количественная оценка типичных порций пищи молодыми людьми. Журнал Американской диетической ассоциации .1984. 84 (12): 1440–1444. [PubMed] [Google Scholar] 47. Хартман А. М., Браун С. С., Палмгрен Дж. И др. Различия в потреблении питательных веществ и пищи среди пожилых мужчин среднего возраста. Значение для разработки эпидемиологических и валидационных исследований с использованием регистрации пищевых продуктов. Американский журнал эпидемиологии . 1990. 132 (5): 999–1012. [PubMed] [Google Scholar] 48. Барановский Т. 24-часовые воспоминания и методы записи диеты. В: Willett W. C., редактор. Эпидемиология питания . Нью-Йорк, Нью-Йорк, США: Издательство Оксфордского университета; 2013.С. 49–69. [Google Scholar] 49. Мэтьюз Д. Р., Хоскер Дж. П., Руденски А. С., Нейлор Б. А., Тричер Д. Ф., Тернер Р. С. Оценка модели гомеостаза: инсулинорезистентность и функция β -клеток на основе концентраций глюкозы и инсулина в плазме натощак у человека. Диабетология . 1985. 28 (7): 412–419. DOI: 10.1007 / bf00280883. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 50. Бонора Э., Саггиани Ф., Таргер Г. и др. Оценка модели гомеостаза точно отражает методику зажима глюкозы при оценке чувствительности к инсулину: исследования с участием субъектов с различной степенью толерантности к глюкозе и чувствительности к инсулину. Уход за диабетом . 2000. 23 (1): 57–63. DOI: 10.2337 / diacare.23.1.57. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 51. Бингем С. А., Кэссиди А., Коул Т. Дж. И др. Проверка результатов взвешивания и других методов оценки питания с использованием метода суточного азота в моче и других биологических маркеров. Британский журнал питания . 1995. 73 (4): 531–550. DOI: 10,1079 / bjn197. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 52. Джейн М., Хоу Г. Р., Рохан Т. Оценка питания в эпидемиологии: сравнение частоты приема пищи и анкеты по истории питания с 7-дневной записью питания. Американский журнал эпидемиологии . 1996. 143 (9): 953–960. DOI: 10.1093 / oxfordjournals.aje.a008839. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 53. Равуссин Э., Лиллиоя С., Андерсон Т. Э., Кристин Л., Богардус С. Детерминанты 24-часового расхода энергии у человека — методы и результаты с использованием респираторной камеры. Журнал клинических исследований . 1986. 78 (6): 1568–1578. DOI: 10.1172 / jci112749. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 54. Такер Л. А., Такер Дж. М., Бейли Б., ЛеЧеминант Дж. Д. Потребление мяса увеличивает риск увеличения веса у женщин: проспективное когортное исследование. Американский журнал укрепления здоровья . 2014; 29 (1): e43 – e52. DOI: 10.4278 / ajhp.130314-quan-112. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 55. Такер Л. А., Такер Дж. М., Бейли Б., ЛеЧеминант Дж. Д. Диетические модели как предикторы жировых отложений и ИМТ у женщин: факторно-аналитическое исследование. Американский журнал укрепления здоровья . 2014 г. DOI: 10.4278 / ajhp.130327-quan-129.[PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 56. Бассет Д. Р., младший, Эйнсворт Б. Э., Шварц А. М., Страт С. Дж., О’Брайен В. Л., Кинг Г. А. Достоверность четырех датчиков движения при измерении физической активности средней интенсивности. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях . 2000; 32 (9, приложение): S471 – S480. DOI: 10.1097 / 00005768-200009001-00006. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 57. Браге С., Веддеркопп Н., Фрэнкс П. В., Бо Андерсен Л., Фроберг К. Повторная проверка достоверности и надежности монитора CSA при ходьбе и беге. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях . 2003. 35 (8): 1447–1454. DOI: 10.1249 / 01.MSS.0000079078.62035.EC. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 58. Лю А.-Л., Ли Ю.-П., Сун Дж., Пан Х., Хань Х.-М., Ма Г.-С. Исследование по валидации монитора активности приложения информатики при оценке физической активности среди взрослых с использованием метода воды с двойной меткой. Чжунхуа лю син бин сюэ за чжи . 2005. 26 (3): 197–200. [PubMed] [Google Scholar] 59. Такер Л. А., Такер Дж.М. Телевидение и ожирение у 300 женщин: оценка путей потребления энергии и физической активности. Ожирение . 2011; 19 (10): 1950–1956. DOI: 10.1038 / oby.2011.184. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 60. Такер Л. А., Петерсон Т. Р. Объективно измеряли интенсивность физической активности и ожирение у женщин среднего возраста. Исследования ожирения . 2003. 11 (12): 1581–1587. DOI: 10.1038 / oby.2003.210. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 61. Нокс Н. Р., Такер Л. А. Изменения минеральной плотности бедренной кости и объективно измеренная физическая активность у женщин среднего возраста: 6-летнее проспективное исследование. Американский журнал укрепления здоровья . 2012. 26 (6): 341–347. DOI: 10.4278 / ajhp.100622-quan-208. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 62. ЛеЧеминант Дж., Такер Л., Рассел К. Физическая активность и уровни С-реактивного белка: смешивающая роль жировых отложений. Журнал физической активности и здоровья . 2011. 8 (4): 481–487. [PubMed] [Google Scholar] 63. Маддалоццо Г. Ф., кардинал Б. Дж., Сноу С. М. Одновременная применимость методов BOD POD и двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии для оценки состава тела у молодых женщин. Журнал Американской диетической ассоциации . 2002. 102 (11): 1677–1679. DOI: 10,1016 / s0002-8223 (02) -5. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 64. ЛеЧеминант Дж. Д., Такер Л. А., Петерсон Т. Р., Бейли Б. В. Различия в процентном содержании жира в организме, измеренные с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии и Bod Pod у 100 женщин. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях . 2001; 33 (5): с. S174. DOI: 10.1097 / 00005768-200105001-00989. [CrossRef] [Google Scholar] 65. Такер Л. А., Лекеминант Дж. Д., Бейли Б. В. Надежность повторного тестирования BOD POD: влияние множественных оценок. Перцепционные и моторные навыки . 2014. 118 (2): 563–570. DOI: 10.2466 / 03.pms.118k15w5. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 66. Снайдер М. Б., ван дер Хейден А. А. В. А., ван Дам Р. М. и др. Связано ли более высокое потребление молочных продуктов с более низкой массой тела и меньшими нарушениями обмена веществ? Этюд Хорна. Американский журнал клинического питания . 2007. 85 (4): 989–995.[PubMed] [Google Scholar] 67. Лоулор Д. А., Эбрахим С., Тимпсон Н., Смит Г. Д. Отказ от молока связан со снижением риска инсулинорезистентности и метаболического синдрома: результаты исследования сердца и здоровья британских женщин. Диабетическая медицина . 2005. 22 (6): 808–811. DOI: 10.1111 / j.1464-5491.2005.01537.x. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 68. Людвик Б., Нолан Дж. Дж., Балога Дж., Сакс Д., Олефски Дж. Влияние ожирения на инсулинорезистентность у здоровых субъектов и пациентов с NIDDM. Диабет . 1995. 44 (9): 1121–1125. DOI: 10.2337 / diab.44.9.1121. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 69. Аббаси Ф., Браун Б. В., младший, Ламендола К., Маклафлин Т., Ривен Г. М. Взаимосвязь между ожирением, инсулинорезистентностью и риском ишемической болезни сердца. Журнал Американского кардиологического колледжа . 2002; 40 (5): 937–943. DOI: 10.1016 / S0735-1097 (02) 02051-X. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 70. Хельмрих С. ​​П., Рэгланд Д. Р., Леунг Р. В., Паффенбаргер Р. С., младший. Физическая активность и снижение частоты инсулиннезависимого сахарного диабета. Медицинский журнал Новой Англии . 1991. 325 (3): 147–152. DOI: 10,1056 / nejm1983250302. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 71. Айви Дж. Л. Роль физических упражнений в профилактике и лечении инсулинорезистентности и инсулиннезависимого сахарного диабета. Спортивная медицина . 1997. 24 (5): 321–336. DOI: 10.2165 / 00007256-199724050-00004. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 72. Боргоутс Л. Б., Кейзер Х. А. Физические упражнения и чувствительность к инсулину: обзор. Международный журнал спортивной медицины .2000. 21 (1): 1–12. DOI: 10,1055 / с-2000-8847. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 73. Rave K., Roggen K., Dellweg S., Heise T., Dieck HT Повышение инсулинорезистентности после диеты с использованием цельнозернового диетического продукта: результаты рандомизированного контролируемого перекрестного исследования у тучных субъектов с повышенным уровнем крови натощак глюкоза. Британский журнал питания . 2007. 98 (5): 929–936. DOI: 10,1017 / s0007114507749267. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 74. Бренеман К. Б., Такер Л. А. Потребление пищевых волокон и инсулинорезистентность — роль жировых отложений и физической активности. Британский журнал питания . 2013. 110 (2): 375–383. DOI: 10,1017 / s0007114512004953. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 75. Людвиг Д. С., Перейра М. А., Кроенке К. Х. и др. Пищевые волокна, увеличение веса и факторы риска сердечно-сосудистых заболеваний у молодых людей. Журнал Американской медицинской ассоциации . 1999. 282 (16): 1539–1546. DOI: 10.1001 / jama.282.16.1539. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 76. Сальмерон Дж., Аскерио А., Римм Э. Б. и др. Пищевые волокна, гликемическая нагрузка и риск NIDDM у мужчин. Уход за диабетом . 1997. 20 (4): 545–550. DOI: 10.2337 / diacare.20.4.545. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 77. Бьорк И., Лильеберг Х., Остман Э. Продукты с низким гликемическим индексом. Британский журнал питания . 2000; 83 (1): S149 – S155. [PubMed] [Google Scholar] 78. Лихи Дж. Л., Боннер-Вейр С., Вейр Г. К. Дисфункция β -клеток, вызванная хронической гипергликемией: современные представления о механизме нарушения секреции инсулина, индуцированной глюкозой. Уход за диабетом . 1992. 15 (3): 442–455.DOI: 10.2337 / diacare.15.3.442. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 79. Sluijs I., Beulens JWJ, van der A. DL, Spijkerman AMW, Grobbee DE, van der Schouw YT. Потребление с пищей общего, животного и растительного белка и риск диабета 2 типа в Европейском проспективном исследовании рака и питания (EPIC) -NL исследование. Уход за диабетом . 2010. 33 (1): 43–48. DOI: 10.2337 / dc09-1321. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 80. Проминцер М., Кребс М. Влияние диетического белка на гомеостаз глюкозы. Текущее мнение в области клинического питания и метаболической помощи . 2006. 9 (4): 463–468. DOI: 10.1097 / 01.mco.0000232909.84483.a9. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 81. Tremblay F., Lavigne C., Jacques H., Marette A. Роль пищевых белков и аминокислот в патогенезе инсулинорезистентности. Ежегодный обзор питания . 2007. 27: 293–310. DOI: 10.1146 / annurev.nutr.25.050304.0. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 82. Полонски К. С., Стурис Дж., Белл Г. И. Инсулиннезависимый сахарный диабет — генетически запрограммированная неспособность бета-клеток компенсировать инсулинорезистентность. Медицинский журнал Новой Англии . 1996. 334 (12): 777–783. DOI: 10,1056 / nejm1913341207. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

Роль телесного жира, физической активности и потребления энергии

J Diabetes Res. 2015; 2015: 206959.

Ларри А. Такер

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Андреа Эриксон

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Джеймс Д.LeCheminant

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Брюс У. Бейли

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Колледж наук о жизни, Бригам Янг Университет, Прово, UT 84602, США

Академический редактор: Бернард Порта

Поступило 2 декабря 2014 г .; Пересмотрено 26 декабря 2014 г .; Принято, 2015 г. 9 января.

Это статья в открытом доступе, распространяемая по лицензии Creative Commons Attribution License, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии правильного цитирования оригинальной работы.

Эта статья цитируется в других статьях в PMC.

Abstract

Взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью была установлена ​​у 272 женщин среднего возраста, не страдающих диабетом, с помощью поперечного сечения. Участники вели записи о питании за 7 дней, чтобы сообщить о своем рационе, включая потребление молочных продуктов. Инсулинорезистентность оценивали с использованием гомеостатической модели оценки (HOMA). Bod Pod использовался для измерения процентного содержания жира в организме, а 7-дневная акселерометрия использовалась для объективной индексации физической активности.Регрессионный анализ использовался для определения степени, в которой средние уровни HOMA различались в категориях с низким, умеренным и высоким потреблением молочных продуктов. Результаты показали, что женщины из самого высокого квартиля по потреблению молочных продуктов имели значительно более высокие логарифмически преобразованные значения HOMA (0,41 ± 0,53), чем женщины из двух средних квартилей (0,22 ± 0,55) или самого низкого квартиля (0,19 ± 0,58) ( F ). = 6,90, P = 0,0091). Связь оставалась значимой после контроля каждого потенциального фактора в отдельности и всех ковариат одновременно.Поправка на различия в потреблении энергии больше всего ослабила отношения, но связь оставалась значительной. Из 11 потенциальных факторов, влияющих на ситуацию, только потребление белка значительно различается в разных категориях молочных продуктов, при этом те, кто потребляет молочные продукты с высоким содержанием молока, также потребляют больше общего белка, чем их коллеги. По-видимому, высокое потребление молочных продуктов является важным предиктором инсулинорезистентности у женщин среднего возраста, не страдающих диабетом.

1. Введение

Рост показателей избыточной массы тела и ожирения во всем мире вызвал обеспокоенность по поводу эпидемии диабета с соответствующими отрицательными последствиями для качества жизни, продолжительности жизни и расходов на здравоохранение.Последние данные из США показывают, что около 26 миллионов человек (8,3% населения) страдают диабетом [1], причем более 90% из них страдают сахарным диабетом 2 типа [2]. Danaei et al. сообщили, что число людей с диабетом во всем мире почти удвоилось за последние 30 лет [3]. Существенное экономическое и медицинское бремя, возлагаемое на общество сахарным диабетом 2 типа (СД2), демонстрирует необходимость в улучшении профилактических мер, особенно с учетом его в значительной степени предотвратимого характера.

Чтобы лучше контролировать СД2, значительные усилия были посвящены исследованиям, направленным на выделение детерминант этого широко распространенного расстройства. На сегодняшний день идентифицировано множество модифицируемых факторов риска СД2 [4–7]. Среди различных факторов основное внимание уделяется диете [8, 9]. Употребление здоровой диеты, обычно характеризующейся разумным потреблением ненасыщенных жиров и клетчатки, а также низким потреблением насыщенных и трансжиров и продуктов с высокой гликемической нагрузкой, было связано со снижением риска развития СД2 [6, 10, 11].

В нескольких исследованиях также изучалось влияние молока и молочных продуктов на развитие СД2. Большинство эпидемиологических исследований выявили обратную зависимость между потреблением молочных продуктов в рамках общей здоровой диеты и СД2 [12–14] и метаболическим синдромом [15–17]. Однако появились противоречивые результаты [18–22], в результате чего связь не доказана.

Естественное прогрессирование СД2 характеризуется неспособностью организма реагировать на потребление гликемической нагрузки соответствующим количеством инсулина для опосредования усвоения глюкозы [23, 24].Это называется инсулинорезистентностью. Инсулинорезистентность предшествует СД2 и тесно связана с ожирением и сердечно-сосудистыми заболеваниями [25, 26].

Было установлено, что молоко и молочные продукты являются сильнодействующими стимуляторами секреции инсулина, поскольку их потребление стимулирует острую гиперинсулинемию [27–31]. Гиперинсулинемия, возникающая в результате употребления молока и молочных продуктов, может считаться полезным и даже защитным эффектом для регулирования уровня глюкозы в крови, особенно у лиц с повышенным уровнем или у лиц с СД2 [32].Однако потребление молока и молочных продуктов и связанная с этим гиперинсулинемия могут вызывать у здоровых людей менее желательные долгосрочные эффекты, включая инсулинорезистентность. Исследования на людях [33] и крысах [34] показывают, что регулярная гиперинсулинемия может приводить к инсулинорезистентности.

Профилактика СД2, вероятно, лучше всего достигается путем предотвращения развития инсулинорезистентности. Выявлено несколько поддающихся изменению факторов риска инсулинорезистентности [35–38], среди которых диета играет основную роль [37, 38].К сожалению, взаимосвязь молочных продуктов и инсулинорезистентности широко не исследовалась [39–42], и результаты были противоречивыми.

Недостатки методов измерения часто встречаются в исследованиях, посвященных изучению роли молока и молочных продуктов в исходах болезней. На сегодняшний день масса тела в основном определяется самими пациентами или индекс массы тела (ИМТ) используется для оценки состава тела. Обе эти стратегии приводят к значительной ошибке измерения и частой неправильной классификации [43].Кроме того, анкеты использовались почти исключительно для оценки уровня физической активности. К сожалению, известно, что самооценка физической активности сильно предвзята и содержит значительные ошибки [44, 45]. Наконец, в подавляющем большинстве исследований, направленных на изучение взаимосвязи между диетой и инсулинорезистентностью или СД2, диета измерялась с использованием вопросников о частоте приема пищи или метода 24-часового отзыва. Исследования показывают, что испытуемым сложно вспомнить, что именно они ели в прошлом, и дополнительная ошибка вносится, когда испытуемым требуется оценить размеры порций [46–48].Эти методы обычно занижают потребление энергии [48].

Настоящее исследование было разработано для устранения этих недостатков измерения. Высококачественный метод измерения, плетизмография с вытеснением воздуха (Bod Pod), использовался для оценки жира в организме, а не веса тела. Более того, физическая активность измерялась объективно с помощью акселерометров, а не полагалась на собственные оценки активности. Далее, диета и потребление энергии оценивались с использованием записей взвешенных пищевых продуктов за 7 дней.

В заключение, исследования, предназначенные для изучения взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью, немногочисленны, и лишь немногие исследования адекватно скорректированы с учетом различий в жировой прослойке, физической активности, диете, потреблении энергии и других потенциальных влияющих факторах, измеренных с использованием высококачественных методов. . Очевидно, что исследование связи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью с использованием высококачественных методов измерения является оправданным.

2. Методы

2.1. Дизайн

Взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью в выборке из 272 женщин среднего возраста была изучена с использованием поперечного дизайна.Кроме того, определение степени, в которой возраст, вес, процентное содержание жира в организме, общее потребление энергии, уровень физической активности, образование, потребленные граммы углеводов, белков и жиров, а также потребление нерастворимой и растворимой клетчатки повлияли на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулином. Сопротивление было вспомогательной целью расследования.

2.2. Участники

Потенциальные испытуемые были набраны из уст в уста и посредством газетных объявлений и электронных писем, разосланных частным лицам и компаниям примерно в 20 городах на горном западе, США.Первоначальный скрининг включения проводился по телефону и был направлен на набор лиц женского пола, пременопаузальных, небеременных, недиабетических, некурящих и практически здоровых. Информированное согласие было получено от каждого субъекта до начала исследования и одобрено институциональным советом университета.

2.3. Процедуры

Предметная информация и измерения были собраны в университете. Измерения и обучение длились от 60 до 90 минут.Рост и вес были измерены для каждого участника во время первоначального посещения, когда он был одет в цельный купальник, выданный лабораторией. При ношении одного и того же купальника и шапочки для плавания каждому участнику был проведен тест Bod Pod (Life Measurements Instruments, Concord, Калифорния) для оценки процентного содержания жира в организме. Испытуемых учили, как точно измерять потребление пищи с помощью цифровых весов (Ohaus 2000, Florham Park, NJ), и велели вести семидневный учет взвешиваемой пищи. Каждому испытуемому был выдан девятистраничный журнал диеты, включающий конкретные инструкции по записи рациона, образец страницы и пустые записи на каждый день недели.Каждого испытуемого попросили прочитать инструкции. Типичные ошибки записи были объяснены испытуемым, чтобы улучшить детализацию и соответствие. Затем каждому испытуемому были даны письменные и устные инструкции относительно того, как правильно взвешивать пищу с помощью портативных электронных весов Ohaus 2000 с использованием пластиковых моделей пищевых продуктов.

Каждому испытуемому был выдан акселерометр Actigraph (Health One Technology, ранее CSA, Пенсакола, Флорида), который им было предписано постоянно носить на левом бедре в течение семи дней подряд, за исключением купания или водных мероприятий.Участников поощряли вести свой нормальный образ жизни и избегать новых диет или упражнений. Всем участникам были предоставлены объяснения правильных методов, чтобы они поняли правильные процедуры.

В течение 7-дневного периода с участниками связывался по телефону исследовательский персонал, чтобы убедиться, что они точно записывают все потребляемые, что они поддерживают типичную диету и уровни физической активности, а также чтобы ответить на вопросы.Участникам выдали форму заявки на кровь, которую они отнесли в местную больницу в течение семи дней после 12-часового голодания, чтобы лабораторные флеботомисты взяли кровь на анализ. По истечении 7 дней испытуемые возвращали пищевой рекорд, весы и акселерометр. Субъекты были снова взвешены в цельном купальном костюме, выданном лабораторией. Среднее значение двух показателей массы тела позволило проиндексировать массу тела на основе среднего значения двух показателей, взятых с интервалом в неделю, а не одной оценки.Как только было установлено, что полученные данные были точными и полными, испытуемым было отправлено благодарственное письмо с подарочным сертификатом на 25 долларов.

2.4. Приборы и измерения

Критериальной переменной для этого исследования была инсулинорезистентность, оцененная с использованием гомеостатической модели оценки (HOMA). Первичной переменной-предиктором были порции молочных продуктов, которые измерялись с помощью 7-дневных записей о продуктах с взвешиванием. Частичная корреляция использовалась для определения степени, в которой потенциальные искажающие переменные, а именно возраст, образование, общее потребление энергии, несколько диетических переменных, объективно измеренный уровень физической активности и процент жира в организме, влияли на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью.

Инсулинорезистентность . Лабораторные флеботомисты взяли образец крови из антекубитальной вены после того, как испытуемые голодали не менее 12 часов. Питьевая вода в течение 12 часов разрешалась. Образцы хранили при температуре около -20 ° C после центрифугирования в течение 15 минут при 2000 g при 4 ° C. Сверхчувствительный анализ инсулина Access (Beckman Coulter, Brea, CA) использовали для определения инсулина натощак ( мкл Ед / л). Картриджи с реагентами Dimension Vista System и Flex (Siemens, Deerfield, IL) использовали для измерения уровней глюкозы натощак (мг / дл).HOMA [49] использовали для оценки инсулинорезистентности по следующей формуле: инсулин плазмы натощак ( мкг Ед / мл) × глюкоза плазмы натощак (мг / дл) / 405. Было показано, что HOMA сравнима с эугликемическим зажимом как средство оценки инсулинорезистентности ( r = 0,82, P = 0,0002) и считается действительным и надежным [49, 50].

Прием пищи . Записи о питании за семь дней использовались для измерения потребления молочных продуктов, общего потребления энергии, потребления углеводов, белков и жиров, а также потребления нерастворимой и растворимой клетчатки.Этот метод сводит к минимуму предвзятость воспоминаний субъектов и эффективно отображает нормальные режимы питания человека, охватывая будние и выходные дни [47, 48]. Взвешенные записи о пищевых продуктах часто использовались в качестве стандарта для сравнения при оценке достоверности других измерений потребления с пищей [51, 52], и было показано, что семь дней являются подходящим периодом времени для точной оценки потребления [47, 48].

Испытуемым выдали цифровые пищевые весы (Ohaus 2000, Florham Park, NJ) и проинструктировали, как правильно взвешивать и записывать продукты и напитки с использованием пластиковых моделей еды и словесных указаний.Печатные инструкции были также вручены каждому участнику. Испытуемых рассказали о важности соблюдения типичной диеты в течение недели записи. Чтобы помочь бороться с тенденцией занижать уровень потребления пищи [48], участников проинформировали, что они будут взвешиваться до и после недели регистрации, и их попросили не набирать и не худеть в течение недели. Если в протоколе питания участника указывалось, что его ежедневное потребление было менее 130% от расчетной скорости метаболизма в покое, определенной с помощью формулы Равуссина [53], от нее требовалось повторить запись взвешенного питания.Заполненные записи о продуктах питания были возвращены после 7-дневного периода регистрации и проверены на точность. Зарегистрированный диетолог вводит все записи о продуктах питания в программное обеспечение ESHA Research (ESHA Research Inc., Салем, Орегон, США) для дальнейшего анализа.

Диетический анализ распределил потребление молочных продуктов по категориям на основе программы обмена списками Американской диетической ассоциации (ныне Академия питания и диетологии) и Американской диабетической ассоциации (ADA). В программе обмена списками порция обезжиренных / обезжиренных молочных продуктов определяется как 12 г углеводов, 8 г белка и 0–3 г жира.В настоящем исследовании типичные обезжиренные / нежирные молочные продукты включали обезжиренное молоко, 1/2% молока, 1% молоко, нежирную пахту, сгущенное обезжиренное молоко, соевое молоко с низким содержанием жира и бесплатный йогурт, в том числе с искусственными подсластителями. Порция молочных продуктов с пониженным содержанием жира включала продукты с 12 г углеводов, 8 г белка и 5 г жира. Конкретные продукты включали 2% -ное молоко, соевое молоко, сладкое ацидофильное молоко и простой обезжиренный йогурт. Точно так же одна порция цельных молочных продуктов была определена как 12 г углеводов, 8 г белка и 8 г жира.В настоящем исследовании конкретные продукты включали цельное молоко, сгущенное цельное молоко, козье молоко, кефир и йогурт, приготовленный из цельного молока. Обменные списки Американской диетической и Американской диабетических ассоциаций (ADA) не включают сыр в категорию молочных продуктов, поскольку состав сыра по макроэлементам значительно отличается от других молочных продуктов, как определено выше. Различия в содержании жира между категориями молочных продуктов, обезжиренных / обезжиренных, с пониженным содержанием жира и цельных молочных продуктов контролировались в настоящем исследовании, так что каждая порция молочных продуктов имела то же содержание энергии, что и в других исследованиях [54, 55] .Частичные порции были рассчитаны с точностью до 0,1 порции.

Физическая активность . Физическую активность оценивали с помощью акселерометров Actigraph, модель 7164 (Health One Technology, Форт-Уолтон-Бич, Флорида, США). Акселерометры превосходят показатели физической активности, о которой сообщают сами люди, которая, как известно, является необъективной и содержит значительные ошибки [44, 45]. Было проведено множество исследований для проверки Актиграфа у взрослых, которые показали близкое представление между уровнями физической активности свободноживущих субъектов и дважды помеченными водой и переносными метаболическими системами [56–58].

Пилотное исследование, в котором участвовали 15 женщин, участвовавших в настоящем исследовании, оценивало надежность акселерометров, поскольку они принимали участие в семнадцати различных упражнениях, таких как ходьба, бег трусцой и подъем по лестнице с разными скоростями и степенями. Такие же оценки были выполнены через неделю после исходных тестов. Внутриклассовая надежность теста-ретеста для каждого вида деятельности была больше 0,90 и больше 0,98 для суммы семнадцати действий.

Физическая активность измерялась объективно в течение 7 дней подряд с помощью акселерометра.За исключением купания или водных развлечений, акселерометр носили постоянно в течение дня и ночи. Акселерометр носили на левом бедре и прикрепляли к нейлоновому ремню, который носили на талии. После периода тестирования участники вернули акселерометры, а исследователи загрузили данные о своей активности и проверили их точность. Любой участник, который не надевал акселерометр в течение как минимум 12 часов в часы бодрствования, должен был повторно надеть его в соответствующий день (дни) недели как несоответствующий день (дни).Окончательные данные включали 7 дней действительного времени ношения для каждого предмета. Среднее время ношения с 7 утра. до 10 часов вечера, 15-часовой период, составлял 13,9 часа (соответствие времени износа 93%) в течение 7 дней подряд.

В настоящем исследовании общая физическая активность была проиндексирована с использованием суммы всех показателей активности, полученных за семь дней оценки. Одновременная применимость этой меры была показана в нескольких исследованиях [59–62].

Процент жира в организме . Для оценки процентного содержания жира в организме использовалась плетизмография с вытеснением воздуха (Bod Pod) (Life Measurements Instruments, Concord, CA).Bod Pod также использовался для оценки объема грудных легких, который вычитали из объема тела. В соответствии со стандартным протоколом испытуемые были проинструктированы голодать и избегать упражнений по крайней мере за три часа до их назначения. Им выдали купальный костюм, выданный лабораторией, и шапочку для плавания, чтобы пройти тест, и попросили аннулировать, если это возможно, перед экзаменом. Состав тела измерялся в Bod Pod не менее двух раз. Если результаты процентного содержания телесного жира различались более чем на один процентный пункт, то проводилось другое измерение.Этот процесс повторялся до тех пор, пока два результата не оказались в пределах одного процентного пункта, а затем среднее из этих двух результатов использовалось для индексации процентного содержания жира в организме.

Доказано, что Bod Pod действителен и надежен при оценке процентного содержания жира в организме. Маддалоццо и др. [63] продемонстрировали одновременную применимость Bod Pod по сравнению с двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрией. Одновременная достоверность измерения процентного содержания жира в организме, полученного с помощью Bod Pod и двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии, также была установлена ​​на выборке из 100 женщин из текущего исследования с внутриклассовой корреляцией 0.97 ( P <0,0001) [64]. Кроме того, повторный тест с использованием Bod Pod и той же выборки из 100 женщин привел к внутриклассовой корреляции 0,99 ( P <0,0001) [65]. Оценка процентного содержания жира в организме с помощью Bod Pod является гораздо более действенной стратегией, чем использование ИМТ, поскольку ИМТ часто приводит к ошибочной классификации избыточного веса и ожирения [43].

2.5. Статистический анализ

Статистический анализ проводился с использованием программного обеспечения SAS, версия 9.3 (Кэри, Северная Каролина).Поскольку значения HOMA отклонялись от нормального распределения, они были преобразованы в журнал. Чтобы упростить чтение и избежать избыточности, значения HOMA с логарифмическим преобразованием во всем документе называются HOMA. Двумерные ассоциации были определены с использованием корреляций Пирсона. Степень, в которой средние уровни HOMA различались по категориям потребления молочных продуктов, была определена с помощью регрессионного анализа и процедуры общей линейной модели (GLM). Для этих вычислений потребление молочных продуктов было разделено на квартили, а средние две квартили были объединены в три категории: низкое (от 0 до 0.5 порций молочных продуктов в день), умеренных (от 0,6 до 1,5 порций молочных продуктов в день) и высоких (1,6-6 порций молочных продуктов в день). Потребление молочных продуктов также рассчитывалось как порции на 4184 кДж (1000 ккал), формируя следующие категории: низкое (от 0 до 0,23 порции на 4184 кДж (1000 ккал)), умеренное (от 0,24 до 0,79 порции на 4184 кДж (1000 ккал)), и высокий (от 0,80 до 3,1 порции на 4184 кДж (1000 ккал)). Чтобы изучить влияние конкретных потенциальных факторов, влияющих на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA, таких как возраст, образование, масса тела, потребление энергии, диета, процентное содержание жира в организме и физическая активность, на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA, были рассчитаны частичные корреляции с использованием процедура GLM.Скорректированные средние были рассчитаны с использованием процедуры средних квадратов.

Анализ мощности был проведен с использованием статистического программного обеспечения PASS 6.0 (NCSS, Кейсвилл, Юта, США), чтобы определить количество участников, необходимое для достижения мощности 0,80 с альфа, установленным на 0,05 при оценке средних различий по трем категориям (низкий, средний, и высокий) с использованием ANOVA для обнаружения небольшого эффекта размером 0,20. Результаты показали, что 240 предметов будет достаточно. В целом, с более чем 270 участниками, исследование показало отличную мощность.

3. Результаты

Всего в исследовании приняли участие 272 женщины. Испытуемые были преимущественно европеоидной расы (~ 90%), среднего возраста (40,1 ± 3,0 года), работали полный или неполный рабочий день (58%) и женаты (82%), и около 32% имели хотя бы какое-то высшее образование. . показаны дополнительные описательные характеристики для участников исследования, включая общую физическую активность, процентное содержание жира в организме, вес, уровень глюкозы натощак, инсулин натощак, общее потребление энергии, процент энергии из углеводов, белков и жиров, потребление нерастворимых и растворимых волокон на 4184 кДж ( 1000 килокалорий), средние порции молочных продуктов, потребляемых в день, HOMA и HOMA с логарифмической трансформацией.Средние значения, стандартные отклонения, минимальные и максимальные значения и квартили также отображаются в формате. Среднее потребление молочных продуктов для этих женщин составляло 1,1 ± 1,0 порции в день. Женщины с низким потреблением (нижний квартиль) в среднем потребляли 0,2 ± 0,2 порции молочных продуктов в день, в то время как умеренная категория имела 1,0 ± 0,4 порции в день, а участники с высоким содержанием молочных продуктов (верхний квартиль) ели 2,4 ± 0,9 порции в день. Среднее количество порций на 4184 кДж (1000 ккал) составило 0,6 ± 0,5. Среднее значение HOMA составляло 1,5 ± 1,0, а среднее значение HOMA с логарифмической трансформацией составляло 0.3 ± 0,6.

Таблица 1

Описательная статистика ( n = 272).

глюкометрия натощак7 кДж) 30,190 кДж5 9018/ день) log .3
Переменные Среднее SD Мин. Процентиль Макс. 42,1 58,9 65,2 72,0 95,5
Возраст (лет) 40.1 3,0 34,0 38,0 40,0 43,0 46,0
Активность (кол-во в неделю) * 2700,1 781,9 2700,1 781,9 8190 4945,9
Телесный жир (%) 31,7 6,9 14,6 27,2 32,2 36,8 44,8
5,9 73,0 82,0 87,0 90,0 111,0
Инсулин натощак ( μ Ед / мл) 7,0 4,2 4,2 8,3 34,8
Потребляемая энергия (кДж / день) 8585,1 1335,0 6293,7 7624,0 8386,4 9332,0 ккал. .9 319,1 1504,0 1822.1 2004,4 2230,4 3495,1
Углеводы (% от общего количества кДж) 55,7 6,2 73,3
Белок (% от общего количества кДж) 13,8 2,5 8,5 12,3 13,5 15,1 25,5
Жир (% от общего количества 5,8 11,6 27,1 30,3 34,5 51,6
Нерастворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 3,8 1,9 0,50 3,8 1,9 4,7 12,6
Растворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 1,7 0,9 0,2 1,1 1,6 2,0 6,3 1,1 1,0 0,0 0,5 1,0 1,6 6,0
Потребление молока (порций / 4184 кДж) 0,6 0,5 0,5 0,8 3,1
HOMA 1,5 1,0 0,2 0,9 1,3 1,8 8,3 1,8
0,6 −1,5 −0,1 0,3 0,6 2,1

показывает средние различия в различных возможных смешивающих переменных по трем категориям потребления молочных продуктов: низкому, умеренному и высокому, включая возраст, массу тела, процентное содержание телесного жира, потребление энергии, объективно измеренную физическую активность, потребление углеводов и жиров и потребление клетчатки; нерастворимые и растворимые. Ни один из этих показателей не отличался в зависимости от категории потребления молочных продуктов.Тем не менее, количество потребляемого белка в граммах в день значительно различается для разных категорий молочных продуктов. В частности, женщины с высоким потреблением молочных продуктов потребляли больше белка, чем женщины в категориях умеренного или низкого потребления молочных продуктов ( F = 7,57, P = 0,0006).

Таблица 2

Средние различия в потенциальных влияющих факторах по категориям потребления молочных продуктов.

9019 9019 9019 9019 9019 9019 482.4 275,2 275,2 7,5
HOMA Категории потребления молочных продуктов F P
Низкое потребление Среднее потребление Высокое потребление
n = 68 n = 136 n = 68
Среднее значение SD Среднее значение SD Среднее значение SD
Возраст (лет) 39.8 3,2 40,0 2,9 40,7 3,0 1,94 0,1455
Вес (кг) 65,8 11,1 11,1 0,83 0,4352
Телесный жир (%) 31,8 7,0 31,6 7,0 31,8 6,8 0,04 0,9568 85,0 493,7 69,0 491,9 80,2 0,52 0,5958
Физическая активность (отсчетов) * 72,4 0,28 0,7590
Потребление углеводов (г) 278,2 65,5 293,6 48,1 295,7 51.4 2,32 0,1000
Потребление белка (г) 68,0 a 16,9 70,8 a 13,9 77,5
Потребление жира (г) 73,7 17,8 71,5 17,3 66,9 19,9 2,53 0,0814
0,0814
Инсол .8 2,3 3,6 1,6 4,1 2,0 1,90 0,1512
Растворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 1,6 1,7 1,7 0,8 0,22 0,8040

отображает средние различия в HOMA по трем категориям потребления молочных продуктов без и с поправкой на возможные факторы, влияющие на факторы.Как показано, когда никакие переменные не контролировались, значимые различия в средних значениях HOMA наблюдались по трем категориям потребления молочных продуктов ( F = 6,90, P = 0,0091). У лиц, относящихся к категории с высоким потреблением молочных продуктов, уровень HOMA был значительно выше (0,41 ± 0,53), чем у лиц с умеренным (0,22 ± 0,55) или низким уровнем потребления (0,19 ± 0,58). Различия в возможных смешивающих факторах, включая возраст, вес, процентное содержание жира в организме, потребление энергии, общую физическую активность, образование, потребление углеводов, белков и жиров, потребление нерастворимой клетчатки и потребление растворимой клетчатки, рассматриваемые индивидуально или вместе, не повлияли на заметно взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA ().

Таблица 3

Средние различия в HOMA по категориям потребления молочных продуктов, без и с поправкой на возможные искажающие факторы.

a (% от кДж) 17 a 190 22 a 1
HOMA * Категории потребления молочных продуктов F P
Низкое потребление Среднее потребление Высокое потребление
n = 68 n = 136 n = 68
Среднее значение SD Среднее значение SD Среднее значение SD
Переменное управление
Нет 0.19 a 0,58 0,22 a 0,55 0,41 b 0,53 6,90 0,0091
9019 9019 9019 9019 9019 0,41 b 6,77 0,0098
Масса (кг) 0,21 a 0.21 a 0,43 b 9,18 0,0027
Телесный жир (%) 0,18 a 7,67 0,0060
Потребляемая энергия (кДж / день) 0,22 a † 0,22 a 0.39 b 4,68 0,0315
Общая активность (кол-во в неделю) 0,19 a 0,22 a 0,0067
Образование 0,18 a 0,21 a 0,40 b 6.48 0,0114
Углеводы (% от кДж) 0,17 a 0,23 a 0,42 b 0,001 0,42 b 0,001 0,19 a 0,23 a 0,41 b 5,87 0,0160 9019 9019 0,23 a 0,43 b 8,40 0,0041
Нерастворимая клетчатка (г / 41 кДж) 0,22 a 0,42 b 7,45 0,0068
Растворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 0,19 a 0,42 b 7,69 0,0059
Все ковариаты 0,17 a † 4,71 0,0309

В частности, связь немного ослабилась после учета возраста ( F = 6,77, P = 0.0098), образование ( F = 6,48, P = 0,0114) и процент калорий из белка ( F = 5,87, P = 0,0160), но он оставался статистически значимым. Поправка на разницу в потреблении энергии ослабила взаимосвязь на 32% ( F = 4,68, P = 0,0315). Контроль нескольких других переменных усилил взаимосвязь, включая массу тела ( F = 9,18, P = 0,0027), процентное содержание телесного жира ( F = 7.67, P = 0,0060), общая физическая активность ( F = 7,47, P = 0,0067), процент калорий из жира ( F = 8,40, P = 0,0041), потребление нерастворимой клетчатки ( F = 7,45, P = 0,0068) и потребление растворимой клетчатки ( F = 7,69, P = 0,0059). После одновременного учета всех потенциальных мешающих факторов взаимосвязь молочных продуктов и HOMA ослабла, но осталась значительной ( F = 4.71, P = 0,0309) ().

При потреблении молочных продуктов, выраженном в порциях на 4184 кДж (1000 ккал), результаты в целом были слабее, но все модели оставались статистически значимыми. Без контроля переменных ( F = 5,30, P = 0,0220) у женщин с высоким потреблением молочных продуктов на 4184 кДж (1000 ккал) уровень HOMA был значительно выше (0,39 ± 0,54), чем у женщин с умеренным (0,23 ± 0,56). или категории низкого потребления (0,19 ± 0,55). Аналогичным образом, после статистической корректировки различий во всех потенциальных мешающих факторах ( F = 5.30, P = 0,0223), у женщин с высоким потреблением молочных продуктов уровень HOMA (0,35 ± 0,54) был значительно выше, чем у женщин в умеренных (0,20 ± 0,56) или низких категориях (0,16 ± 0,55), рассчитанных как порции на 4184 (1000 порций). ккал).

Связи Пирсона между HOMA и потенциальными искажающими факторами, включая возраст ( r = 0,02, P = 0,7515), физическую активность ( r = -0,09, P = 0,1201), процент от общего количества калорий из углеводов ( r = -0.09, P = 0,1562), белков ( r = 0,07, P = 0,2367) и жиров ( r = 0,06, P = 0,3238), а также потребление нерастворимой клетчатки ( r = — 0,06, P = 0,3045) не были статистически значимыми. Однако наблюдались значимые двумерные отношения между HOMA и процентным содержанием жира в организме ( r = 0,47, P <0,0001), массой тела ( r = 0,39, P <0,0001), уровнем глюкозы в плазме натощак ( r ). = 0.45, P <0,0001), инсулин плазмы натощак ( r = 0,91, P <0,0001), общее потребление энергии ( r = 0,23, P <0,0001) и потребление растворимой клетчатки ( r = -0,17, P = 0,0040).

4. Обсуждение

В настоящем исследовании была выявлена ​​значимая и значимая взаимосвязь между потреблением молочных продуктов, оцененным с использованием 7-дневных взвешенных диетических записей, и инсулинорезистентностью, измеренной с помощью HOMA. В частности, женщины с высоким потреблением молочных продуктов (первые 25%) имели значительно более высокую инсулинорезистентность, чем женщины с умеренным или низким потреблением молочных продуктов ().Разница между верхним и нижним квартилями дала размер эффекта 0,40. Связь оставалась значимой после статистического контроля нескольких потенциально мешающих переменных, включая возраст, массу тела, процентное содержание жира в организме, потребление энергии, общую физическую активность, образование, процент энергии из углеводов, белков или жиров, потребление нерастворимой клетчатки и потребление растворимой клетчатки. , рассматриваемые индивидуально или коллективно. Поправка на различия в потреблении энергии оказала сильнейшее влияние на ассоциацию, но оставалась значимой.Связь также оставалась статистически значимой, с учетом и без контроля потенциальных смешивающих переменных, когда потребление молочных продуктов выражалось как порции на 4184 кДж (1000 ккал).

Несмотря на то, что это совсем другая выборка, настоящие результаты согласуются с вмешательством Hoppe et al. [40], которые изучали 24 восьмилетних мальчика в 2005 году. HOMA значительно увеличился через неделю у тех, кто получал молочную добавку, но не изменился у тех, кто получал мясную добавку. Исследователи не утверждали, что испытуемые были распределены по группам случайным образом.Группы, по-видимому, различались по другим факторам, кроме молока и мяса. Похоже, что потребление энергии, состав тела или уровни физической активности не контролировались.

Также согласуются с данными настоящего исследования результаты Snijder et al. [66], которые обнаружили, что более высокое потребление молочных продуктов в значительной степени связано с более высокими уровнями глюкозы натощак в выборке из Нидерландов, где потребление молочных продуктов в целом высокое. Кроме того, Lawlor et al. [67] исследовали взаимосвязь между потреблением молока и инсулинорезистентностью и метаболическим синдромом у 4024 британских женщин.Было замечено, что у женщин, которые никогда не пили молоко, уровень HOMA был ниже, у них реже был СД2 и у них реже проявлялся метаболический синдром, чем у женщин, которые регулярно пили молоко. Потребление молока измерялось номинально (да, потребление молока по сравнению с отсутствием потребления молока), что препятствовало определению зависимости от дозы.

Вопреки настоящим результатам, Rideout et al. [42] наблюдали, что уровни HOMA улучшались у лиц с избыточным весом или ожирением при более высоком потреблении молочных продуктов (4 порции в день молока или йогурта) по сравнению с более низким потреблением молочных продуктов (менее 2 порций в день молока или йогурта) в течение 12 месяцев. в небольшом перекрестном исследовании с участием 23 взрослых.Участники вели вольную жизнь и без ограничений по энергии. Жир в организме оценивали с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии.

Akter et al. [41] нашли результаты, противоречащие настоящему исследованию, в поперечном исследовании 496 взрослых японцев, где более высокое потребление жирного молока или йогурта было связано с более низким HOMA. Состав тела был проиндексирован и контролировался с помощью ИМТ, физическая активность оценивалась с помощью анкеты, заполненной самими участниками, а потребление пищи оценивалось с помощью опросника по частоте приема пищи.Akter et al. [41] отмечают, что это население в целом потребляет значительно меньше молочных продуктов, чем западное население, и что лишь небольшой процент регулярно потребляет обезжиренные или обезжиренные молочные продукты с низким содержанием жира.

Каждая из потенциально мешающих переменных влияла на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью, некоторые в большей степени, чем другие. Поправка на разницу в общем дневном потреблении энергии ослабила взаимосвязь на 32%, больше, чем любая другая переменная. Последующий анализ показал, что потребление энергии было значительно и положительно связано с потреблением молочных продуктов ( r = 0.21, P = 0,0006), физическая активность ( r = 0,16, P = 0,0101), масса тела ( r = 0,40, P <0,0001) и HOMA ( r = 0,23, P <0,0001). Таким образом, женщины с более высоким потреблением энергии с большей вероятностью будут больше потреблять молочные продукты, участвовать в большем количестве физических нагрузок, иметь более высокий вес и быть более инсулинорезистентными, чем женщины с более низким потреблением энергии.

Поправка на разницу в содержании жира в организме также ослабила связь между молочными продуктами и инсулинорезистентностью.В частности, если бы у всех женщин, участвовавших в настоящем исследовании, был бы одинаковый уровень жира в организме, связь между молочными продуктами и инсулинорезистентностью была бы на 13% слабее (). В целом, исследования взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью в значительной степени полагались на ИМТ для определения состава тела и ожирения. К сожалению, этот метод дает значительную ошибку [43]. Ожирение вносит значительный вклад в развитие инсулинорезистентности [68] даже в группах населения, не страдающих диабетом [69].Следовательно, в настоящем исследовании оценивался состав тела для оценки и контроля различий в содержании жира в организме, а не с использованием ИМТ.

Физическая активность — еще одна важная переменная, которая сильно влияет на чувствительность к инсулину и поэтому контролировалась в настоящем исследовании. Широко признано, что физическая активность снижает риск инсулинорезистентности и СД2 [70, 71]. Было показано, что как хроническая физическая активность, так и одиночные упражнения улучшают чувствительность к инсулину [72].На сегодняшний день ни одно исследование взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и резистентностью к инсулину не позволило объективно измерить физическую активность и выявить различия между участниками. Анкеты обычно используются для сбора информации о физической активности. Однако ответы субъектов на анкеты активности часто сильно искажены [44, 45]. Следовательно, в настоящем исследовании использовалась акселерометрия в течение семи дней для объективной оценки физической активности каждого субъекта.Поправка на различия в физической активности мало повлияла на взаимосвязь молочных продуктов и инсулинорезистентности в настоящем исследовании, однако усилила ее только на 7%.

Другими переменными, которые усилили взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA, были масса тела (усиление на 12%), процент энергии из углеводов (усиление на 13%), процент энергии, получаемой из пищевых жиров (усиление на 21%), нерастворимые потребление клетчатки (усиление на 8%) и потребление растворимой клетчатки (усиление на 8%).

В соответствии с настоящими результатами, в литературе показано, что потребление пищевых волокон связано с улучшением чувствительности к инсулину [73–75], особенно с повышенным потреблением растворимой клетчатки [74]. Между потреблением растворимой клетчатки и физической активностью наблюдалась значимая положительная связь ( r = 0,15, P = 0,0114), но растворимая клетчатка была отрицательно связана с HOMA ( r = -0,17, P = 0,0040). Эти отношения могут частично объяснить, почему контроль за потреблением растворимой клетчатки усилил связь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью.А именно, женщины, которые ели больше растворимой клетчатки, также участвовали в большем количестве физических нагрузок и имели более низкие уровни HOMA.

Диеты, отнесенные к категории постоянно высоких гликемических нагрузок, имеют тенденцию прогнозировать инсулинорезистентность и последующий СД2 как у мужчин [76], так и у женщин [10], поскольку хронически высокие потребности в инсулине для опосредования усвоения глюкозы могут со временем привести к снижению чувствительности к инсулину. Поэтому для предотвращения СД2 рекомендуется употребление диет с низким гликемическим индексом. Считается, что молочные продукты имеют относительно низкий гликемический индекс [77], из чего следует, что они не могут отрицательно повлиять на потребность в инсулине.Однако было показано, что инсулинемический индекс в три-шесть раз выше, чем ожидалось, исходя из гликемического индекса молочных продуктов [28, 30], что позволяет предположить, что в молочных продуктах есть инсулинотропный компонент [28-31]. Таким образом, хотя было установлено, что хроническая гипергликемия может приводить к инсулинорезистентности [78], исследования показывают, что хроническая гиперинсулинемия также может приводить к снижению чувствительности к инсулину [33, 34].

Высокое потребление животного белка связано с повышенным риском СД2 [79].Повышенные уровни аминокислот мешают нормальному метаболизму глюкозы, особенно у лиц со сниженной чувствительностью к инсулину, что приводит к инсулинорезистентности [79–81]. Высокое потребление молочного белка может усугубить инсулинорезистентность. Как показано в, женщины с высоким потреблением молочных продуктов имели значительно более высокое общее потребление белка, что может помочь объяснить, почему у женщин с высоким потреблением молочных продуктов был самый высокий уровень инсулинорезистентности в настоящем исследовании.

При обсуждении секреции инсулина следует учитывать функцию бета-клеток.Постоянное употребление продуктов с высоким гликемическим индексом или высоким инсулинемическим индексом заставляет бета-клетки выделять больше инсулина, чтобы инициировать захват глюкозы клетками организма, что приводит к нечувствительности к инсулину [10, 76]. По данным Leahy et al. [78] и Polonsky et al. [82], это может привести к снижению чувствительности к инсулину и, в конечном итоге, к T2DM, поскольку бета-клетки поджелудочной железы гиперсекретируют инсулин для поддержания нормального уровня глюкозы в крови, что приводит к недостаточности бета-клеток, ключевой особенности T2DM [78, 82].

Гиперинсулинемический ответ, связанный с потреблением молочных продуктов [27–31], можно рассматривать как положительный и даже защитный эффект для регулирования уровня глюкозы в крови, особенно у лиц с СД2 [32]. Однако это не означает, что влияние хронического потребления молока и молочных продуктов на уровень инсулина у здоровых людей обязательно следует аналогичной схеме. Точно так же, возможно, краткосрочные преимущества потребления молока и молочных продуктов для регулирования уровня глюкозы в крови вызывают неблагоприятные долгосрочные эффекты, включая снижение чувствительности к инсулину.

Как и в случае всех перекрестных исследований, обратная причинность является потенциальной угрозой. Хотя сильная взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью может быть результатом употребления молочных продуктов, вызывающих гиперинсулинемию, ведущую со временем к инсулинорезистентности, также возможно, что женщины с повышенным уровнем глюкозы в крови предпочли потреблять больше молочных продуктов, возможно, чтобы помочь контролировать свои нездоровые уровень глюкозы в крови. Более того, другие факторы, «третьи переменные», могут быть ответственны за взаимосвязь между молочными продуктами и инсулинорезистентностью.Однако, поскольку в настоящем исследовании контролировалось около дюжины возможных смешивающих переменных, связь между молочными продуктами и резистентностью к инсулину вряд ли является функцией одного из этих факторов, но другие переменные, не контролируемые в настоящем исследовании, могут объяснить результаты.

Важной сильной стороной настоящего исследования было использование высококачественных объективных методов измерения для контроля нескольких потенциальных мешающих переменных. Bod Pod использовался для оценки состава тела, а не ИМТ.Для оценки физической активности использовалась акселерометрия, а не вопросник, а записи взвешенных продуктов за 7 дней использовались для количественной оценки диетического питания вместо вопросника, тем самым уменьшая проблемы, связанные с отзывом диеты и оценкой размеров порций.

Однако настоящее расследование не лишено недостатков. Он был ограничен поперечным сечением, что препятствовало установлению причинно-следственной связи. Кроме того, в центре внимания исследования находились некурящие женщины среднего возраста, не страдающие диабетом, и выборка была в значительной степени однородной, преимущественно женщины европеоидной расы.Избыточный вес и ожирение в данной выборке не встречались. Следовательно, обобщение результатов может быть ограничено популяциями со схожими характеристиками.

5. Заключение

Настоящее исследование выявило значительную взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и снижением чувствительности к инсулину у женщин среднего возраста, не страдающих диабетом, предполагая, что более высокое потребление молочных продуктов может быть связано с большей инсулинорезистентностью. Эта взаимосвязь частично объяснялась различиями в составе тела, массе тела, физической активности, потреблении пищевых волокон и потреблении энергии, особенно последней.Однако высокое потребление молочных продуктов оставалось значимым предиктором инсулинорезистентности после поправки на все коварианты. Если предполагалась причинно-следственная связь, то высокое потребление молочных продуктов может со временем привести к снижению чувствительности к инсулину. Очевидно, что необходимы дополнительные исследования, посвященные взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью, прежде чем можно будет рекомендовать изменения в потреблении молочных продуктов для профилактики инсулинорезистентности у женщин, не страдающих диабетом.

Благодарность

Исследование финансировалось из внутренних источников за счет стипендии факультета для Ларри Такера через Университет Бригама Янга.

Конфликт интересов

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов относительно публикации данной статьи.

Вклад авторов

Такер разработал исследование, организовал и контролировал сбор данных, а также проанализировал данные; Брюс Бейли и Джеймс ЛеЧеминант помогали со сбором данных; Андреа Эриксон и Ларри Такер написали статью при содействии Бейли и ЛеЧеминанта. Все авторы прочитали и одобрили итоговую статью.

Ссылки

1.CDC. Общая и скорректированная по возрасту процентная доля гражданских, не находящихся в учреждениях взрослых с диагностированным диабетом, США, 1980–2011 гг. . Атланта, штат Джорджия, США: Национальный центр профилактики хронических заболеваний и укрепления здоровья; 2012. [Google Scholar] 2. Зиммет П., Альберти К. Г. М., Шоу Дж. Глобальные и социальные последствия эпидемии диабета. Природа . 2001. 414 (6865): 782–787. DOI: 10.1038 / 414782a. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 3. Данаи Г., Финукейн М. М., Лу Ю., и другие. Национальные, региональные и глобальные тенденции уровня глюкозы в плазме натощак и распространенности диабета с 1980 года: систематический анализ обследований состояния здоровья и эпидемиологических исследований с 370 странами-годами и 2,7 миллионами участников. Ланцет . 2011. 378 (9785): 31–40. DOI: 10.1016 / s0140-6736 (11) 60679-х. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 4. Эрикссон К.-Ф., Линдгард Ф. Профилактика сахарного диабета 2 типа (инсулиннезависимого) с помощью диеты и физических упражнений. 6-летнее технико-экономическое обоснование в Мальмё. Диабетология . 1991. 34 (12): 891–898. DOI: 10.1007 / bf00400196. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 5. Гиллис К. Л., Абрамс К. Р., Ламберт П. С. и др. Фармакологические вмешательства и меры по изменению образа жизни для предотвращения или отсрочки диабета 2 типа у людей с нарушенной толерантностью к глюкозе: систематический обзор и метаанализ. Британский медицинский журнал . 2007. 334 (7588): 299–302. DOI: 10.1136 / bmj.39063.689375.55. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 6. Ху Ф. Б., Мэнсон Дж. Э., Штампфер М. Дж. И др. Диета, образ жизни и риск сахарного диабета 2 типа у женщин. Медицинский журнал Новой Англии . 2001. 345 (11): 790–797. DOI: 10.1056 / NEJMoa010492. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 7. Ноулер В. К., Барретт-Коннор Э., Фаулер С. Э. и др. Снижение заболеваемости диабетом 2 типа с помощью изменения образа жизни или метформина. Медицинский журнал Новой Англии . 2002. 346 (6): 393–403. DOI: 10.1056 / nejmoa012512. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 8.Вест К. М., Кальбфляйш Дж. М. Влияние факторов питания на распространенность диабета. Диабет . 1971. 20 (2): 99–108. DOI: 10.2337 / diab.20.2.99. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 9. ван Дам Р. М., Римм Э. Б., Уиллетт В. К., Стампфер М. Дж., Ху Ф. Б. Диетические модели и риск сахарного диабета 2 типа у мужчин в США. Анналы внутренней медицины . 2002. 136 (3): 201–209. DOI: 10.7326 / 0003-4819-136-3-200202050-00008. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 10. Сальмерон Дж., Мэнсон Дж.Э., Стампфер М. Дж., Колдиц Г. А., Винг А. Л., Уиллетт В. С. Пищевые волокна, гликемическая нагрузка и риск инсулиннезависимого сахарного диабета у женщин. Журнал Американской медицинской ассоциации . 1997. 277 (6): 472–477. DOI: 10.1001 / jama.1997.03540300040031. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 11. Schulze M. B., Liu S. M., Rimm E. B., Manson J. E., Willett W. C., Hu F. B. Гликемический индекс, гликемическая нагрузка, потребление пищевых волокон и заболеваемость диабетом 2 типа у женщин молодого и среднего возраста. Американский журнал клинического питания . 2004. 80 (2): 348–356. [PubMed] [Google Scholar] 12. Чой Х. К., Уиллетт В. К., Стампфер М. Дж., Римм Э., Ху Ф. Б. Потребление молочных продуктов и риск сахарного диабета 2 типа у мужчин — проспективное исследование. Архивы внутренней медицины . 2005. 165 (9): 997–1003. DOI: 10.1001 / archinte.165.9.997. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 13. Лю С., Чой Х. К., Форд Э. и др. Проспективное исследование потребления молочных продуктов и риска диабета 2 типа у женщин. Уход за диабетом . 2006. 29 (7): 1579–1584. DOI: 10.2337 / dc06-0256. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 14. Малик В. С., Сан К., Ван Дам Р. М. и др. Потребление молочных продуктов подростками и риск диабета 2 типа у женщин среднего возраста. Американский журнал клинического питания . 2011. 94 (3): 854–861. DOI: 10.3945 / ajcn.110.009621. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 15. Элвуд П. К., Пикеринг Дж. Э., Фехили А. М. Потребление молока и молочных продуктов, диабет и метаболический синдром: проспективное исследование Caerphilly. Журнал эпидемиологии и общественного здравоохранения . 2007. 61 (8): 695–698. DOI: 10.1136 / jech.2006.053157. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 16. Фумерон Ф., Ламри А., Аби Халил С. и др. Потребление молочных продуктов и частота гипергликемии и метаболического синдрома. Результаты французского проспективного исследования, данные эпидемиологического исследования синдрома инсулинорезистентности (DESIR) Diabetes Care . 2011. 34 (4): 813–817. DOI: 10.2337 / dc10-1772. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 17.Перейра М. А., Джейкобс Д. Р., мл., Ван Хорн Л., Слэттери М. Л., Карташов А. И., Людвиг Д. С. Потребление молочных продуктов, ожирение и синдром инсулинорезистентности у молодых людей: исследование CARDIA. Журнал Американской медицинской ассоциации . 2002. 287 (16): 2081–2089. DOI: 10.1001 / jama.287.16.2081. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 18. Кири К., Мизоу Т., Исо Х. и др. Потребление кальция, витамина D и молочных продуктов в отношении риска диабета 2 типа в когорте японцев. Диабетология .2009. 52 (12): 2542–2550. DOI: 10.1007 / s00125-009-1554-х. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 19. Питтас А. Г., Доусон-Хьюз Б., Ли Т. и др. Потребление витамина D и кальция при диабете 2 типа у женщин. Уход за диабетом . 2006. 29 (3): 650–656. DOI: 10.2337 / diacare.29.03.06.dc05-1961. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 20. Sluijs I., Forouhi N.G., Beulens J.W.J. и др. Количество и тип потребляемых молочных продуктов и случаи диабета 2 типа: результаты исследования EPIC-InterAct. Американский журнал клинического питания . 2012. 96 (2): 382–390. DOI: 10.3945 / ajcn.111.021907. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 21. Снайдер М. Б., ван Дам Р. М., Стехувер К. Д. А., Хиддинк Г. Дж., Хайне Р. Дж., Деккер Дж. М. Проспективное исследование потребления молочных продуктов в связи с изменениями метаболических факторов риска: исследование Хорна. Ожирение . 2008. 16 (3): 706–709. DOI: 10.1038 / oby.2007.93. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 22. ван Дам Р. М., Ху Ф. Б., Розенберг Л., Кришнан С., Палмер Дж. Р. Диетический кальций и магний, основные источники пищи и риск диабета 2 типа у чернокожих женщин в США. Уход за диабетом . 2006. 29 (10): 2238–2243. DOI: 10.2337 / dc06-1014. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 23. Дефронцо Р. А., Бонадонна Р. С., Ферраннини Э. Патогенез NIDDM — сбалансированный обзор. Уход за диабетом . 1992. 15 (3): 318–368. DOI: 10.2337 / diacare.15.3.318. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 24. Альберти К. Г., Циммет П. З. Определение, диагностика и классификация сахарного диабета и его осложнений.Часть 1. Диагностика и классификация сахарного диабета. Предварительный отчет консультации ВОЗ. Диабетическая медицина . 1998. 15 (7): 539–553. doi: 10.1002 / (sici) 1096-9136 (199807) 15: 7x003C; 539 :: aid-dia668x0003e; 3.0.co; 2-s. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 25. ДеФронцо Р. А., Ферраннини Э. Инсулинорезистентность: многогранный синдром, ответственный за NIDDM, ожирение, гипертензию, дислипидемию и атеросклеротические сердечно-сосудистые заболевания. Уход за диабетом . 1991. 14 (3): 173–194. [PubMed] [Google Scholar] 26.Ривен Г. М. Роль инсулинорезистентности в заболеваниях человека. Диабет . 1988. 37 (12): 1595–1607. DOI: 10.2337 / diab.37.12.1595. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 27. Hoppe C., Mølgaard C., Dalum C., Vaag A., Michaelsen KF Дифференциальные эффекты казеина по сравнению с сывороткой на уровни инсулина в плазме натощак, IGF-1 и IGF-1 / IGFBP-3: результаты рандомизированного 7-дневного исследования. исследование добавок у мальчиков препубертатного возраста. Европейский журнал клинического питания . 2009. 63 (9): 1076–1083. DOI: 10.1038 / ejcn.2009.34. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 28. Гэннон М. С., Наттолл Ф. К., Крезовски П. А., Биллингтон К. Дж., Паркер С. Реакции сывороточного инсулина и глюкозы в плазме на молоко и фруктовые продукты у пациентов с диабетом 2 типа (инсулинозависимые). Диабетология . 1986. 29 (11): 784–791. DOI: 10.1007 / bf00873217. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 29. Хойт Г., Хики М. С., Кордайн Л. Диссоциация гликемической и инсулинемической реакции на цельное и обезжиренное молоко. Британский журнал питания .2005. 93 (2): 175–177. DOI: 10,1079 / BJN20041304. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 30. Остман Э. М., Эльмстол Х. Г. М. Л., Бьорк И. М. Э. Несоответствие между гликемическим и инсулинемическим ответами на обычные и кисломолочные продукты. Американский журнал клинического питания . 2001. 74 (1): 96–100. [PubMed] [Google Scholar] 31. Liljeberg Elmståhl H., Björck I. Молоко в качестве добавки к смешанному приему пищи может усилить постпрандиальную инсулинемию. Европейский журнал клинического питания .2001; 55 (11): 994–999. DOI: 10,1038 / sj / ejcn / 1601259. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 32. Наттолл Ф.К., Гэннон М.С. Количественное значение диетических компонентов, отличных от глюкозы, как стимуляторов секреции инсулина при диабете II типа. Уход за диабетом . 1988. 11 (1): 72–76. DOI: 10.2337 / diacare.11.1.72. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 33. дель Прато С., Леонетти Ф., Симонсон Д. К., Шихан П., Мацуда М., ДеФронцо Р. А. Влияние устойчивой физиологической гиперинсулинемии и гипергликемии на секрецию инсулина и чувствительность к инсулину у человека. Диабетология . 1994. 37 (10): 1025–1035. DOI: 10.1007 / s001250050213. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 34. Хуан Ч.-К., Фанг В.С., Квок Ч.-Ф., Пернг Ж.-К., Чжоу Ю.-К., Хо Л.-Т. Экзогенная гиперинсулинемия вызывает у крыс инсулинорезистентность, гиперэндотелинемию и последующую гипертензию. Метаболизм: клинические и экспериментальные . 1999. 48 (4): 465–471. DOI: 10.1016 / s0026-0495 (99)

-1. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 35. Йокояма Х., Хиросе Х., Ого Х., Сайто И. Связи между статусом образа жизни, уровнем адипонектина в сыворотке и инсулинорезистентностью. Медицина внутренних болезней . 2004. 43 (6): 453–457. DOI: 10.2169 / internalmedicine.43.453. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 37. Райан А. С. Инсулинорезистентность при старении — влияние диеты и физических упражнений. Спортивная медицина . 2000. 30 (5): 327–346. DOI: 10.2165 / 00007256-200030050-00002. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 38. Барнард Р. Дж., Янгрен Дж. Ф., Мартин Д. А. Диета, а не старение, вызывает инсулинорезистентность скелетных мышц. Геронтология . 1995. 41 (4): 205–211. DOI: 10,1159 / 000213683.[PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 39. Хиршлер В., Острейхер К., Беккария М., Идальго М., Маккаллини Г. Обратная связь между инсулинорезистентностью и частотой потребления молока аргентинскими школьниками из малообеспеченных семей. Педиатрический журнал . 2009. 154 (1): 101–105. DOI: 10.1016 / j.jpeds.2008.06.036. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 40. Hoppe C., Mølgaard C., Vaag A., Barkholt V., Michaelsen K. F. Высокое потребление молока, но не мяса, увеличивает s-инсулин и инсулинорезистентность у 8-летних мальчиков. Европейский журнал клинического питания . 2005. 59 (3): 393–398. DOI: 10.1038 / sj.ejcn.1602086. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 41. Актер С., Куротани К., Нанри А. и др. Употребление молочных продуктов связано со снижением инсулинорезистентности у японцев. Исследования в области питания . 2013. 33 (4): 286–292. DOI: 10.1016 / j.nutres.2013.01.009. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 42. Rideout T. C., Marinangeli C. P. F., Martin H., Browne R. W., Rempel C. B. Потребление обезжиренных молочных продуктов в течение 6 месяцев улучшает инсулинорезистентность без неблагоприятного воздействия на липиды или массу тела у здоровых взрослых: рандомизированное перекрестное исследование свободной жизни. Журнал питания . 2013; 12 (1, статья 56) DOI: 10.1186 / 1475-2891-12-56. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 43. Ротман К. Дж. Ошибки, связанные с ИМТ, при измерении ожирения. Международный журнал ожирения . 2008; 32 (3): S56 – S59. DOI: 10.1038 / ijo.2008.87. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 44. Лапорт Р. Э., Монтой Х. Дж., Касперсен К. Дж. Оценка физической активности в эпидемиологических исследованиях — проблемы и перспективы. Отчеты об общественном здравоохранении .1985. 100 (2): 131–146. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 45. Такер Дж. М., Велк Г. Дж., Бейлер Н. К. Физическая активность в США: соблюдение взрослыми рекомендаций по физической активности для американцев. Американский журнал профилактической медицины . 2011. 40 (4): 454–461. DOI: 10.1016 / j.amepre.2010.12.016. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 46. Гатри Х. А. Выбор и количественная оценка типичных порций пищи молодыми людьми. Журнал Американской диетической ассоциации .1984. 84 (12): 1440–1444. [PubMed] [Google Scholar] 47. Хартман А. М., Браун С. С., Палмгрен Дж. И др. Различия в потреблении питательных веществ и пищи среди пожилых мужчин среднего возраста. Значение для разработки эпидемиологических и валидационных исследований с использованием регистрации пищевых продуктов. Американский журнал эпидемиологии . 1990. 132 (5): 999–1012. [PubMed] [Google Scholar] 48. Барановский Т. 24-часовые воспоминания и методы записи диеты. В: Willett W. C., редактор. Эпидемиология питания . Нью-Йорк, Нью-Йорк, США: Издательство Оксфордского университета; 2013.С. 49–69. [Google Scholar] 49. Мэтьюз Д. Р., Хоскер Дж. П., Руденски А. С., Нейлор Б. А., Тричер Д. Ф., Тернер Р. С. Оценка модели гомеостаза: инсулинорезистентность и функция β -клеток на основе концентраций глюкозы и инсулина в плазме натощак у человека. Диабетология . 1985. 28 (7): 412–419. DOI: 10.1007 / bf00280883. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 50. Бонора Э., Саггиани Ф., Таргер Г. и др. Оценка модели гомеостаза точно отражает методику зажима глюкозы при оценке чувствительности к инсулину: исследования с участием субъектов с различной степенью толерантности к глюкозе и чувствительности к инсулину. Уход за диабетом . 2000. 23 (1): 57–63. DOI: 10.2337 / diacare.23.1.57. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 51. Бингем С. А., Кэссиди А., Коул Т. Дж. И др. Проверка результатов взвешивания и других методов оценки питания с использованием метода суточного азота в моче и других биологических маркеров. Британский журнал питания . 1995. 73 (4): 531–550. DOI: 10,1079 / bjn197. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 52. Джейн М., Хоу Г. Р., Рохан Т. Оценка питания в эпидемиологии: сравнение частоты приема пищи и анкеты по истории питания с 7-дневной записью питания. Американский журнал эпидемиологии . 1996. 143 (9): 953–960. DOI: 10.1093 / oxfordjournals.aje.a008839. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 53. Равуссин Э., Лиллиоя С., Андерсон Т. Э., Кристин Л., Богардус С. Детерминанты 24-часового расхода энергии у человека — методы и результаты с использованием респираторной камеры. Журнал клинических исследований . 1986. 78 (6): 1568–1578. DOI: 10.1172 / jci112749. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 54. Такер Л. А., Такер Дж. М., Бейли Б., ЛеЧеминант Дж. Д. Потребление мяса увеличивает риск увеличения веса у женщин: проспективное когортное исследование. Американский журнал укрепления здоровья . 2014; 29 (1): e43 – e52. DOI: 10.4278 / ajhp.130314-quan-112. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 55. Такер Л. А., Такер Дж. М., Бейли Б., ЛеЧеминант Дж. Д. Диетические модели как предикторы жировых отложений и ИМТ у женщин: факторно-аналитическое исследование. Американский журнал укрепления здоровья . 2014 г. DOI: 10.4278 / ajhp.130327-quan-129.[PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 56. Бассет Д. Р., младший, Эйнсворт Б. Э., Шварц А. М., Страт С. Дж., О’Брайен В. Л., Кинг Г. А. Достоверность четырех датчиков движения при измерении физической активности средней интенсивности. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях . 2000; 32 (9, приложение): S471 – S480. DOI: 10.1097 / 00005768-200009001-00006. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 57. Браге С., Веддеркопп Н., Фрэнкс П. В., Бо Андерсен Л., Фроберг К. Повторная проверка достоверности и надежности монитора CSA при ходьбе и беге. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях . 2003. 35 (8): 1447–1454. DOI: 10.1249 / 01.MSS.0000079078.62035.EC. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 58. Лю А.-Л., Ли Ю.-П., Сун Дж., Пан Х., Хань Х.-М., Ма Г.-С. Исследование по валидации монитора активности приложения информатики при оценке физической активности среди взрослых с использованием метода воды с двойной меткой. Чжунхуа лю син бин сюэ за чжи . 2005. 26 (3): 197–200. [PubMed] [Google Scholar] 59. Такер Л. А., Такер Дж.М. Телевидение и ожирение у 300 женщин: оценка путей потребления энергии и физической активности. Ожирение . 2011; 19 (10): 1950–1956. DOI: 10.1038 / oby.2011.184. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 60. Такер Л. А., Петерсон Т. Р. Объективно измеряли интенсивность физической активности и ожирение у женщин среднего возраста. Исследования ожирения . 2003. 11 (12): 1581–1587. DOI: 10.1038 / oby.2003.210. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 61. Нокс Н. Р., Такер Л. А. Изменения минеральной плотности бедренной кости и объективно измеренная физическая активность у женщин среднего возраста: 6-летнее проспективное исследование. Американский журнал укрепления здоровья . 2012. 26 (6): 341–347. DOI: 10.4278 / ajhp.100622-quan-208. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 62. ЛеЧеминант Дж., Такер Л., Рассел К. Физическая активность и уровни С-реактивного белка: смешивающая роль жировых отложений. Журнал физической активности и здоровья . 2011. 8 (4): 481–487. [PubMed] [Google Scholar] 63. Маддалоццо Г. Ф., кардинал Б. Дж., Сноу С. М. Одновременная применимость методов BOD POD и двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии для оценки состава тела у молодых женщин. Журнал Американской диетической ассоциации . 2002. 102 (11): 1677–1679. DOI: 10,1016 / s0002-8223 (02) -5. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 64. ЛеЧеминант Дж. Д., Такер Л. А., Петерсон Т. Р., Бейли Б. В. Различия в процентном содержании жира в организме, измеренные с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии и Bod Pod у 100 женщин. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях . 2001; 33 (5): с. S174. DOI: 10.1097 / 00005768-200105001-00989. [CrossRef] [Google Scholar] 65. Такер Л. А., Лекеминант Дж. Д., Бейли Б. В. Надежность повторного тестирования BOD POD: влияние множественных оценок. Перцепционные и моторные навыки . 2014. 118 (2): 563–570. DOI: 10.2466 / 03.pms.118k15w5. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 66. Снайдер М. Б., ван дер Хейден А. А. В. А., ван Дам Р. М. и др. Связано ли более высокое потребление молочных продуктов с более низкой массой тела и меньшими нарушениями обмена веществ? Этюд Хорна. Американский журнал клинического питания . 2007. 85 (4): 989–995.[PubMed] [Google Scholar] 67. Лоулор Д. А., Эбрахим С., Тимпсон Н., Смит Г. Д. Отказ от молока связан со снижением риска инсулинорезистентности и метаболического синдрома: результаты исследования сердца и здоровья британских женщин. Диабетическая медицина . 2005. 22 (6): 808–811. DOI: 10.1111 / j.1464-5491.2005.01537.x. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 68. Людвик Б., Нолан Дж. Дж., Балога Дж., Сакс Д., Олефски Дж. Влияние ожирения на инсулинорезистентность у здоровых субъектов и пациентов с NIDDM. Диабет . 1995. 44 (9): 1121–1125. DOI: 10.2337 / diab.44.9.1121. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 69. Аббаси Ф., Браун Б. В., младший, Ламендола К., Маклафлин Т., Ривен Г. М. Взаимосвязь между ожирением, инсулинорезистентностью и риском ишемической болезни сердца. Журнал Американского кардиологического колледжа . 2002; 40 (5): 937–943. DOI: 10.1016 / S0735-1097 (02) 02051-X. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 70. Хельмрих С. ​​П., Рэгланд Д. Р., Леунг Р. В., Паффенбаргер Р. С., младший. Физическая активность и снижение частоты инсулиннезависимого сахарного диабета. Медицинский журнал Новой Англии . 1991. 325 (3): 147–152. DOI: 10,1056 / nejm1983250302. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 71. Айви Дж. Л. Роль физических упражнений в профилактике и лечении инсулинорезистентности и инсулиннезависимого сахарного диабета. Спортивная медицина . 1997. 24 (5): 321–336. DOI: 10.2165 / 00007256-199724050-00004. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 72. Боргоутс Л. Б., Кейзер Х. А. Физические упражнения и чувствительность к инсулину: обзор. Международный журнал спортивной медицины .2000. 21 (1): 1–12. DOI: 10,1055 / с-2000-8847. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 73. Rave K., Roggen K., Dellweg S., Heise T., Dieck HT Повышение инсулинорезистентности после диеты с использованием цельнозернового диетического продукта: результаты рандомизированного контролируемого перекрестного исследования у тучных субъектов с повышенным уровнем крови натощак глюкоза. Британский журнал питания . 2007. 98 (5): 929–936. DOI: 10,1017 / s0007114507749267. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 74. Бренеман К. Б., Такер Л. А. Потребление пищевых волокон и инсулинорезистентность — роль жировых отложений и физической активности. Британский журнал питания . 2013. 110 (2): 375–383. DOI: 10,1017 / s0007114512004953. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 75. Людвиг Д. С., Перейра М. А., Кроенке К. Х. и др. Пищевые волокна, увеличение веса и факторы риска сердечно-сосудистых заболеваний у молодых людей. Журнал Американской медицинской ассоциации . 1999. 282 (16): 1539–1546. DOI: 10.1001 / jama.282.16.1539. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 76. Сальмерон Дж., Аскерио А., Римм Э. Б. и др. Пищевые волокна, гликемическая нагрузка и риск NIDDM у мужчин. Уход за диабетом . 1997. 20 (4): 545–550. DOI: 10.2337 / diacare.20.4.545. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 77. Бьорк И., Лильеберг Х., Остман Э. Продукты с низким гликемическим индексом. Британский журнал питания . 2000; 83 (1): S149 – S155. [PubMed] [Google Scholar] 78. Лихи Дж. Л., Боннер-Вейр С., Вейр Г. К. Дисфункция β -клеток, вызванная хронической гипергликемией: современные представления о механизме нарушения секреции инсулина, индуцированной глюкозой. Уход за диабетом . 1992. 15 (3): 442–455.DOI: 10.2337 / diacare.15.3.442. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 79. Sluijs I., Beulens JWJ, van der A. DL, Spijkerman AMW, Grobbee DE, van der Schouw YT. Потребление с пищей общего, животного и растительного белка и риск диабета 2 типа в Европейском проспективном исследовании рака и питания (EPIC) -NL исследование. Уход за диабетом . 2010. 33 (1): 43–48. DOI: 10.2337 / dc09-1321. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 80. Проминцер М., Кребс М. Влияние диетического белка на гомеостаз глюкозы. Текущее мнение в области клинического питания и метаболической помощи . 2006. 9 (4): 463–468. DOI: 10.1097 / 01.mco.0000232909.84483.a9. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 81. Tremblay F., Lavigne C., Jacques H., Marette A. Роль пищевых белков и аминокислот в патогенезе инсулинорезистентности. Ежегодный обзор питания . 2007. 27: 293–310. DOI: 10.1146 / annurev.nutr.25.050304.0. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 82. Полонски К. С., Стурис Дж., Белл Г. И. Инсулиннезависимый сахарный диабет — генетически запрограммированная неспособность бета-клеток компенсировать инсулинорезистентность. Медицинский журнал Новой Англии . 1996. 334 (12): 777–783. DOI: 10,1056 / nejm1913341207. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

Роль телесного жира, физической активности и потребления энергии

J Diabetes Res. 2015; 2015: 206959.

Ларри А. Такер

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Андреа Эриксон

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Джеймс Д.LeCheminant

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Брюс У. Бейли

Колледж наук о жизни, Университет Бригама Янга, Прово, UT 84602, США

Колледж наук о жизни, Бригам Янг Университет, Прово, UT 84602, США

Академический редактор: Бернард Порта

Поступило 2 декабря 2014 г .; Пересмотрено 26 декабря 2014 г .; Принято, 2015 г. 9 января.

Это статья в открытом доступе, распространяемая по лицензии Creative Commons Attribution License, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии правильного цитирования оригинальной работы.

Эта статья цитируется в других статьях в PMC.

Abstract

Взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью была установлена ​​у 272 женщин среднего возраста, не страдающих диабетом, с помощью поперечного сечения. Участники вели записи о питании за 7 дней, чтобы сообщить о своем рационе, включая потребление молочных продуктов. Инсулинорезистентность оценивали с использованием гомеостатической модели оценки (HOMA). Bod Pod использовался для измерения процентного содержания жира в организме, а 7-дневная акселерометрия использовалась для объективной индексации физической активности.Регрессионный анализ использовался для определения степени, в которой средние уровни HOMA различались в категориях с низким, умеренным и высоким потреблением молочных продуктов. Результаты показали, что женщины из самого высокого квартиля по потреблению молочных продуктов имели значительно более высокие логарифмически преобразованные значения HOMA (0,41 ± 0,53), чем женщины из двух средних квартилей (0,22 ± 0,55) или самого низкого квартиля (0,19 ± 0,58) ( F ). = 6,90, P = 0,0091). Связь оставалась значимой после контроля каждого потенциального фактора в отдельности и всех ковариат одновременно.Поправка на различия в потреблении энергии больше всего ослабила отношения, но связь оставалась значительной. Из 11 потенциальных факторов, влияющих на ситуацию, только потребление белка значительно различается в разных категориях молочных продуктов, при этом те, кто потребляет молочные продукты с высоким содержанием молока, также потребляют больше общего белка, чем их коллеги. По-видимому, высокое потребление молочных продуктов является важным предиктором инсулинорезистентности у женщин среднего возраста, не страдающих диабетом.

1. Введение

Рост показателей избыточной массы тела и ожирения во всем мире вызвал обеспокоенность по поводу эпидемии диабета с соответствующими отрицательными последствиями для качества жизни, продолжительности жизни и расходов на здравоохранение.Последние данные из США показывают, что около 26 миллионов человек (8,3% населения) страдают диабетом [1], причем более 90% из них страдают сахарным диабетом 2 типа [2]. Danaei et al. сообщили, что число людей с диабетом во всем мире почти удвоилось за последние 30 лет [3]. Существенное экономическое и медицинское бремя, возлагаемое на общество сахарным диабетом 2 типа (СД2), демонстрирует необходимость в улучшении профилактических мер, особенно с учетом его в значительной степени предотвратимого характера.

Чтобы лучше контролировать СД2, значительные усилия были посвящены исследованиям, направленным на выделение детерминант этого широко распространенного расстройства. На сегодняшний день идентифицировано множество модифицируемых факторов риска СД2 [4–7]. Среди различных факторов основное внимание уделяется диете [8, 9]. Употребление здоровой диеты, обычно характеризующейся разумным потреблением ненасыщенных жиров и клетчатки, а также низким потреблением насыщенных и трансжиров и продуктов с высокой гликемической нагрузкой, было связано со снижением риска развития СД2 [6, 10, 11].

В нескольких исследованиях также изучалось влияние молока и молочных продуктов на развитие СД2. Большинство эпидемиологических исследований выявили обратную зависимость между потреблением молочных продуктов в рамках общей здоровой диеты и СД2 [12–14] и метаболическим синдромом [15–17]. Однако появились противоречивые результаты [18–22], в результате чего связь не доказана.

Естественное прогрессирование СД2 характеризуется неспособностью организма реагировать на потребление гликемической нагрузки соответствующим количеством инсулина для опосредования усвоения глюкозы [23, 24].Это называется инсулинорезистентностью. Инсулинорезистентность предшествует СД2 и тесно связана с ожирением и сердечно-сосудистыми заболеваниями [25, 26].

Было установлено, что молоко и молочные продукты являются сильнодействующими стимуляторами секреции инсулина, поскольку их потребление стимулирует острую гиперинсулинемию [27–31]. Гиперинсулинемия, возникающая в результате употребления молока и молочных продуктов, может считаться полезным и даже защитным эффектом для регулирования уровня глюкозы в крови, особенно у лиц с повышенным уровнем или у лиц с СД2 [32].Однако потребление молока и молочных продуктов и связанная с этим гиперинсулинемия могут вызывать у здоровых людей менее желательные долгосрочные эффекты, включая инсулинорезистентность. Исследования на людях [33] и крысах [34] показывают, что регулярная гиперинсулинемия может приводить к инсулинорезистентности.

Профилактика СД2, вероятно, лучше всего достигается путем предотвращения развития инсулинорезистентности. Выявлено несколько поддающихся изменению факторов риска инсулинорезистентности [35–38], среди которых диета играет основную роль [37, 38].К сожалению, взаимосвязь молочных продуктов и инсулинорезистентности широко не исследовалась [39–42], и результаты были противоречивыми.

Недостатки методов измерения часто встречаются в исследованиях, посвященных изучению роли молока и молочных продуктов в исходах болезней. На сегодняшний день масса тела в основном определяется самими пациентами или индекс массы тела (ИМТ) используется для оценки состава тела. Обе эти стратегии приводят к значительной ошибке измерения и частой неправильной классификации [43].Кроме того, анкеты использовались почти исключительно для оценки уровня физической активности. К сожалению, известно, что самооценка физической активности сильно предвзята и содержит значительные ошибки [44, 45]. Наконец, в подавляющем большинстве исследований, направленных на изучение взаимосвязи между диетой и инсулинорезистентностью или СД2, диета измерялась с использованием вопросников о частоте приема пищи или метода 24-часового отзыва. Исследования показывают, что испытуемым сложно вспомнить, что именно они ели в прошлом, и дополнительная ошибка вносится, когда испытуемым требуется оценить размеры порций [46–48].Эти методы обычно занижают потребление энергии [48].

Настоящее исследование было разработано для устранения этих недостатков измерения. Высококачественный метод измерения, плетизмография с вытеснением воздуха (Bod Pod), использовался для оценки жира в организме, а не веса тела. Более того, физическая активность измерялась объективно с помощью акселерометров, а не полагалась на собственные оценки активности. Далее, диета и потребление энергии оценивались с использованием записей взвешенных пищевых продуктов за 7 дней.

В заключение, исследования, предназначенные для изучения взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью, немногочисленны, и лишь немногие исследования адекватно скорректированы с учетом различий в жировой прослойке, физической активности, диете, потреблении энергии и других потенциальных влияющих факторах, измеренных с использованием высококачественных методов. . Очевидно, что исследование связи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью с использованием высококачественных методов измерения является оправданным.

2. Методы

2.1. Дизайн

Взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью в выборке из 272 женщин среднего возраста была изучена с использованием поперечного дизайна.Кроме того, определение степени, в которой возраст, вес, процентное содержание жира в организме, общее потребление энергии, уровень физической активности, образование, потребленные граммы углеводов, белков и жиров, а также потребление нерастворимой и растворимой клетчатки повлияли на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулином. Сопротивление было вспомогательной целью расследования.

2.2. Участники

Потенциальные испытуемые были набраны из уст в уста и посредством газетных объявлений и электронных писем, разосланных частным лицам и компаниям примерно в 20 городах на горном западе, США.Первоначальный скрининг включения проводился по телефону и был направлен на набор лиц женского пола, пременопаузальных, небеременных, недиабетических, некурящих и практически здоровых. Информированное согласие было получено от каждого субъекта до начала исследования и одобрено институциональным советом университета.

2.3. Процедуры

Предметная информация и измерения были собраны в университете. Измерения и обучение длились от 60 до 90 минут.Рост и вес были измерены для каждого участника во время первоначального посещения, когда он был одет в цельный купальник, выданный лабораторией. При ношении одного и того же купальника и шапочки для плавания каждому участнику был проведен тест Bod Pod (Life Measurements Instruments, Concord, Калифорния) для оценки процентного содержания жира в организме. Испытуемых учили, как точно измерять потребление пищи с помощью цифровых весов (Ohaus 2000, Florham Park, NJ), и велели вести семидневный учет взвешиваемой пищи. Каждому испытуемому был выдан девятистраничный журнал диеты, включающий конкретные инструкции по записи рациона, образец страницы и пустые записи на каждый день недели.Каждого испытуемого попросили прочитать инструкции. Типичные ошибки записи были объяснены испытуемым, чтобы улучшить детализацию и соответствие. Затем каждому испытуемому были даны письменные и устные инструкции относительно того, как правильно взвешивать пищу с помощью портативных электронных весов Ohaus 2000 с использованием пластиковых моделей пищевых продуктов.

Каждому испытуемому был выдан акселерометр Actigraph (Health One Technology, ранее CSA, Пенсакола, Флорида), который им было предписано постоянно носить на левом бедре в течение семи дней подряд, за исключением купания или водных мероприятий.Участников поощряли вести свой нормальный образ жизни и избегать новых диет или упражнений. Всем участникам были предоставлены объяснения правильных методов, чтобы они поняли правильные процедуры.

В течение 7-дневного периода с участниками связывался по телефону исследовательский персонал, чтобы убедиться, что они точно записывают все потребляемые, что они поддерживают типичную диету и уровни физической активности, а также чтобы ответить на вопросы.Участникам выдали форму заявки на кровь, которую они отнесли в местную больницу в течение семи дней после 12-часового голодания, чтобы лабораторные флеботомисты взяли кровь на анализ. По истечении 7 дней испытуемые возвращали пищевой рекорд, весы и акселерометр. Субъекты были снова взвешены в цельном купальном костюме, выданном лабораторией. Среднее значение двух показателей массы тела позволило проиндексировать массу тела на основе среднего значения двух показателей, взятых с интервалом в неделю, а не одной оценки.Как только было установлено, что полученные данные были точными и полными, испытуемым было отправлено благодарственное письмо с подарочным сертификатом на 25 долларов.

2.4. Приборы и измерения

Критериальной переменной для этого исследования была инсулинорезистентность, оцененная с использованием гомеостатической модели оценки (HOMA). Первичной переменной-предиктором были порции молочных продуктов, которые измерялись с помощью 7-дневных записей о продуктах с взвешиванием. Частичная корреляция использовалась для определения степени, в которой потенциальные искажающие переменные, а именно возраст, образование, общее потребление энергии, несколько диетических переменных, объективно измеренный уровень физической активности и процент жира в организме, влияли на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью.

Инсулинорезистентность . Лабораторные флеботомисты взяли образец крови из антекубитальной вены после того, как испытуемые голодали не менее 12 часов. Питьевая вода в течение 12 часов разрешалась. Образцы хранили при температуре около -20 ° C после центрифугирования в течение 15 минут при 2000 g при 4 ° C. Сверхчувствительный анализ инсулина Access (Beckman Coulter, Brea, CA) использовали для определения инсулина натощак ( мкл Ед / л). Картриджи с реагентами Dimension Vista System и Flex (Siemens, Deerfield, IL) использовали для измерения уровней глюкозы натощак (мг / дл).HOMA [49] использовали для оценки инсулинорезистентности по следующей формуле: инсулин плазмы натощак ( мкг Ед / мл) × глюкоза плазмы натощак (мг / дл) / 405. Было показано, что HOMA сравнима с эугликемическим зажимом как средство оценки инсулинорезистентности ( r = 0,82, P = 0,0002) и считается действительным и надежным [49, 50].

Прием пищи . Записи о питании за семь дней использовались для измерения потребления молочных продуктов, общего потребления энергии, потребления углеводов, белков и жиров, а также потребления нерастворимой и растворимой клетчатки.Этот метод сводит к минимуму предвзятость воспоминаний субъектов и эффективно отображает нормальные режимы питания человека, охватывая будние и выходные дни [47, 48]. Взвешенные записи о пищевых продуктах часто использовались в качестве стандарта для сравнения при оценке достоверности других измерений потребления с пищей [51, 52], и было показано, что семь дней являются подходящим периодом времени для точной оценки потребления [47, 48].

Испытуемым выдали цифровые пищевые весы (Ohaus 2000, Florham Park, NJ) и проинструктировали, как правильно взвешивать и записывать продукты и напитки с использованием пластиковых моделей еды и словесных указаний.Печатные инструкции были также вручены каждому участнику. Испытуемых рассказали о важности соблюдения типичной диеты в течение недели записи. Чтобы помочь бороться с тенденцией занижать уровень потребления пищи [48], участников проинформировали, что они будут взвешиваться до и после недели регистрации, и их попросили не набирать и не худеть в течение недели. Если в протоколе питания участника указывалось, что его ежедневное потребление было менее 130% от расчетной скорости метаболизма в покое, определенной с помощью формулы Равуссина [53], от нее требовалось повторить запись взвешенного питания.Заполненные записи о продуктах питания были возвращены после 7-дневного периода регистрации и проверены на точность. Зарегистрированный диетолог вводит все записи о продуктах питания в программное обеспечение ESHA Research (ESHA Research Inc., Салем, Орегон, США) для дальнейшего анализа.

Диетический анализ распределил потребление молочных продуктов по категориям на основе программы обмена списками Американской диетической ассоциации (ныне Академия питания и диетологии) и Американской диабетической ассоциации (ADA). В программе обмена списками порция обезжиренных / обезжиренных молочных продуктов определяется как 12 г углеводов, 8 г белка и 0–3 г жира.В настоящем исследовании типичные обезжиренные / нежирные молочные продукты включали обезжиренное молоко, 1/2% молока, 1% молоко, нежирную пахту, сгущенное обезжиренное молоко, соевое молоко с низким содержанием жира и бесплатный йогурт, в том числе с искусственными подсластителями. Порция молочных продуктов с пониженным содержанием жира включала продукты с 12 г углеводов, 8 г белка и 5 г жира. Конкретные продукты включали 2% -ное молоко, соевое молоко, сладкое ацидофильное молоко и простой обезжиренный йогурт. Точно так же одна порция цельных молочных продуктов была определена как 12 г углеводов, 8 г белка и 8 г жира.В настоящем исследовании конкретные продукты включали цельное молоко, сгущенное цельное молоко, козье молоко, кефир и йогурт, приготовленный из цельного молока. Обменные списки Американской диетической и Американской диабетических ассоциаций (ADA) не включают сыр в категорию молочных продуктов, поскольку состав сыра по макроэлементам значительно отличается от других молочных продуктов, как определено выше. Различия в содержании жира между категориями молочных продуктов, обезжиренных / обезжиренных, с пониженным содержанием жира и цельных молочных продуктов контролировались в настоящем исследовании, так что каждая порция молочных продуктов имела то же содержание энергии, что и в других исследованиях [54, 55] .Частичные порции были рассчитаны с точностью до 0,1 порции.

Физическая активность . Физическую активность оценивали с помощью акселерометров Actigraph, модель 7164 (Health One Technology, Форт-Уолтон-Бич, Флорида, США). Акселерометры превосходят показатели физической активности, о которой сообщают сами люди, которая, как известно, является необъективной и содержит значительные ошибки [44, 45]. Было проведено множество исследований для проверки Актиграфа у взрослых, которые показали близкое представление между уровнями физической активности свободноживущих субъектов и дважды помеченными водой и переносными метаболическими системами [56–58].

Пилотное исследование, в котором участвовали 15 женщин, участвовавших в настоящем исследовании, оценивало надежность акселерометров, поскольку они принимали участие в семнадцати различных упражнениях, таких как ходьба, бег трусцой и подъем по лестнице с разными скоростями и степенями. Такие же оценки были выполнены через неделю после исходных тестов. Внутриклассовая надежность теста-ретеста для каждого вида деятельности была больше 0,90 и больше 0,98 для суммы семнадцати действий.

Физическая активность измерялась объективно в течение 7 дней подряд с помощью акселерометра.За исключением купания или водных развлечений, акселерометр носили постоянно в течение дня и ночи. Акселерометр носили на левом бедре и прикрепляли к нейлоновому ремню, который носили на талии. После периода тестирования участники вернули акселерометры, а исследователи загрузили данные о своей активности и проверили их точность. Любой участник, который не надевал акселерометр в течение как минимум 12 часов в часы бодрствования, должен был повторно надеть его в соответствующий день (дни) недели как несоответствующий день (дни).Окончательные данные включали 7 дней действительного времени ношения для каждого предмета. Среднее время ношения с 7 утра. до 10 часов вечера, 15-часовой период, составлял 13,9 часа (соответствие времени износа 93%) в течение 7 дней подряд.

В настоящем исследовании общая физическая активность была проиндексирована с использованием суммы всех показателей активности, полученных за семь дней оценки. Одновременная применимость этой меры была показана в нескольких исследованиях [59–62].

Процент жира в организме . Для оценки процентного содержания жира в организме использовалась плетизмография с вытеснением воздуха (Bod Pod) (Life Measurements Instruments, Concord, CA).Bod Pod также использовался для оценки объема грудных легких, который вычитали из объема тела. В соответствии со стандартным протоколом испытуемые были проинструктированы голодать и избегать упражнений по крайней мере за три часа до их назначения. Им выдали купальный костюм, выданный лабораторией, и шапочку для плавания, чтобы пройти тест, и попросили аннулировать, если это возможно, перед экзаменом. Состав тела измерялся в Bod Pod не менее двух раз. Если результаты процентного содержания телесного жира различались более чем на один процентный пункт, то проводилось другое измерение.Этот процесс повторялся до тех пор, пока два результата не оказались в пределах одного процентного пункта, а затем среднее из этих двух результатов использовалось для индексации процентного содержания жира в организме.

Доказано, что Bod Pod действителен и надежен при оценке процентного содержания жира в организме. Маддалоццо и др. [63] продемонстрировали одновременную применимость Bod Pod по сравнению с двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрией. Одновременная достоверность измерения процентного содержания жира в организме, полученного с помощью Bod Pod и двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии, также была установлена ​​на выборке из 100 женщин из текущего исследования с внутриклассовой корреляцией 0.97 ( P <0,0001) [64]. Кроме того, повторный тест с использованием Bod Pod и той же выборки из 100 женщин привел к внутриклассовой корреляции 0,99 ( P <0,0001) [65]. Оценка процентного содержания жира в организме с помощью Bod Pod является гораздо более действенной стратегией, чем использование ИМТ, поскольку ИМТ часто приводит к ошибочной классификации избыточного веса и ожирения [43].

2.5. Статистический анализ

Статистический анализ проводился с использованием программного обеспечения SAS, версия 9.3 (Кэри, Северная Каролина).Поскольку значения HOMA отклонялись от нормального распределения, они были преобразованы в журнал. Чтобы упростить чтение и избежать избыточности, значения HOMA с логарифмическим преобразованием во всем документе называются HOMA. Двумерные ассоциации были определены с использованием корреляций Пирсона. Степень, в которой средние уровни HOMA различались по категориям потребления молочных продуктов, была определена с помощью регрессионного анализа и процедуры общей линейной модели (GLM). Для этих вычислений потребление молочных продуктов было разделено на квартили, а средние две квартили были объединены в три категории: низкое (от 0 до 0.5 порций молочных продуктов в день), умеренных (от 0,6 до 1,5 порций молочных продуктов в день) и высоких (1,6-6 порций молочных продуктов в день). Потребление молочных продуктов также рассчитывалось как порции на 4184 кДж (1000 ккал), формируя следующие категории: низкое (от 0 до 0,23 порции на 4184 кДж (1000 ккал)), умеренное (от 0,24 до 0,79 порции на 4184 кДж (1000 ккал)), и высокий (от 0,80 до 3,1 порции на 4184 кДж (1000 ккал)). Чтобы изучить влияние конкретных потенциальных факторов, влияющих на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA, таких как возраст, образование, масса тела, потребление энергии, диета, процентное содержание жира в организме и физическая активность, на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA, были рассчитаны частичные корреляции с использованием процедура GLM.Скорректированные средние были рассчитаны с использованием процедуры средних квадратов.

Анализ мощности был проведен с использованием статистического программного обеспечения PASS 6.0 (NCSS, Кейсвилл, Юта, США), чтобы определить количество участников, необходимое для достижения мощности 0,80 с альфа, установленным на 0,05 при оценке средних различий по трем категориям (низкий, средний, и высокий) с использованием ANOVA для обнаружения небольшого эффекта размером 0,20. Результаты показали, что 240 предметов будет достаточно. В целом, с более чем 270 участниками, исследование показало отличную мощность.

3. Результаты

Всего в исследовании приняли участие 272 женщины. Испытуемые были преимущественно европеоидной расы (~ 90%), среднего возраста (40,1 ± 3,0 года), работали полный или неполный рабочий день (58%) и женаты (82%), и около 32% имели хотя бы какое-то высшее образование. . показаны дополнительные описательные характеристики для участников исследования, включая общую физическую активность, процентное содержание жира в организме, вес, уровень глюкозы натощак, инсулин натощак, общее потребление энергии, процент энергии из углеводов, белков и жиров, потребление нерастворимых и растворимых волокон на 4184 кДж ( 1000 килокалорий), средние порции молочных продуктов, потребляемых в день, HOMA и HOMA с логарифмической трансформацией.Средние значения, стандартные отклонения, минимальные и максимальные значения и квартили также отображаются в формате. Среднее потребление молочных продуктов для этих женщин составляло 1,1 ± 1,0 порции в день. Женщины с низким потреблением (нижний квартиль) в среднем потребляли 0,2 ± 0,2 порции молочных продуктов в день, в то время как умеренная категория имела 1,0 ± 0,4 порции в день, а участники с высоким содержанием молочных продуктов (верхний квартиль) ели 2,4 ± 0,9 порции в день. Среднее количество порций на 4184 кДж (1000 ккал) составило 0,6 ± 0,5. Среднее значение HOMA составляло 1,5 ± 1,0, а среднее значение HOMA с логарифмической трансформацией составляло 0.3 ± 0,6.

Таблица 1

Описательная статистика ( n = 272).

глюкометрия натощак7 кДж) 30,190 кДж5 9018/ день) log .3
Переменные Среднее SD Мин. Процентиль Макс. 42,1 58,9 65,2 72,0 95,5
Возраст (лет) 40.1 3,0 34,0 38,0 40,0 43,0 46,0
Активность (кол-во в неделю) * 2700,1 781,9 2700,1 781,9 8190 4945,9
Телесный жир (%) 31,7 6,9 14,6 27,2 32,2 36,8 44,8
5,9 73,0 82,0 87,0 90,0 111,0
Инсулин натощак ( μ Ед / мл) 7,0 4,2 4,2 8,3 34,8
Потребляемая энергия (кДж / день) 8585,1 1335,0 6293,7 7624,0 8386,4 9332,0 ккал. .9 319,1 1504,0 1822.1 2004,4 2230,4 3495,1
Углеводы (% от общего количества кДж) 55,7 6,2 73,3
Белок (% от общего количества кДж) 13,8 2,5 8,5 12,3 13,5 15,1 25,5
Жир (% от общего количества 5,8 11,6 27,1 30,3 34,5 51,6
Нерастворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 3,8 1,9 0,50 3,8 1,9 4,7 12,6
Растворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 1,7 0,9 0,2 1,1 1,6 2,0 6,3 1,1 1,0 0,0 0,5 1,0 1,6 6,0
Потребление молока (порций / 4184 кДж) 0,6 0,5 0,5 0,8 3,1
HOMA 1,5 1,0 0,2 0,9 1,3 1,8 8,3 1,8
0,6 −1,5 −0,1 0,3 0,6 2,1

показывает средние различия в различных возможных смешивающих переменных по трем категориям потребления молочных продуктов: низкому, умеренному и высокому, включая возраст, массу тела, процентное содержание телесного жира, потребление энергии, объективно измеренную физическую активность, потребление углеводов и жиров и потребление клетчатки; нерастворимые и растворимые. Ни один из этих показателей не отличался в зависимости от категории потребления молочных продуктов.Тем не менее, количество потребляемого белка в граммах в день значительно различается для разных категорий молочных продуктов. В частности, женщины с высоким потреблением молочных продуктов потребляли больше белка, чем женщины в категориях умеренного или низкого потребления молочных продуктов ( F = 7,57, P = 0,0006).

Таблица 2

Средние различия в потенциальных влияющих факторах по категориям потребления молочных продуктов.

9019 9019 9019 9019 9019 9019 482.4 275,2 275,2 7,5
HOMA Категории потребления молочных продуктов F P
Низкое потребление Среднее потребление Высокое потребление
n = 68 n = 136 n = 68
Среднее значение SD Среднее значение SD Среднее значение SD
Возраст (лет) 39.8 3,2 40,0 2,9 40,7 3,0 1,94 0,1455
Вес (кг) 65,8 11,1 11,1 0,83 0,4352
Телесный жир (%) 31,8 7,0 31,6 7,0 31,8 6,8 0,04 0,9568 85,0 493,7 69,0 491,9 80,2 0,52 0,5958
Физическая активность (отсчетов) * 72,4 0,28 0,7590
Потребление углеводов (г) 278,2 65,5 293,6 48,1 295,7 51.4 2,32 0,1000
Потребление белка (г) 68,0 a 16,9 70,8 a 13,9 77,5
Потребление жира (г) 73,7 17,8 71,5 17,3 66,9 19,9 2,53 0,0814
0,0814
Инсол .8 2,3 3,6 1,6 4,1 2,0 1,90 0,1512
Растворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 1,6 1,7 1,7 0,8 0,22 0,8040

отображает средние различия в HOMA по трем категориям потребления молочных продуктов без и с поправкой на возможные факторы, влияющие на факторы.Как показано, когда никакие переменные не контролировались, значимые различия в средних значениях HOMA наблюдались по трем категориям потребления молочных продуктов ( F = 6,90, P = 0,0091). У лиц, относящихся к категории с высоким потреблением молочных продуктов, уровень HOMA был значительно выше (0,41 ± 0,53), чем у лиц с умеренным (0,22 ± 0,55) или низким уровнем потребления (0,19 ± 0,58). Различия в возможных смешивающих факторах, включая возраст, вес, процентное содержание жира в организме, потребление энергии, общую физическую активность, образование, потребление углеводов, белков и жиров, потребление нерастворимой клетчатки и потребление растворимой клетчатки, рассматриваемые индивидуально или вместе, не повлияли на заметно взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA ().

Таблица 3

Средние различия в HOMA по категориям потребления молочных продуктов, без и с поправкой на возможные искажающие факторы.

a (% от кДж) 17 a 190 22 a 1
HOMA * Категории потребления молочных продуктов F P
Низкое потребление Среднее потребление Высокое потребление
n = 68 n = 136 n = 68
Среднее значение SD Среднее значение SD Среднее значение SD
Переменное управление
Нет 0.19 a 0,58 0,22 a 0,55 0,41 b 0,53 6,90 0,0091
9019 9019 9019 9019 9019 0,41 b 6,77 0,0098
Масса (кг) 0,21 a 0.21 a 0,43 b 9,18 0,0027
Телесный жир (%) 0,18 a 7,67 0,0060
Потребляемая энергия (кДж / день) 0,22 a † 0,22 a 0.39 b 4,68 0,0315
Общая активность (кол-во в неделю) 0,19 a 0,22 a 0,0067
Образование 0,18 a 0,21 a 0,40 b 6.48 0,0114
Углеводы (% от кДж) 0,17 a 0,23 a 0,42 b 0,001 0,42 b 0,001 0,19 a 0,23 a 0,41 b 5,87 0,0160 9019 9019 0,23 a 0,43 b 8,40 0,0041
Нерастворимая клетчатка (г / 41 кДж) 0,22 a 0,42 b 7,45 0,0068
Растворимая клетчатка (г / 4184 кДж) 0,19 a 0,42 b 7,69 0,0059
Все ковариаты 0,17 a † 4,71 0,0309

В частности, связь немного ослабилась после учета возраста ( F = 6,77, P = 0.0098), образование ( F = 6,48, P = 0,0114) и процент калорий из белка ( F = 5,87, P = 0,0160), но он оставался статистически значимым. Поправка на разницу в потреблении энергии ослабила взаимосвязь на 32% ( F = 4,68, P = 0,0315). Контроль нескольких других переменных усилил взаимосвязь, включая массу тела ( F = 9,18, P = 0,0027), процентное содержание телесного жира ( F = 7.67, P = 0,0060), общая физическая активность ( F = 7,47, P = 0,0067), процент калорий из жира ( F = 8,40, P = 0,0041), потребление нерастворимой клетчатки ( F = 7,45, P = 0,0068) и потребление растворимой клетчатки ( F = 7,69, P = 0,0059). После одновременного учета всех потенциальных мешающих факторов взаимосвязь молочных продуктов и HOMA ослабла, но осталась значительной ( F = 4.71, P = 0,0309) ().

При потреблении молочных продуктов, выраженном в порциях на 4184 кДж (1000 ккал), результаты в целом были слабее, но все модели оставались статистически значимыми. Без контроля переменных ( F = 5,30, P = 0,0220) у женщин с высоким потреблением молочных продуктов на 4184 кДж (1000 ккал) уровень HOMA был значительно выше (0,39 ± 0,54), чем у женщин с умеренным (0,23 ± 0,56). или категории низкого потребления (0,19 ± 0,55). Аналогичным образом, после статистической корректировки различий во всех потенциальных мешающих факторах ( F = 5.30, P = 0,0223), у женщин с высоким потреблением молочных продуктов уровень HOMA (0,35 ± 0,54) был значительно выше, чем у женщин в умеренных (0,20 ± 0,56) или низких категориях (0,16 ± 0,55), рассчитанных как порции на 4184 (1000 порций). ккал).

Связи Пирсона между HOMA и потенциальными искажающими факторами, включая возраст ( r = 0,02, P = 0,7515), физическую активность ( r = -0,09, P = 0,1201), процент от общего количества калорий из углеводов ( r = -0.09, P = 0,1562), белков ( r = 0,07, P = 0,2367) и жиров ( r = 0,06, P = 0,3238), а также потребление нерастворимой клетчатки ( r = — 0,06, P = 0,3045) не были статистически значимыми. Однако наблюдались значимые двумерные отношения между HOMA и процентным содержанием жира в организме ( r = 0,47, P <0,0001), массой тела ( r = 0,39, P <0,0001), уровнем глюкозы в плазме натощак ( r ). = 0.45, P <0,0001), инсулин плазмы натощак ( r = 0,91, P <0,0001), общее потребление энергии ( r = 0,23, P <0,0001) и потребление растворимой клетчатки ( r = -0,17, P = 0,0040).

4. Обсуждение

В настоящем исследовании была выявлена ​​значимая и значимая взаимосвязь между потреблением молочных продуктов, оцененным с использованием 7-дневных взвешенных диетических записей, и инсулинорезистентностью, измеренной с помощью HOMA. В частности, женщины с высоким потреблением молочных продуктов (первые 25%) имели значительно более высокую инсулинорезистентность, чем женщины с умеренным или низким потреблением молочных продуктов ().Разница между верхним и нижним квартилями дала размер эффекта 0,40. Связь оставалась значимой после статистического контроля нескольких потенциально мешающих переменных, включая возраст, массу тела, процентное содержание жира в организме, потребление энергии, общую физическую активность, образование, процент энергии из углеводов, белков или жиров, потребление нерастворимой клетчатки и потребление растворимой клетчатки. , рассматриваемые индивидуально или коллективно. Поправка на различия в потреблении энергии оказала сильнейшее влияние на ассоциацию, но оставалась значимой.Связь также оставалась статистически значимой, с учетом и без контроля потенциальных смешивающих переменных, когда потребление молочных продуктов выражалось как порции на 4184 кДж (1000 ккал).

Несмотря на то, что это совсем другая выборка, настоящие результаты согласуются с вмешательством Hoppe et al. [40], которые изучали 24 восьмилетних мальчика в 2005 году. HOMA значительно увеличился через неделю у тех, кто получал молочную добавку, но не изменился у тех, кто получал мясную добавку. Исследователи не утверждали, что испытуемые были распределены по группам случайным образом.Группы, по-видимому, различались по другим факторам, кроме молока и мяса. Похоже, что потребление энергии, состав тела или уровни физической активности не контролировались.

Также согласуются с данными настоящего исследования результаты Snijder et al. [66], которые обнаружили, что более высокое потребление молочных продуктов в значительной степени связано с более высокими уровнями глюкозы натощак в выборке из Нидерландов, где потребление молочных продуктов в целом высокое. Кроме того, Lawlor et al. [67] исследовали взаимосвязь между потреблением молока и инсулинорезистентностью и метаболическим синдромом у 4024 британских женщин.Было замечено, что у женщин, которые никогда не пили молоко, уровень HOMA был ниже, у них реже был СД2 и у них реже проявлялся метаболический синдром, чем у женщин, которые регулярно пили молоко. Потребление молока измерялось номинально (да, потребление молока по сравнению с отсутствием потребления молока), что препятствовало определению зависимости от дозы.

Вопреки настоящим результатам, Rideout et al. [42] наблюдали, что уровни HOMA улучшались у лиц с избыточным весом или ожирением при более высоком потреблении молочных продуктов (4 порции в день молока или йогурта) по сравнению с более низким потреблением молочных продуктов (менее 2 порций в день молока или йогурта) в течение 12 месяцев. в небольшом перекрестном исследовании с участием 23 взрослых.Участники вели вольную жизнь и без ограничений по энергии. Жир в организме оценивали с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии.

Akter et al. [41] нашли результаты, противоречащие настоящему исследованию, в поперечном исследовании 496 взрослых японцев, где более высокое потребление жирного молока или йогурта было связано с более низким HOMA. Состав тела был проиндексирован и контролировался с помощью ИМТ, физическая активность оценивалась с помощью анкеты, заполненной самими участниками, а потребление пищи оценивалось с помощью опросника по частоте приема пищи.Akter et al. [41] отмечают, что это население в целом потребляет значительно меньше молочных продуктов, чем западное население, и что лишь небольшой процент регулярно потребляет обезжиренные или обезжиренные молочные продукты с низким содержанием жира.

Каждая из потенциально мешающих переменных влияла на взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью, некоторые в большей степени, чем другие. Поправка на разницу в общем дневном потреблении энергии ослабила взаимосвязь на 32%, больше, чем любая другая переменная. Последующий анализ показал, что потребление энергии было значительно и положительно связано с потреблением молочных продуктов ( r = 0.21, P = 0,0006), физическая активность ( r = 0,16, P = 0,0101), масса тела ( r = 0,40, P <0,0001) и HOMA ( r = 0,23, P <0,0001). Таким образом, женщины с более высоким потреблением энергии с большей вероятностью будут больше потреблять молочные продукты, участвовать в большем количестве физических нагрузок, иметь более высокий вес и быть более инсулинорезистентными, чем женщины с более низким потреблением энергии.

Поправка на разницу в содержании жира в организме также ослабила связь между молочными продуктами и инсулинорезистентностью.В частности, если бы у всех женщин, участвовавших в настоящем исследовании, был бы одинаковый уровень жира в организме, связь между молочными продуктами и инсулинорезистентностью была бы на 13% слабее (). В целом, исследования взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью в значительной степени полагались на ИМТ для определения состава тела и ожирения. К сожалению, этот метод дает значительную ошибку [43]. Ожирение вносит значительный вклад в развитие инсулинорезистентности [68] даже в группах населения, не страдающих диабетом [69].Следовательно, в настоящем исследовании оценивался состав тела для оценки и контроля различий в содержании жира в организме, а не с использованием ИМТ.

Физическая активность — еще одна важная переменная, которая сильно влияет на чувствительность к инсулину и поэтому контролировалась в настоящем исследовании. Широко признано, что физическая активность снижает риск инсулинорезистентности и СД2 [70, 71]. Было показано, что как хроническая физическая активность, так и одиночные упражнения улучшают чувствительность к инсулину [72].На сегодняшний день ни одно исследование взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и резистентностью к инсулину не позволило объективно измерить физическую активность и выявить различия между участниками. Анкеты обычно используются для сбора информации о физической активности. Однако ответы субъектов на анкеты активности часто сильно искажены [44, 45]. Следовательно, в настоящем исследовании использовалась акселерометрия в течение семи дней для объективной оценки физической активности каждого субъекта.Поправка на различия в физической активности мало повлияла на взаимосвязь молочных продуктов и инсулинорезистентности в настоящем исследовании, однако усилила ее только на 7%.

Другими переменными, которые усилили взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и HOMA, были масса тела (усиление на 12%), процент энергии из углеводов (усиление на 13%), процент энергии, получаемой из пищевых жиров (усиление на 21%), нерастворимые потребление клетчатки (усиление на 8%) и потребление растворимой клетчатки (усиление на 8%).

В соответствии с настоящими результатами, в литературе показано, что потребление пищевых волокон связано с улучшением чувствительности к инсулину [73–75], особенно с повышенным потреблением растворимой клетчатки [74]. Между потреблением растворимой клетчатки и физической активностью наблюдалась значимая положительная связь ( r = 0,15, P = 0,0114), но растворимая клетчатка была отрицательно связана с HOMA ( r = -0,17, P = 0,0040). Эти отношения могут частично объяснить, почему контроль за потреблением растворимой клетчатки усилил связь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью.А именно, женщины, которые ели больше растворимой клетчатки, также участвовали в большем количестве физических нагрузок и имели более низкие уровни HOMA.

Диеты, отнесенные к категории постоянно высоких гликемических нагрузок, имеют тенденцию прогнозировать инсулинорезистентность и последующий СД2 как у мужчин [76], так и у женщин [10], поскольку хронически высокие потребности в инсулине для опосредования усвоения глюкозы могут со временем привести к снижению чувствительности к инсулину. Поэтому для предотвращения СД2 рекомендуется употребление диет с низким гликемическим индексом. Считается, что молочные продукты имеют относительно низкий гликемический индекс [77], из чего следует, что они не могут отрицательно повлиять на потребность в инсулине.Однако было показано, что инсулинемический индекс в три-шесть раз выше, чем ожидалось, исходя из гликемического индекса молочных продуктов [28, 30], что позволяет предположить, что в молочных продуктах есть инсулинотропный компонент [28-31]. Таким образом, хотя было установлено, что хроническая гипергликемия может приводить к инсулинорезистентности [78], исследования показывают, что хроническая гиперинсулинемия также может приводить к снижению чувствительности к инсулину [33, 34].

Высокое потребление животного белка связано с повышенным риском СД2 [79].Повышенные уровни аминокислот мешают нормальному метаболизму глюкозы, особенно у лиц со сниженной чувствительностью к инсулину, что приводит к инсулинорезистентности [79–81]. Высокое потребление молочного белка может усугубить инсулинорезистентность. Как показано в, женщины с высоким потреблением молочных продуктов имели значительно более высокое общее потребление белка, что может помочь объяснить, почему у женщин с высоким потреблением молочных продуктов был самый высокий уровень инсулинорезистентности в настоящем исследовании.

При обсуждении секреции инсулина следует учитывать функцию бета-клеток.Постоянное употребление продуктов с высоким гликемическим индексом или высоким инсулинемическим индексом заставляет бета-клетки выделять больше инсулина, чтобы инициировать захват глюкозы клетками организма, что приводит к нечувствительности к инсулину [10, 76]. По данным Leahy et al. [78] и Polonsky et al. [82], это может привести к снижению чувствительности к инсулину и, в конечном итоге, к T2DM, поскольку бета-клетки поджелудочной железы гиперсекретируют инсулин для поддержания нормального уровня глюкозы в крови, что приводит к недостаточности бета-клеток, ключевой особенности T2DM [78, 82].

Гиперинсулинемический ответ, связанный с потреблением молочных продуктов [27–31], можно рассматривать как положительный и даже защитный эффект для регулирования уровня глюкозы в крови, особенно у лиц с СД2 [32]. Однако это не означает, что влияние хронического потребления молока и молочных продуктов на уровень инсулина у здоровых людей обязательно следует аналогичной схеме. Точно так же, возможно, краткосрочные преимущества потребления молока и молочных продуктов для регулирования уровня глюкозы в крови вызывают неблагоприятные долгосрочные эффекты, включая снижение чувствительности к инсулину.

Как и в случае всех перекрестных исследований, обратная причинность является потенциальной угрозой. Хотя сильная взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью может быть результатом употребления молочных продуктов, вызывающих гиперинсулинемию, ведущую со временем к инсулинорезистентности, также возможно, что женщины с повышенным уровнем глюкозы в крови предпочли потреблять больше молочных продуктов, возможно, чтобы помочь контролировать свои нездоровые уровень глюкозы в крови. Более того, другие факторы, «третьи переменные», могут быть ответственны за взаимосвязь между молочными продуктами и инсулинорезистентностью.Однако, поскольку в настоящем исследовании контролировалось около дюжины возможных смешивающих переменных, связь между молочными продуктами и резистентностью к инсулину вряд ли является функцией одного из этих факторов, но другие переменные, не контролируемые в настоящем исследовании, могут объяснить результаты.

Важной сильной стороной настоящего исследования было использование высококачественных объективных методов измерения для контроля нескольких потенциальных мешающих переменных. Bod Pod использовался для оценки состава тела, а не ИМТ.Для оценки физической активности использовалась акселерометрия, а не вопросник, а записи взвешенных продуктов за 7 дней использовались для количественной оценки диетического питания вместо вопросника, тем самым уменьшая проблемы, связанные с отзывом диеты и оценкой размеров порций.

Однако настоящее расследование не лишено недостатков. Он был ограничен поперечным сечением, что препятствовало установлению причинно-следственной связи. Кроме того, в центре внимания исследования находились некурящие женщины среднего возраста, не страдающие диабетом, и выборка была в значительной степени однородной, преимущественно женщины европеоидной расы.Избыточный вес и ожирение в данной выборке не встречались. Следовательно, обобщение результатов может быть ограничено популяциями со схожими характеристиками.

5. Заключение

Настоящее исследование выявило значительную взаимосвязь между потреблением молочных продуктов и снижением чувствительности к инсулину у женщин среднего возраста, не страдающих диабетом, предполагая, что более высокое потребление молочных продуктов может быть связано с большей инсулинорезистентностью. Эта взаимосвязь частично объяснялась различиями в составе тела, массе тела, физической активности, потреблении пищевых волокон и потреблении энергии, особенно последней.Однако высокое потребление молочных продуктов оставалось значимым предиктором инсулинорезистентности после поправки на все коварианты. Если предполагалась причинно-следственная связь, то высокое потребление молочных продуктов может со временем привести к снижению чувствительности к инсулину. Очевидно, что необходимы дополнительные исследования, посвященные взаимосвязи между потреблением молочных продуктов и инсулинорезистентностью, прежде чем можно будет рекомендовать изменения в потреблении молочных продуктов для профилактики инсулинорезистентности у женщин, не страдающих диабетом.

Благодарность

Исследование финансировалось из внутренних источников за счет стипендии факультета для Ларри Такера через Университет Бригама Янга.

Конфликт интересов

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов относительно публикации данной статьи.

Вклад авторов

Такер разработал исследование, организовал и контролировал сбор данных, а также проанализировал данные; Брюс Бейли и Джеймс ЛеЧеминант помогали со сбором данных; Андреа Эриксон и Ларри Такер написали статью при содействии Бейли и ЛеЧеминанта. Все авторы прочитали и одобрили итоговую статью.

Ссылки

1.CDC. Общая и скорректированная по возрасту процентная доля гражданских, не находящихся в учреждениях взрослых с диагностированным диабетом, США, 1980–2011 гг. . Атланта, штат Джорджия, США: Национальный центр профилактики хронических заболеваний и укрепления здоровья; 2012. [Google Scholar] 2. Зиммет П., Альберти К. Г. М., Шоу Дж. Глобальные и социальные последствия эпидемии диабета. Природа . 2001. 414 (6865): 782–787. DOI: 10.1038 / 414782a. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 3. Данаи Г., Финукейн М. М., Лу Ю., и другие. Национальные, региональные и глобальные тенденции уровня глюкозы в плазме натощак и распространенности диабета с 1980 года: систематический анализ обследований состояния здоровья и эпидемиологических исследований с 370 странами-годами и 2,7 миллионами участников. Ланцет . 2011. 378 (9785): 31–40. DOI: 10.1016 / s0140-6736 (11) 60679-х. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 4. Эрикссон К.-Ф., Линдгард Ф. Профилактика сахарного диабета 2 типа (инсулиннезависимого) с помощью диеты и физических упражнений. 6-летнее технико-экономическое обоснование в Мальмё. Диабетология . 1991. 34 (12): 891–898. DOI: 10.1007 / bf00400196. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 5. Гиллис К. Л., Абрамс К. Р., Ламберт П. С. и др. Фармакологические вмешательства и меры по изменению образа жизни для предотвращения или отсрочки диабета 2 типа у людей с нарушенной толерантностью к глюкозе: систематический обзор и метаанализ. Британский медицинский журнал . 2007. 334 (7588): 299–302. DOI: 10.1136 / bmj.39063.689375.55. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 6. Ху Ф. Б., Мэнсон Дж. Э., Штампфер М. Дж. И др. Диета, образ жизни и риск сахарного диабета 2 типа у женщин. Медицинский журнал Новой Англии . 2001. 345 (11): 790–797. DOI: 10.1056 / NEJMoa010492. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 7. Ноулер В. К., Барретт-Коннор Э., Фаулер С. Э. и др. Снижение заболеваемости диабетом 2 типа с помощью изменения образа жизни или метформина. Медицинский журнал Новой Англии . 2002. 346 (6): 393–403. DOI: 10.1056 / nejmoa012512. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 8.Вест К. М., Кальбфляйш Дж. М. Влияние факторов питания на распространенность диабета. Диабет . 1971. 20 (2): 99–108. DOI: 10.2337 / diab.20.2.99. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 9. ван Дам Р. М., Римм Э. Б., Уиллетт В. К., Стампфер М. Дж., Ху Ф. Б. Диетические модели и риск сахарного диабета 2 типа у мужчин в США. Анналы внутренней медицины . 2002. 136 (3): 201–209. DOI: 10.7326 / 0003-4819-136-3-200202050-00008. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 10. Сальмерон Дж., Мэнсон Дж.Э., Стампфер М. Дж., Колдиц Г. А., Винг А. Л., Уиллетт В. С. Пищевые волокна, гликемическая нагрузка и риск инсулиннезависимого сахарного диабета у женщин. Журнал Американской медицинской ассоциации . 1997. 277 (6): 472–477. DOI: 10.1001 / jama.1997.03540300040031. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 11. Schulze M. B., Liu S. M., Rimm E. B., Manson J. E., Willett W. C., Hu F. B. Гликемический индекс, гликемическая нагрузка, потребление пищевых волокон и заболеваемость диабетом 2 типа у женщин молодого и среднего возраста. Американский журнал клинического питания . 2004. 80 (2): 348–356. [PubMed] [Google Scholar] 12. Чой Х. К., Уиллетт В. К., Стампфер М. Дж., Римм Э., Ху Ф. Б. Потребление молочных продуктов и риск сахарного диабета 2 типа у мужчин — проспективное исследование. Архивы внутренней медицины . 2005. 165 (9): 997–1003. DOI: 10.1001 / archinte.165.9.997. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 13. Лю С., Чой Х. К., Форд Э. и др. Проспективное исследование потребления молочных продуктов и риска диабета 2 типа у женщин. Уход за диабетом . 2006. 29 (7): 1579–1584. DOI: 10.2337 / dc06-0256. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 14. Малик В. С., Сан К., Ван Дам Р. М. и др. Потребление молочных продуктов подростками и риск диабета 2 типа у женщин среднего возраста. Американский журнал клинического питания . 2011. 94 (3): 854–861. DOI: 10.3945 / ajcn.110.009621. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 15. Элвуд П. К., Пикеринг Дж. Э., Фехили А. М. Потребление молока и молочных продуктов, диабет и метаболический синдром: проспективное исследование Caerphilly. Журнал эпидемиологии и общественного здравоохранения . 2007. 61 (8): 695–698. DOI: 10.1136 / jech.2006.053157. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 16. Фумерон Ф., Ламри А., Аби Халил С. и др. Потребление молочных продуктов и частота гипергликемии и метаболического синдрома. Результаты французского проспективного исследования, данные эпидемиологического исследования синдрома инсулинорезистентности (DESIR) Diabetes Care . 2011. 34 (4): 813–817. DOI: 10.2337 / dc10-1772. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 17.Перейра М. А., Джейкобс Д. Р., мл., Ван Хорн Л., Слэттери М. Л., Карташов А. И., Людвиг Д. С. Потребление молочных продуктов, ожирение и синдром инсулинорезистентности у молодых людей: исследование CARDIA. Журнал Американской медицинской ассоциации . 2002. 287 (16): 2081–2089. DOI: 10.1001 / jama.287.16.2081. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 18. Кири К., Мизоу Т., Исо Х. и др. Потребление кальция, витамина D и молочных продуктов в отношении риска диабета 2 типа в когорте японцев. Диабетология .2009. 52 (12): 2542–2550. DOI: 10.1007 / s00125-009-1554-х. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 19. Питтас А. Г., Доусон-Хьюз Б., Ли Т. и др. Потребление витамина D и кальция при диабете 2 типа у женщин. Уход за диабетом . 2006. 29 (3): 650–656. DOI: 10.2337 / diacare.29.03.06.dc05-1961. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 20. Sluijs I., Forouhi N.G., Beulens J.W.J. и др. Количество и тип потребляемых молочных продуктов и случаи диабета 2 типа: результаты исследования EPIC-InterAct. Американский журнал клинического питания . 2012. 96 (2): 382–390. DOI: 10.3945 / ajcn.111.021907. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 21. Снайдер М. Б., ван Дам Р. М., Стехувер К. Д. А., Хиддинк Г. Дж., Хайне Р. Дж., Деккер Дж. М. Проспективное исследование потребления молочных продуктов в связи с изменениями метаболических факторов риска: исследование Хорна. Ожирение . 2008. 16 (3): 706–709. DOI: 10.1038 / oby.2007.93. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 22. ван Дам Р. М., Ху Ф. Б., Розенберг Л., Кришнан С., Палмер Дж. Р. Диетический кальций и магний, основные источники пищи и риск диабета 2 типа у чернокожих женщин в США. Уход за диабетом . 2006. 29 (10): 2238–2243. DOI: 10.2337 / dc06-1014. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 23. Дефронцо Р. А., Бонадонна Р. С., Ферраннини Э. Патогенез NIDDM — сбалансированный обзор. Уход за диабетом . 1992. 15 (3): 318–368. DOI: 10.2337 / diacare.15.3.318. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 24. Альберти К. Г., Циммет П. З. Определение, диагностика и классификация сахарного диабета и его осложнений.Часть 1. Диагностика и классификация сахарного диабета. Предварительный отчет консультации ВОЗ. Диабетическая медицина . 1998. 15 (7): 539–553. doi: 10.1002 / (sici) 1096-9136 (199807) 15: 7x003C; 539 :: aid-dia668x0003e; 3.0.co; 2-s. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 25. ДеФронцо Р. А., Ферраннини Э. Инсулинорезистентность: многогранный синдром, ответственный за NIDDM, ожирение, гипертензию, дислипидемию и атеросклеротические сердечно-сосудистые заболевания. Уход за диабетом . 1991. 14 (3): 173–194. [PubMed] [Google Scholar] 26.Ривен Г. М. Роль инсулинорезистентности в заболеваниях человека. Диабет . 1988. 37 (12): 1595–1607. DOI: 10.2337 / diab.37.12.1595. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 27. Hoppe C., Mølgaard C., Dalum C., Vaag A., Michaelsen KF Дифференциальные эффекты казеина по сравнению с сывороткой на уровни инсулина в плазме натощак, IGF-1 и IGF-1 / IGFBP-3: результаты рандомизированного 7-дневного исследования. исследование добавок у мальчиков препубертатного возраста. Европейский журнал клинического питания . 2009. 63 (9): 1076–1083. DOI: 10.1038 / ejcn.2009.34. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 28. Гэннон М. С., Наттолл Ф. К., Крезовски П. А., Биллингтон К. Дж., Паркер С. Реакции сывороточного инсулина и глюкозы в плазме на молоко и фруктовые продукты у пациентов с диабетом 2 типа (инсулинозависимые). Диабетология . 1986. 29 (11): 784–791. DOI: 10.1007 / bf00873217. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 29. Хойт Г., Хики М. С., Кордайн Л. Диссоциация гликемической и инсулинемической реакции на цельное и обезжиренное молоко. Британский журнал питания .2005. 93 (2): 175–177. DOI: 10,1079 / BJN20041304. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 30. Остман Э. М., Эльмстол Х. Г. М. Л., Бьорк И. М. Э. Несоответствие между гликемическим и инсулинемическим ответами на обычные и кисломолочные продукты. Американский журнал клинического питания . 2001. 74 (1): 96–100. [PubMed] [Google Scholar] 31. Liljeberg Elmståhl H., Björck I. Молоко в качестве добавки к смешанному приему пищи может усилить постпрандиальную инсулинемию. Европейский журнал клинического питания .2001; 55 (11): 994–999. DOI: 10,1038 / sj / ejcn / 1601259. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 32. Наттолл Ф.К., Гэннон М.С. Количественное значение диетических компонентов, отличных от глюкозы, как стимуляторов секреции инсулина при диабете II типа. Уход за диабетом . 1988. 11 (1): 72–76. DOI: 10.2337 / diacare.11.1.72. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 33. дель Прато С., Леонетти Ф., Симонсон Д. К., Шихан П., Мацуда М., ДеФронцо Р. А. Влияние устойчивой физиологической гиперинсулинемии и гипергликемии на секрецию инсулина и чувствительность к инсулину у человека. Диабетология . 1994. 37 (10): 1025–1035. DOI: 10.1007 / s001250050213. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 34. Хуан Ч.-К., Фанг В.С., Квок Ч.-Ф., Пернг Ж.-К., Чжоу Ю.-К., Хо Л.-Т. Экзогенная гиперинсулинемия вызывает у крыс инсулинорезистентность, гиперэндотелинемию и последующую гипертензию. Метаболизм: клинические и экспериментальные . 1999. 48 (4): 465–471. DOI: 10.1016 / s0026-0495 (99)

-1. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 35. Йокояма Х., Хиросе Х., Ого Х., Сайто И. Связи между статусом образа жизни, уровнем адипонектина в сыворотке и инсулинорезистентностью. Медицина внутренних болезней . 2004. 43 (6): 453–457. DOI: 10.2169 / internalmedicine.43.453. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 37. Райан А. С. Инсулинорезистентность при старении — влияние диеты и физических упражнений. Спортивная медицина . 2000. 30 (5): 327–346. DOI: 10.2165 / 00007256-200030050-00002. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 38. Барнард Р. Дж., Янгрен Дж. Ф., Мартин Д. А. Диета, а не старение, вызывает инсулинорезистентность скелетных мышц. Геронтология . 1995. 41 (4): 205–211. DOI: 10,1159 / 000213683.[PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 39. Хиршлер В., Острейхер К., Беккария М., Идальго М., Маккаллини Г. Обратная связь между инсулинорезистентностью и частотой потребления молока аргентинскими школьниками из малообеспеченных семей. Педиатрический журнал . 2009. 154 (1): 101–105. DOI: 10.1016 / j.jpeds.2008.06.036. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 40. Hoppe C., Mølgaard C., Vaag A., Barkholt V., Michaelsen K. F. Высокое потребление молока, но не мяса, увеличивает s-инсулин и инсулинорезистентность у 8-летних мальчиков. Европейский журнал клинического питания . 2005. 59 (3): 393–398. DOI: 10.1038 / sj.ejcn.1602086. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 41. Актер С., Куротани К., Нанри А. и др. Употребление молочных продуктов связано со снижением инсулинорезистентности у японцев. Исследования в области питания . 2013. 33 (4): 286–292. DOI: 10.1016 / j.nutres.2013.01.009. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 42. Rideout T. C., Marinangeli C. P. F., Martin H., Browne R. W., Rempel C. B. Потребление обезжиренных молочных продуктов в течение 6 месяцев улучшает инсулинорезистентность без неблагоприятного воздействия на липиды или массу тела у здоровых взрослых: рандомизированное перекрестное исследование свободной жизни. Журнал питания . 2013; 12 (1, статья 56) DOI: 10.1186 / 1475-2891-12-56. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 43. Ротман К. Дж. Ошибки, связанные с ИМТ, при измерении ожирения. Международный журнал ожирения . 2008; 32 (3): S56 – S59. DOI: 10.1038 / ijo.2008.87. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 44. Лапорт Р. Э., Монтой Х. Дж., Касперсен К. Дж. Оценка физической активности в эпидемиологических исследованиях — проблемы и перспективы. Отчеты об общественном здравоохранении .1985. 100 (2): 131–146. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 45. Такер Дж. М., Велк Г. Дж., Бейлер Н. К. Физическая активность в США: соблюдение взрослыми рекомендаций по физической активности для американцев. Американский журнал профилактической медицины . 2011. 40 (4): 454–461. DOI: 10.1016 / j.amepre.2010.12.016. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 46. Гатри Х. А. Выбор и количественная оценка типичных порций пищи молодыми людьми. Журнал Американской диетической ассоциации .1984. 84 (12): 1440–1444. [PubMed] [Google Scholar] 47. Хартман А. М., Браун С. С., Палмгрен Дж. И др. Различия в потреблении питательных веществ и пищи среди пожилых мужчин среднего возраста. Значение для разработки эпидемиологических и валидационных исследований с использованием регистрации пищевых продуктов. Американский журнал эпидемиологии . 1990. 132 (5): 999–1012. [PubMed] [Google Scholar] 48. Барановский Т. 24-часовые воспоминания и методы записи диеты. В: Willett W. C., редактор. Эпидемиология питания . Нью-Йорк, Нью-Йорк, США: Издательство Оксфордского университета; 2013.С. 49–69. [Google Scholar] 49. Мэтьюз Д. Р., Хоскер Дж. П., Руденски А. С., Нейлор Б. А., Тричер Д. Ф., Тернер Р. С. Оценка модели гомеостаза: инсулинорезистентность и функция β -клеток на основе концентраций глюкозы и инсулина в плазме натощак у человека. Диабетология . 1985. 28 (7): 412–419. DOI: 10.1007 / bf00280883. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 50. Бонора Э., Саггиани Ф., Таргер Г. и др. Оценка модели гомеостаза точно отражает методику зажима глюкозы при оценке чувствительности к инсулину: исследования с участием субъектов с различной степенью толерантности к глюкозе и чувствительности к инсулину. Уход за диабетом . 2000. 23 (1): 57–63. DOI: 10.2337 / diacare.23.1.57. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 51. Бингем С. А., Кэссиди А., Коул Т. Дж. И др. Проверка результатов взвешивания и других методов оценки питания с использованием метода суточного азота в моче и других биологических маркеров. Британский журнал питания . 1995. 73 (4): 531–550. DOI: 10,1079 / bjn197. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 52. Джейн М., Хоу Г. Р., Рохан Т. Оценка питания в эпидемиологии: сравнение частоты приема пищи и анкеты по истории питания с 7-дневной записью питания. Американский журнал эпидемиологии . 1996. 143 (9): 953–960. DOI: 10.1093 / oxfordjournals.aje.a008839. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 53. Равуссин Э., Лиллиоя С., Андерсон Т. Э., Кристин Л., Богардус С. Детерминанты 24-часового расхода энергии у человека — методы и результаты с использованием респираторной камеры. Журнал клинических исследований . 1986. 78 (6): 1568–1578. DOI: 10.1172 / jci112749. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 54. Такер Л. А., Такер Дж. М., Бейли Б., ЛеЧеминант Дж. Д. Потребление мяса увеличивает риск увеличения веса у женщин: проспективное когортное исследование. Американский журнал укрепления здоровья . 2014; 29 (1): e43 – e52. DOI: 10.4278 / ajhp.130314-quan-112. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 55. Такер Л. А., Такер Дж. М., Бейли Б., ЛеЧеминант Дж. Д. Диетические модели как предикторы жировых отложений и ИМТ у женщин: факторно-аналитическое исследование. Американский журнал укрепления здоровья . 2014 г. DOI: 10.4278 / ajhp.130327-quan-129.[PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 56. Бассет Д. Р., младший, Эйнсворт Б. Э., Шварц А. М., Страт С. Дж., О’Брайен В. Л., Кинг Г. А. Достоверность четырех датчиков движения при измерении физической активности средней интенсивности. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях . 2000; 32 (9, приложение): S471 – S480. DOI: 10.1097 / 00005768-200009001-00006. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 57. Браге С., Веддеркопп Н., Фрэнкс П. В., Бо Андерсен Л., Фроберг К. Повторная проверка достоверности и надежности монитора CSA при ходьбе и беге. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях . 2003. 35 (8): 1447–1454. DOI: 10.1249 / 01.MSS.0000079078.62035.EC. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 58. Лю А.-Л., Ли Ю.-П., Сун Дж., Пан Х., Хань Х.-М., Ма Г.-С. Исследование по валидации монитора активности приложения информатики при оценке физической активности среди взрослых с использованием метода воды с двойной меткой. Чжунхуа лю син бин сюэ за чжи . 2005. 26 (3): 197–200. [PubMed] [Google Scholar] 59. Такер Л. А., Такер Дж.М. Телевидение и ожирение у 300 женщин: оценка путей потребления энергии и физической активности. Ожирение . 2011; 19 (10): 1950–1956. DOI: 10.1038 / oby.2011.184. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 60. Такер Л. А., Петерсон Т. Р. Объективно измеряли интенсивность физической активности и ожирение у женщин среднего возраста. Исследования ожирения . 2003. 11 (12): 1581–1587. DOI: 10.1038 / oby.2003.210. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 61. Нокс Н. Р., Такер Л. А. Изменения минеральной плотности бедренной кости и объективно измеренная физическая активность у женщин среднего возраста: 6-летнее проспективное исследование. Американский журнал укрепления здоровья . 2012. 26 (6): 341–347. DOI: 10.4278 / ajhp.100622-quan-208. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 62. ЛеЧеминант Дж., Такер Л., Рассел К. Физическая активность и уровни С-реактивного белка: смешивающая роль жировых отложений. Журнал физической активности и здоровья . 2011. 8 (4): 481–487. [PubMed] [Google Scholar] 63. Маддалоццо Г. Ф., кардинал Б. Дж., Сноу С. М. Одновременная применимость методов BOD POD и двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии для оценки состава тела у молодых женщин. Журнал Американской диетической ассоциации . 2002. 102 (11): 1677–1679. DOI: 10,1016 / s0002-8223 (02) -5. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 64. ЛеЧеминант Дж. Д., Такер Л. А., Петерсон Т. Р., Бейли Б. В. Различия в процентном содержании жира в организме, измеренные с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии и Bod Pod у 100 женщин. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях . 2001; 33 (5): с. S174. DOI: 10.1097 / 00005768-200105001-00989. [CrossRef] [Google Scholar] 65. Такер Л. А., Лекеминант Дж. Д., Бейли Б. В. Надежность повторного тестирования BOD POD: влияние множественных оценок. Перцепционные и моторные навыки . 2014. 118 (2): 563–570. DOI: 10.2466 / 03.pms.118k15w5. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 66. Снайдер М. Б., ван дер Хейден А. А. В. А., ван Дам Р. М. и др. Связано ли более высокое потребление молочных продуктов с более низкой массой тела и меньшими нарушениями обмена веществ? Этюд Хорна. Американский журнал клинического питания . 2007. 85 (4): 989–995.[PubMed] [Google Scholar] 67. Лоулор Д. А., Эбрахим С., Тимпсон Н., Смит Г. Д. Отказ от молока связан со снижением риска инсулинорезистентности и метаболического синдрома: результаты исследования сердца и здоровья британских женщин. Диабетическая медицина . 2005. 22 (6): 808–811. DOI: 10.1111 / j.1464-5491.2005.01537.x. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 68. Людвик Б., Нолан Дж. Дж., Балога Дж., Сакс Д., Олефски Дж. Влияние ожирения на инсулинорезистентность у здоровых субъектов и пациентов с NIDDM. Диабет . 1995. 44 (9): 1121–1125. DOI: 10.2337 / diab.44.9.1121. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 69. Аббаси Ф., Браун Б. В., младший, Ламендола К., Маклафлин Т., Ривен Г. М. Взаимосвязь между ожирением, инсулинорезистентностью и риском ишемической болезни сердца. Журнал Американского кардиологического колледжа . 2002; 40 (5): 937–943. DOI: 10.1016 / S0735-1097 (02) 02051-X. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 70. Хельмрих С. ​​П., Рэгланд Д. Р., Леунг Р. В., Паффенбаргер Р. С., младший. Физическая активность и снижение частоты инсулиннезависимого сахарного диабета. Медицинский журнал Новой Англии . 1991. 325 (3): 147–152. DOI: 10,1056 / nejm1983250302. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 71. Айви Дж. Л. Роль физических упражнений в профилактике и лечении инсулинорезистентности и инсулиннезависимого сахарного диабета. Спортивная медицина . 1997. 24 (5): 321–336. DOI: 10.2165 / 00007256-199724050-00004. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 72. Боргоутс Л. Б., Кейзер Х. А. Физические упражнения и чувствительность к инсулину: обзор. Международный журнал спортивной медицины .2000. 21 (1): 1–12. DOI: 10,1055 / с-2000-8847. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 73. Rave K., Roggen K., Dellweg S., Heise T., Dieck HT Повышение инсулинорезистентности после диеты с использованием цельнозернового диетического продукта: результаты рандомизированного контролируемого перекрестного исследования у тучных субъектов с повышенным уровнем крови натощак глюкоза. Британский журнал питания . 2007. 98 (5): 929–936. DOI: 10,1017 / s0007114507749267. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 74. Бренеман К. Б., Такер Л. А. Потребление пищевых волокон и инсулинорезистентность — роль жировых отложений и физической активности. Британский журнал питания . 2013. 110 (2): 375–383. DOI: 10,1017 / s0007114512004953. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 75. Людвиг Д. С., Перейра М. А., Кроенке К. Х. и др. Пищевые волокна, увеличение веса и факторы риска сердечно-сосудистых заболеваний у молодых людей. Журнал Американской медицинской ассоциации . 1999. 282 (16): 1539–1546. DOI: 10.1001 / jama.282.16.1539. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 76. Сальмерон Дж., Аскерио А., Римм Э. Б. и др. Пищевые волокна, гликемическая нагрузка и риск NIDDM у мужчин. Уход за диабетом . 1997. 20 (4): 545–550. DOI: 10.2337 / diacare.20.4.545. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 77. Бьорк И., Лильеберг Х., Остман Э. Продукты с низким гликемическим индексом. Британский журнал питания . 2000; 83 (1): S149 – S155. [PubMed] [Google Scholar] 78. Лихи Дж. Л., Боннер-Вейр С., Вейр Г. К. Дисфункция β -клеток, вызванная хронической гипергликемией: современные представления о механизме нарушения секреции инсулина, индуцированной глюкозой. Уход за диабетом . 1992. 15 (3): 442–455.DOI: 10.2337 / diacare.15.3.442. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 79. Sluijs I., Beulens JWJ, van der A. DL, Spijkerman AMW, Grobbee DE, van der Schouw YT. Потребление с пищей общего, животного и растительного белка и риск диабета 2 типа в Европейском проспективном исследовании рака и питания (EPIC) -NL исследование. Уход за диабетом . 2010. 33 (1): 43–48. DOI: 10.2337 / dc09-1321. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 80. Проминцер М., Кребс М. Влияние диетического белка на гомеостаз глюкозы. Текущее мнение в области клинического питания и метаболической помощи . 2006. 9 (4): 463–468. DOI: 10.1097 / 01.mco.0000232909.84483.a9. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 81. Tremblay F., Lavigne C., Jacques H., Marette A. Роль пищевых белков и аминокислот в патогенезе инсулинорезистентности. Ежегодный обзор питания . 2007. 27: 293–310. DOI: 10.1146 / annurev.nutr.25.050304.0. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 82. Полонски К. С., Стурис Дж., Белл Г. И. Инсулиннезависимый сахарный диабет — генетически запрограммированная неспособность бета-клеток компенсировать инсулинорезистентность. Медицинский журнал Новой Англии . 1996. 334 (12): 777–783. DOI: 10,1056 / nejm1913341207. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

цельное молоко полезно; Меньше обезжиренного молока — признание сторонников предложения

Сыворотка стимулирует инсулин …

Гормонально мощная часть молока — это не жир или молочный сахар (лактоза), а сыворотка:

Молочные продукты, мясо и белки индекса инсулина сильно различаются по своей способности стимулировать инсулин, при этом молочные продукты, в частности, являются мощными стимулами.Молочные продукты также показывают наибольшее несоответствие между уровнем глюкозы в крови и действием инсулина. У него очень низкий гликемический индекс (от 15 до 30), но очень высокий по инсулиновому индексу (от 90 до 98). Молоко действительно содержит сахар, преимущественно в форме лактозы. Однако при тестировании чистая лактоза оказывает минимальное влияние на гликемический или инсулиновый индексы. В молоке содержится два основных типа молочного белка: казеин (80 процентов) и сыворотка (20 процентов). Сыр в основном содержит казеин. Сыворотка — это побочный продукт, оставшийся от творога при производстве сыра.Бодибилдеры часто используют добавки с сывороточным протеином, потому что он богат аминокислотами с разветвленной цепью, которые считаются важными для формирования мышц. Молочный белок, особенно сыворотка, ответственен за повышение уровня инсулина даже выше, чем цельнозерновой хлеб, в основном из-за инкретинового эффекта.

… Но стимуляция инкретина сывороткой также очень сытна

Как и многие люди, я нахожу цельное молоко очень сытным и гораздо меньше хочу другой еды после стакана молока.На это есть гормональная причина. Джейсон Фанг объясняет:

Но разве от мяса и молочных продуктов происходит откорм? Вопрос сложный. Инкретиновые гормоны обладают множеством эффектов, только одно из которых — стимулировать инсулин. Инкретины также оказывают большое влияние на чувство сытости. … Инкретиновые гормоны играют важную роль в контроле опорожнения желудка. Желудок обычно удерживает пищу и смешивает ее с желудочной кислотой перед тем, как медленно выводить содержимое. GLP-1 вызывает значительное замедление опорожнения желудка.Также замедляется усвоение питательных веществ, что приводит к снижению уровня глюкозы в крови и инсулина. Кроме того, этот эффект создает ощущение сытости, которое мы воспринимаем как «сытость». В исследовании 2010 года сравнивалось влияние четырех разных белков: яиц, индейки, тунца и сывороточного белка на уровень инсулина участников. Как и ожидалось, сыворотка привела к наивысшему уровню инсулина. Через четыре часа после этого участникам был предложен обед «шведский стол». Группа сыворотки ела значительно меньше, чем другие группы. Сывороточный протеин подавлял аппетит и усиливал чувство сытости.Другими словами, эти предметы были «полными». …

Итак, инкретиновые гормоны производят два противоположных эффекта. Повышенный уровень инсулина способствует увеличению веса, но повышенное чувство сытости его подавляет, что согласуется с личным опытом.

В чистом виде, цельное молоко помогает контролировать вес. Молоко с низким содержанием жира является нейтральным

Герметичные экспериментальные данные о чистом эффекте молока недоступны, но есть некоторые ассоциативные доказательства, свидетельствующие о том, что цельное молоко помогает контролировать вес:

Эти два противоположных эффекта — инсулин способствует увеличению веса, но насыщение способствует похуданию — вызывает безумные споры о мясе и молочных продуктах.Важный вопрос: какой эффект сильнее? …

Совершенно другая история с молочными продуктами. Несмотря на то, что его потребление вызывает значительное повышение уровня инсулина, крупные исследования не связывают молочные продукты с увеличением веса. Во всяком случае, молочные продукты защищают от увеличения веса, как было обнаружено в Шведской когорте маммографии. В частности, цельное молоко, простокваша, сыр и масло были связаны с меньшим набором веса, но не молоко с низким содержанием жира. Десятилетнее проспективное исследование CARDIA показало, что максимальное потребление молочных продуктов связано с наименьшей частотой ожирения и диабета 2 типа.Другие крупные популяционные исследования подтвердили эту связь. Данные исследований медсестер и последующего наблюдения медицинских работников показывают, что в целом средняя прибавка в весе за любой четырехлетний период составила 3,35 фунта (1,5 кг), то есть примерно 1 фунт в год. Молоко и сыр были нейтральными по весу.

Йогурт — важный случай, о котором стоит поговорить, потому что многие люди думают, что йогурт — это здоровая пища. Обычный жирный йогурт должен быть так же хорош для похудения, как и цельное молоко, если не немного лучше, но обезжиренный йогурт с высоким содержанием сахара, который едят многие люди, — это плохо.Маловероятно, что положительный эффект от содержания йогурта сможет преодолеть отрицательное воздействие добавленного сахара.

Царствующие диетические теории, отраженные в супермаркете, могут не соответствовать цели

Идя по проходам продуктовых магазинов, я сначала замечаю все проходы, которые являются храмами рафинированных углеводов. Затем, когда я присматриваюсь к тем продуктам, которые считаются особенно полезными для здоровья, я замечаю много продуктов с низким содержанием жира (см. «Джейсон Фанг: диетические жиры не имеют ничего общего с обвинениями, установленными против них») и безмолочные продукты.Возможно, это не самые важные направления (за исключением тех, у кого непереносимость лактозы или другая специфическая непереносимость молока).

Без добавления сахара любого типа и без искусственных подсластителей, вероятно, будет более полезным направлением для здоровья. (См. Сахар как медленный яд.) Конечно, исключение добавления сахара и искусственных подсластителей исключает большую долю всех обработанных пищевых продуктов, что может быть полезно само по себе, учитывая стимулы, которые производители должны максимизировать вкус и срок хранения с помощью мало заботится о здоровье, кроме как делать минимум , чтобы притвориться, что что-то здоровое.

Молоко может быть только несколько тысяч лет назад как обычная пища для взрослых людей, и то только у некоторых предков. Но несколько тысяч лет у некоторых предков — это намного дольше и более широко проверено, чем многие из рекламируемых сегодня обработанных пищевых продуктов. Я рекомендую больше беспокоиться о новых типах обработанных пищевых продуктов, которые широко используются менее 200 лет назад, чем о цельном молоке.

Аннотированные ссылки на другие статьи о диете и здоровье см .:

Например, вот как выглядит первый раздел:

I.Основы

Незаслуженная плохая репутация, часть 3… МОООО !!!! — Весология

Эта статья представляет собой часть 3 из серии статей о том, как многие специалисты в области питания несправедливо демонизируют инсулин. Если вам еще предстоит прочитать первые несколько частей, вы можете прочитать часть 1 здесь, а часть 2 — здесь. В этой статье я расскажу о том, что молочные продукты являются одними из самых инсулинемических продуктов, но не способствуют увеличению жира или увеличению веса, что пробивает брешь в гипотезе о том, что углеводы стимулируют накопление жира за счет секреции инсулина.

Молочные продукты инсулинемичны, но не способствуют увеличению веса

Одно из предпосылок таких людей, как Гэри Таубс, заключается в том, что углеводы стимулируют накопление жира, стимулируя секрецию инсулина. Я уже показал, насколько эта предпосылка ошибочна в последних двух частях моей серии. А именно, я показал, как белок также стимулирует секрецию инсулина (иногда в такой же степени, как и углевод), но не способствует увеличению веса или жира. Я также показал, как препарат эксенатид восстанавливает быструю фазу секреции инсулина у диабетиков, но способствует снижению веса.

Если бы гипотеза углеводов / инсулина была верной, то мы бы предсказали, что продукты с чрезвычайно высокой инсулинемией будут однозначно способствовать увеличению жира. Многие люди не осознают, что молочные продукты являются одними из самых инсулинемичных продуктов. Фактически, они вызывают гораздо более сильную инсулинемическую реакцию, чем можно было бы ожидать, исходя из содержания в них углеводов. Не только это, но и лактоза, основной углевод в молочных продуктах, на самом деле имеет низкий гликемический индекс и вызывает медленный рост сахара в крови (у лактозы гликемический индекс 46 по сравнению с белым хлебом, который равен 100).На самом деле, гликемический индекс многих молочных продуктов довольно низкий: цельное молоко — 39, обезжиренное молоко — 37, мороженое — 51, а фруктовый йогурт — 41.

Несмотря на низкий уровень сахара в крови, молочные продукты вызывают очень сильную реакцию на инсулин. Например, в одном исследовании молочные продукты вызывали такую ​​же или более высокую реакцию на инсулин, чем белый хлеб, несмотря на то, что реакция сахара в крови для некоторых молочных продуктов была на 60% ниже, чем у белого хлеба. В этом исследовании исследователи сравнили гликемический и инсулинемический ответы между белым хлебом, смесью с низким содержанием глютена и лактозы, смесью с высоким содержанием глютена и лактозы, треской с добавлением лактозы, молоком, сывороточным белком с добавлением лактозы и сыром с добавлением лактозы.Все условия содержали 25 граммов углеводов и 18,2 грамма белка, за исключением белого хлеба и смесей с низким содержанием глютена / лактозы, которые содержали 25 граммов углеводов и 2,8 грамма белка. Таким образом, лактоза была углеводом во всех условиях, за исключением белого хлеба.

Если вы посмотрите на площадь под кривой инсулина (AUC) для различных состояний, вы увидите, что молочные продукты на самом деле вызывают более сильную реакцию на инсулин, чем белый хлеб, несмотря на то, что в них содержится одинаковое количество углеводов:

Инсулиновая реакция молочных продуктов по сравнению с белым хлебом

Очевидно, что не лактоза ответственна за большую инсулиновую реакцию, потому что смеси глютен / лактоза и треска / лактоза приводили к аналогичным или более низким реакциям инсулина на белый хлеб.

Ответ на уровень сахара в крови также не был ответственным за больший ответ на инсулин. Фактически, уровень сахара в крови был ниже во всех условиях по сравнению с белым хлебом, при этом молоко давало самый низкий уровень сахара в крови, но 3-е место по уровню инсулинового ответа:

Реакция глюкозы в крови на молочные продукты по сравнению с белым хлебом

Инсулиногенный индекс, который связывает количество секреции инсулина с ответом глюкозы в крови, был значительно выше в молочных продуктах, что указывает на то, что молочные продукты стимулировали гораздо большую секрецию инсулина, чем вы ожидали, основываясь на ответе глюкозы в крови:

Инсулиногенный индекс молочных продуктов по сравнению с белым хлебом

Это не единственное исследование, показывающее инсулинемический эффект молочных продуктов.В своей предыдущей статье я показал, как сывороточный белок, молочный белок, вызывает самый высокий инсулиновый ответ по сравнению с немолочными белками. В исследовании на диабетиках 2 типа включение сывороточного протеина в пищу увеличивало инсулиновый ответ на 31-57%, в то время как ответ глюкозы в крови снижался до 21%. В другом исследовании добавление 400 мл молока к хлебной муке увеличивало инсулиновый ответ на 65%, несмотря на то, что не было изменений в ответе глюкозы в крови. В этом же исследовании добавление 200 или 400 мл молока к спагетти увеличивало инсулиновый ответ на 300%; опять же, не было изменений в ответе глюкозы крови.Фактически, употребление молока со спагетти вызывало реакцию инсулина, аналогичную белому хлебу.

Вот результаты другого исследования, показывающего гликемический и инсулинемический индексы молока по сравнению с белым хлебом:

Почему молочные продукты так сильно стимулируют инсулин?

Совершенно очевидно, что молочные продукты стимулируют секрецию инсулина в большей степени, чем белый хлеб. Одна из причин, по которой молочные продукты вызывают сильную реакцию на инсулин, связана с содержанием в них аминокислот.Фактически, постпрандиальный инсулиновый ответ от молочных продуктов коррелирует с повышением содержания аминокислот с разветвленной цепью лейцина, валина и изолейцина. В первой части этой серии статей я уже указывал, как лейцин напрямую стимулирует выработку инсулина поджелудочной железой.

Еще одна причина, по которой молочные продукты стимулируют секрецию инсулина, заключается в их влиянии на гормон, называемый глюкозозависимым инсулинотропным полипептидом (GIP). Как и GLP-1, о котором я писал во второй части этой серии, GIP — это инкретин .Это означает, что это гормон, вырабатываемый вашим кишечником, который стимулирует секрецию инсулина. Молочные продукты стимулируют увеличение производства GIP. В исследовании, которое я обсуждал ранее, сравнение сыворотки, молока и сыра с белым хлебом, сывороткой и сыром дало на 21-67% больше ответов GIP, чем у белого хлеба:

Ответ глюкозозависимого инсулинотропного полипептида (GIP) на молочные продукты по сравнению с белым хлебом

Приведенные выше данные иллюстрируют одну из проблем с гипотезой углевод / инсулин…это предполагает, что углеводы являются основным стимулом секреции инсулина. Однако очевидно, что аминокислоты и инкретины также играют важную роль в секреции инсулина. И, как я указывал в части 1 этой серии статей, сахарный отклик от еды объясняет только 23% вариации инсулиновой реакции. Таким образом, на секрецию инсулина уходит гораздо больше, чем на сахар в крови от употребления углеводов.

Молочные продукты и прибавка / потеря веса

Совершенно очевидно, что молочные продукты чрезвычайно инсулинемичны, в большей степени, чем многие продукты с высоким содержанием углеводов.Таким образом, если бы гипотеза углеводов и инсулина была верной, то мы бы предсказали, что диета с высоким содержанием молочных продуктов должна способствовать увеличению веса и жира. Однако исследования не показывают какой-либо связи между потреблением молочных продуктов и увеличением веса. Например, у японских женщин нет никакой связи между потреблением молочных продуктов и ИМТ. У мужчин в США нет связи между увеличением потребления молочных продуктов и длительным набором веса. У женщин в перименопаузе высокое потребление молочных продуктов на самом деле обратно пропорционально увеличению веса (т.д, более высокое потребление молочных продуктов связано с меньшим набором веса).

Хотя это наблюдательные исследования, результаты контролируемых исследований на животных и людях аналогичны. Фактически, исследования на животных показывают меньшую прибавку в весе, когда их кормят молочными продуктами. У мышей добавление йогурта приводит к меньшему увеличению веса и жира, чем контрольная группа на изокалорийной диете. В другом исследовании трансгенные мыши теряли вес на диетах с ограничением энергии. Затем мышам давали съесть ad libitum (т.е.е., сколько им хотелось). Мыши, получавшие молочные продукты, во время повторного кормления набирали меньше жира и веса. В третьем исследовании потребление молочных продуктов, но не добавок кальция, уменьшило набор веса и жировые отложения у мышей, получавших диету с высоким содержанием жиров. В четвертом исследовании молочный белок снижает прибавку жира у грызунов, получавших диету с высоким содержанием жиров и сахара. В пятом исследовании молочная диета уменьшала еженедельный набор веса у крыс Sprague-Dawley.

Конечно, это исследования на животных. А как насчет людей? В одном исследовании молочные продукты с низким содержанием жира не способствовали увеличению веса, в отличие от молочных продуктов с высоким содержанием жира.Хммм, может быть, увеличение веса в этом исследовании было вызвано просто лишними калориями, а не инсулином? В другом исследовании повышенное потребление молочных продуктов не повлияло на состав тела. В третьем исследовании повышенное потребление молочных продуктов не повлияло на потерю веса. По данным однолетнего исследования, повышенное потребление молочных продуктов не повлияло на изменение жировой массы. В течение 6 месяцев после этого исследования высокое потребление молочных продуктов предсказывало более низкий уровень жировой массы. В ходе 9-месячного исследования повышенное потребление молочных продуктов не повлияло на поддержание веса, но в группе с высоким содержанием молочных продуктов были обнаружены доказательства более сильного окисления жиров.

Почему я не толстый?

Мой личный опыт работы с молочными продуктами вполне согласуется с научными данными. Я употребляю много молочных продуктов уже много лет. Я выпиваю 2-3 галлона молока в неделю. Я также употребляю много греческого йогурта, творога, обычного сыра и сывороточного протеина. Я ем молочные продукты почти с каждым приемом пищи. Таким образом, в моем теле почти весь день проходит большое количество инсулина. Если бы инсулин действительно был гормоном, способствующим увеличению веса и увеличению веса, каким его считают некоторые, то к настоящему моменту я должен был бы страдать ожирением.Тем не менее, я не … даже близко.

Не только это, но и люди, которые думают, что инсулин вызывает чувство голода, означают, что я должен все время голодать со всем инсулином, который протекает через мое тело весь день. Тем не менее, это не так.

Есть молоко? Получил инсулин!

Неоспоримые доказательства того, что молочные продукты не способствуют увеличению веса, а фактически препятствуют увеличению веса в исследованиях на животных. И это несмотря на то, что молочные продукты вызывают очень сильную реакцию инсулина, такую ​​же или большую, чем многие продукты с высоким содержанием углеводов.Таким образом, из этой статьи, а также из моих предыдущих статей ясно, что гипотеза углеводов / инсулина неверна. Инсулин не виноват в эпидемии ожирения; вместо этого это невиновный прохожий, которого ошибочно обвинили в вине по ассоциации.

Щелкните здесь, чтобы прочитать четвертую часть моей серии статей, в которой я обращаюсь к неправильному представлению о том, как инсулин регулирует уровень сахара в крови.


Получите последние научные данные о наборе мышечной массы и сжигании жира каждый месяц

Продолжать исследования сложно, поэтому позвольте мне сделать эту работу за вас.Подумайте о подписке на обзор исследований в области весологии. Я покрываю 8 исследований в месяц и разбиваю все за вас, поэтому вам не нужна докторская степень для интерпретации данных. Вы также получаете доступ к архиву из почти 300 видео и письменных обзоров, руководств, основанных на фактах, вопросов и ответов и многого другого.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.